с разворота, вкладывая половину силы, тычковым ударом в торс Хранитель Стамбула опрокинул своего противника на землю. Карамазов распластался по земле, почувствовав, как головой приложился о прохладный бетон, ощутил крошку и песок и у себя на волосах и сквозь пелену на глазах видит, как противник, распевая погребальные литании надвигается на него:
– Во искупление грехов перед Султаном, его святейшеством, перед «Рукой Господней», я исполняю приговор Его, даруя милость заблудшей душе, – ревностно вымолвил хранитель Стамбула и занёс ятаган, всё так же сверкающий и шипящий энергией над отползающим Карамазовым, чьи секунды были сочтены.
Внезапно в бок золотому гиганту врезается девушка, хрупкая Эмилия, ударив рапирой ему прямо в грудь. Превосходная заточка старого оружия пробила доспех, повредив системы энергообеспечения и практически добравшись до рёбер. В ответ командир Гвардии окатил девушку пощечиной золотой перчатки, и она отлетела в сторону, приложившись затылком о кусок дерева.
Вполне ожидаемо в Карамазове открылось второе дыхание, желание спасти девушку, её защитить, заставило вспыхнуть ненависть и гнев, переборовшее всякую слабость и боль, вспыхнув с такой силой, что онемение в ту же секунду почти пропали, став второстепенным напоминанием о ранах. Пребывая в ярости и жажде мести, он сумел приподняться, вынуть пистолет и дать залп прямо в спину Хранителю.
Генератор на спине золотого воителя издал звук торможения. Его правая часть неистово задымила, а затем с грохотом плюнулась кусками золота и облаком огня. Золотой воитель встал на четвереньки не в силах превозмогать вес своего костюма, который накинулся на все его мышцы, без механической поддержки.
Гвардейцы Султана опешили от того, что их командир был повержен, но и готовились свершить возмездье над теми, кто его опрокинул. Алебарды синхронно опустились на Эмилию и Карамазова, остаётся только приказ командира. Но они не ожидали прибытия солдат ордена Лампады. Два приближающихся вертолёта дали залп из крупнокалиберных орудий, вспахав землю, перемолов вместе с ней часть гвардейцев, порвав их в мясо. За несколько секунд полсотни противников, представлявших сгруппированную цель, были перемолоты залповым огнём.
С вертолётов, выкрашенных в чёрные цвета, стали десантироваться бойцы в стандартной броне своего воинства. Вооружённые громоздкими АК-899 они навели ужас на гвардейцев, которые бежали от них, залив всё огнём реактивных снарядов.
– Расчищайте площадку! – Закричал приказ их командира.
Внезапно на улицу перед местом боя выехал БТР, загруженный противниками, и вооружённый автопушкой, готовившейся перепахать место схватки. Авиация ордена Лампады ответила ракетным огнём, и БТР взметнулся к небу кусками вспоротого и расплавленного металла, изжарив внутри и команду, усеяв часть города опалённым металлоломом. Двенадцать солдат ордена мастерски истребили противников вокруг, расчистив площадку для посадки вертолёта, но внезапно в одну из машин угождает снаряд, от которого вёл шлейф дыма и небесная птица, задымившись с грохотом, рухнула на ближайшую улицу, обозначив свой конец яростным взрывом. Возле места обороны стали выстраиваться солдаты, чем-то напоминавшие воинов ордена. Практически в схожем обмундировании, удерживая в руках, похожие на длинные винтовки они неумолимо наступали.
Солдаты ордена ответили шквальным огнём в их сторону, но получили симметричный ответ, впервые встретившись с теми, кто был так же опытен и обучен. Каждый выстрел винтовок очень метко ложился и временами даже ранил воинов ордена. И вот выстрел винтовки угождает прямо в лицо воину из ордена, прострелив ему голову насквозь и бедолага, выронив свой автомат, падает на колени, а затем на землю. Орден мог лишь ответить яростным огнём, уничтожив гнусного противника в вихре разрывных пуль, порвавших его тело на куски мяса.
Затянувшийся бой грозил закончиться не в пользу сил ордена, которые уже начинали тесниться противником, всё ближе подходящих к позициям защиты. Но внезапно на стороне противника заглох всякий огонь и звуки залпов, когда прозвучало несколько слов на турецком, призывающих закончить пальбу.
– Орден! – вскрикнул Карамазов. – Прекратить огонь!
Наступила тишина и местность грезил накрыть туман войны, исходящий от поверженной техники. Повсюду валялись трупы, усеявшие двор возле постройки, став символом того, что ради своего правителя солдаты готовы пойти даже на безрассудную смерть. Внезапно к обороняющимся вышел человек, облачённый в традиционный богатый турецкий костюм цвета беж. Вокруг него роится целых два отделения солдат, в чёрной униформе и винтовками в руках, ещё пару минут, назад ведущих страшный бой. Слегка морщинистое лицо мужчины отражало зрелость. Он лысоват, а оставшиеся волосы имели седой оттенок.
– По какому праву вы вторглись в наш город и устроили здесь бойню?! – вспылил человек.
– Дядюшка Эфенди! – закричал юноша, подавшийся из здания. – Дядюшка Эфенди, я сейчас всё объясню.
– Так это из-за тебя сегодня умерло более трёхсот человек, и мне пришлось привлечь Чёрных Серафимов? – гневно изрек старый мужчина. – Да ты знаешь, что сделает за это с тобой Великий Султан, будь его имя благословенно.
– Дядя, эти люди просто меня спасли от Гвардейцев, которые не узнали моё лицо и готовились казнить.
– Да я… Ладно, – выдохнул Эфенди и более спокойно заговорил. – Поговорим во Дворце, вместе с твоим отцом, да будет имя его благословенно. – И обратившись к солдатам, громогласно заявил. – Чёрные Серафимы, доставьте его во Дворец!
– Так точно! – хором ответили бойцы и взяли под конвой парня, который поспешил удалиться с места бойни.
– Кто здесь главный!? – крепким, сильным голосом громко вопросил Эфенди.
– Я! – хрипом, сплёвывая кровь, ответил Карамазов и наполовину перебинтованный, поддерживаемый Эмилией подковылял к турку.
– Вопрос первый, как так получилось, что ваши вертолёты не уловили наши радары? Неужто орден теперь обладает такими технологиями?
– Обладает, – прозвучал ответ от одного из воинов ордена, чьи лица спрятаны за маской противогаза.
– Кто вы? – строго вопросил служитель Султана, заведя руки за спину, показывая тем самым, что здороваться с противником не собирается.
– Я Карамазов, бывш… – Сорвавшись на кашель, не успел договорить мужчина, перешедший на турецкий.
Эмилия тут же обхватила своего напарника за грудь, чтобы тот рухнул на землю, чем бы доставил множество неприятностей.
– Ох, так вы легенда, об которую вытерли ноги, – удивлённо начал турк. – Что ж, в таком случае, я рад знакомству.
После сказанных слов мужчина подал руку для приветствия уважаемому неприятелю и более дружелюбно заговорил:
– Я Эфенди, заместитель Султана, будь благословенно его имя, по внутренним делам и внешней разведке, а так же «почтенный дядя» семейства.
В ответ Карамазов попытался подать руку, но его нога была ещё слаба, и мужчина чуть не рухнул на землю, при этом задев протянутую ладонь знатного турка, испачкав её сажей.
– Вы не видите, он слаб, – дала о себе знать девушка. – Можно обойтись сейчас и без этикета.
Эфенди убрал руку обратно за спину и изложил требование:
– Что ж,
