Страдания, звучащие в поэме – это наша общая боль и наше общее дело. Я скажу тебе,
моя дорогая, что вера, разлитая во всей твоей поэме, – это то, что обнадёживает нас в
будущем. Хочу ещё заметить, что, стихи твои живые, подвижные, прелестны тем, что они
насыщены именно разговорной речью, очень грамотной, прекрасно выражающей мысль.
Образный, яркий, неповторимый стиль. Речь, по своему речевому строю, очень похожа
на пушкинскую, но в то же время очень оригинальна и самобытна.
С большой радостью тебе, Танюша, заявляю, что ты у нас достойный преемник лучших
поэтов начала 20-го века. И недаром говорит Александр Сергеевич, что он горд за то, что дело
литературы в руках таких грамотных, умных, сердечных людей, как наша Танюша.
В поэме ты игрива, как ребёнок. И по характеру своему, как видно, человек лёгкий в
общении и понимающий всех, кто тебя окружает.
Успеха тебе, родная, на все времена! Марина Цветаева».
–Мариночка, Марина Ивановна Цветаева, ангел Вы мой небесный, страдалица Вы наша
прекрасная! Как я Вам благодарна за Ваш прекрасный отзыв!
Далее взяла слово Анна Андреевна Ахматова: «Да, теперь я хочу сказать, Ваша Анна
Ахматова. Скажу тебе, Танюша, прежде всего о том, что твоя поэма – это для меня зеркало
нашей жизни 30-х годов глазами ребёнка, созревающего по мере того, как на него обрушивается
та страшная волна, стена невзгод и жутких событий, нахлынувших с периодом культа.
Эта поэма напоминает мне нечто вроде странного большого полотна, которое
развёртывается перед взором, переливаясь всеми красками радуги, и в то же время согревая
сердце жаром, идущим из глубины этого свитка, где кроется как раз эта Душа маленького и в
то же время большого человека, так ярко воспроизводящего в своём сердце все события жизни.
Душа эта – часть нашей планеты, часть нашей судьбы, часть нашего сердца и часть
нашего Космического Мира, Микрокосмос, вместивший страдания и радость, юмор встреч и
разлук, крик ребёнка и страдания взрослого человека.
Ты умница, Танюша. И я, как литератор, могу ещё сказать, что язык поэмы сочен и
необычен. Он впитал в себя пушкинские традиции и в то же время освещён светом
современности.
Сюжет подвижен, игрив, как котёнок, уходит и приближается, ловит слушателя на
том, чтобы улыбнуться и заплакать, засмеяться и задуматься.
Это действительно калейдоскоп смешинок и грустинок. Спасибо тебе, моя родная, за
умную, сердечную и полезную литературную вещь, которая, я думаю, будет высоко оценена
современниками».
85
(Далее Анна Андреевна стала уверять меня в том, что я должна идти в издательства и
стучаться с просьбами – печатать мои труды!... Я промолчала…)
Николай Иванович Бухарин, взявший слово, назвал меня звёздочкой, светящей сквозь
мрак космической ночи, сказал, что все присутствующие с неослабевающим интересом слушали
поэму.
Это – феерическое видение событий, необычное по своему влиянию на мысли и чувства.
Он назвал мой дар Божьим даром, а меня птичкой Божьей и наговорил ещё много ласковых слов.
Владимир Ильич Ленин в своей оценке поэмы вновь повторил свои похвалы, какие
прозвучали в первый раз, и от имени собравшихся друзей послал коллективное приветствие для
россиян: «Земля наша давно ждёт преобразований. Но она ждёт и страждет также
доброго тёплого слова, которое способно сказать только доброе великодушное сердце. И мы
все, здесь собравшиеся, хотим передать землянам свою петицию надежд на лучшие времена.
Мы знаем, что это время придёт. И мы будем участниками других, не менее бурных
событий…»
Далее сказал Александр Александрович БЛОК:
«Танюша, меня особенно порадовала игривость мыслей и чувств в твоей поэме.
Я понял, что колдовство русской поэзии не увяло. Твой труд удивил меня необычной
свежестью языка и богатством изобразительных средств.
Поэма эта вровень