Читаем без скачивания Прыжок Волка - Вадим Тарасенко

Вот только формулировка "в скором времени" настораживала. Сколько это "в скором времени"? По крайней мере, двое суток она превышала — именно столько рота Андрея Кедрова находилась в засаде. Двое суток на пронизывающем ветру при температуре два-три градуса тепла днем и минус пять — восемь ночью. Плюс высокая влажность. И при этом никакого костра, а, следовательно, горячей пищи. Да и особо не подвигаешься для согрева.

"Сейчас ребята уже сморкаются. Скоро начнут кашлять. Какая уж тут скрытность. Еще сутки и я потребую окончания операции или пусть шлют замену" — Андрей невольно скосил глаза на спецназовца с рацией, лежащего рядом с ним. — Командование, конечно, скривиться, но, ничего, как-нибудь переживу. В первый раз, что ли", — И Андрей вновь посмотрел на рацию.

Тогда он тоже смотрел на рацию, точнее на кнопку включения ближней космической связи. Мнемы свою задачу выполнили на пять — вынырнули из гипера в каких-то двадцати тысячах километрах от Земли.

— Надеюсь, дальнейший путь для тебя труда не составит, фролы хорошо учат в своей Военно-Космической академии, — Лю улыбнулся.

— Не составит!

— Счастливо добраться, а главное, счастливо вновь прижиться на Земле, — мнем внимательно посмотрел в глаза землянину, пытаясь понять, как тот воспринял это "счастливо вновь прижиться на Земле".

— Не волнуйся, Лю, приживусь. Недаром у меня прозвище Волк.

— Я знаю.

— Прощай, Лю! Спасибо тебе за все, что ты для меня сделал.

— До свидания! — ответил мнем и крепко, по земному пожал Андрею руку.

Через полчаса мнемов уже не было. Их звездолет "без всплеска" — рентгеновской вспышки, которая всегда сопровождает гиперпространственные переходы звездолетов челов, кроков и фролов, нырнул за изнанку Вселенной.

"Что ж, пора, — Кедров привычно ударил по нескольким клавишам бортового компьютера десантного бота, чтобы заставить того рассчитать траекторию до Земли.

Экран монитора осветился синим цветом и тут Андрей увидел последний подарок Лю — все необходимые расчеты уже были сделаны и загружены в память компьютера.

"Спасибо, Лю, спасибо друг, — землянин улыбнулся и его палец лег на большую зеленую кнопку включения гиперпространственного двигателя.

Конечно, на тяжелом десантном боте гиперпространственный двигатель был слабеньким по сравнения с монстрами, стоящими на настоящих звездолетах. Но пару световых минут на нем преодолеть было можно. А двадцать тысяч километров — это вообще было чуть больше пяти сотых световой секунды. И не заметишь гиперпространственного перехода. Раз, и ты уже на орбите Земли.

Можно было, конечно, добраться до планеты и на обычном ядерном движке. Каких-то семь-восемь минут и ты у цели. Но Андрей отлично понимал, как встречает Земля неопознанные объекты. Дружелюбием там и не пахнет, а пахнет выхлопами ракет противовоздушной обороны. Конечно, если ты будешь садиться где-то в Африке, а то и в Антарктиде, угрозы со стороны противовоздушной обороны какой-либо из стран опасаться не следовало. Но, а что потом? Как потом добираться домой? И что будет с десантным ботом, оснащенным гиперпространственным двигателем, квантовым компьютером и многим, многим другим, что и не снилось земной цивилизации? "Спасибо, Андрей, за роскошный подарок", — сказанное на каком-нибудь языке, скорее всего английском, но только не на русском?

"Спасибо, благотворительностью не занимаюсь".

А режим невидимости сжирает слишком много энергии. Перелет в двадцать тысяч километров с последующей посадкой осушит баки с горючим до донышка. А если придется вновь уходить на орбиту? Мало ли что…

"Нет, садиться будем в Москве, в Шереметьево", — вспомнилась ему фраза из одного, виденного в детстве, фильма.

— Садиться будем в Москве, в Шереметьево! — и мужской палец утопил зеленую кнопку.

И бортовой компьютер тут же дал отмашку для включения циклограммы запуска гиперпространственного двигателя. В самом сердце ядерного реактора выдвинулись стержни-замедлители, пришпоривая реактор, посылая его в галоп. Сотни мегаватт мощности обрушились на нуль-континуум генератор. Но тот только этого и ждал. Невидимо завибрировали его обмотки, впитывая гигантскую реку энергии, превращая ее в мощнейшее электромагнитное поле, которое мертвой хваткой вцепилось в пространство, вытрясывая, выбивая из него гравитоны и тут же формируя из них поток. Стремительно плотность и яркость этого потока нарастала. Разогнанные электромагнитным полем гравитоны вгрызались, буравили вакуум. Секунда, другая. Поток гравитонов, похожий на тонкую ярко-синюю спицу, вспыхнул ослепительно-белым светом, и тут же исчез — пространство было пробито. Хлынувшие из преисподней виртуальные частицы мгновенно разворотили пространство в месте прокола, и в образовавшуюся брешь тут же провалился десантный бот.

Компьютер все рассчитал точно. Он подвел к нуль-континуум генератору ровно столько энергии, чтобы ее хватило на преодоление двадцати тысяч километров реального пространства, а по меркам гиперпространства несколько стотысячных секунды его времени — или лишь сто миллиардов оборота электронов вокруг своей оси — огромное время по этим меркам.

Человек ничего не почувствовал. Вспышка перед глазами, сменившаяся прекрасным бело-голубым светом — Земля в ста пятидесяти километрах впереди!

— Командир, говорит пятый, по-моему, идут, — прошелестело в наушниках.

Андрей тут же повернул бинокль направо. С минуту он ничего не видел. Но вот качнулась ветка ели и спецназовец увидел боевика — бородатого мужчину в одежде защитного цвета и черной вязанной шапочке на голове.

"Господи, только бы не заметили, только бы не заметили", — в голове крутилась только одна мысль-мольба.

Встречный бой был намного менее эффективен, чем бой с противником, застигнутым врасплох. Именно поэтому Андрей приказал расположиться в трехстах-трехстах пятидесяти метрах от схрона. В этом случае окружность с таким радиусом достигала длины порядка двух километров — вероятность боевиков, идущих к схрону, натолкнуться на спецназовцев, резко уменьшалась.

Кедрову было видно, что боевик сам, в свою очередь, осматривал местность в бинокль. Вот он повернулся в его сторону. Комроты даже невольно сжался и на мгновение зажмурил глаза, боясь, что тот его заметит. Но тот еще несколько секунд спокойно осматривал местность, затем коротко махнул рукой кому-то еще невидимому Андрею.

Трое боевиков, одетых совершенно одинаково, согнувшись, подбежали к валуну. Еще раз осмотревшись, они налегли на камень.

"А если эти трое сейчас откроют склон, заберут все оружие и начнут уходить? Нет, так быть не должно. Агентура утверждала, что схрон большой, оружия много и тремя человеками его не вынести. Ну а если нет? Скрытно преследовать их? Нет, не получиться. Какими бы профессионалами не были спецназовцы ГРУ, сотня человек скрытно не сможет преследовать троих боевиков достаточно долго. Послать за ними нескольких ребят, чтобы те, обнаружив банду, вывели на нее всю роту? Похоже, так и придется действовать", — Кедров напряженно следил за тремя боевиками.

Те, тем временем, отодвинули камень, оперев его на рядом стоящий валун. Андрей увидел зачерневший провал. Один из боевиков нырнул в него. Двое остальных осматривали местность. Через минуту, нырнувший в схрон боевик, вновь показался на поверхности. Было видно, что он что-то сказал своим товарищам.

Комроты в напряжении прикусил губу. Сейчас все решится. Если они сейчас начнут вытаскивать оружие, то агентурная разведка ошиблась. Оружия в схроне немного и его вполне могут унести три человека. Если они каким-либо сигналом позовут остальную банду, тогда все по плану. Тогда еще одной банды на Кавказе станет меньше, еще тридцать-сорок боевиков минус. Кавказцы плодовиты, но и спецназ стреляет метко. Какой процесс более эффективен?

Андрей увидел, что бородач, которого он увидел первым, вытянул из кармана куртки какой-то черный предмет, подержал его в руке несколько секунд, положил обратно в карман.

"Это была рация, и он несколько раз послал сигнал вызова — сигнал, что все в порядке", — Кедров напряженно наблюдал за происходящим.

После этих манипуляций бородача, один из боевиков вновь полез в схрон, а двое других остались на поверхности. На этот раз боевик в схроне был всего несколько секунд. Вот он снова показался на поверхности, вытащив узкий и длинный зеленый ящик.

"Игла", — тут же автоматически определил Андрей.

А боевик вновь нырнул в схрон.

Прошло пять минут. Около валуна уже громоздился целый арсенал.

Пять ящиков с переносным зенитно-ракетным комплексом «Игла», три станковых пулемета ДШК, несколько ящиков с выстрелами для "Иглы".

"Неужели я ошибся, и боевики все это потащат сами?"

Но когда около валуна лег еще один ДШК Андрей успокоился — боевики все же не ослы, такого количества вооружения они на себе не потащат.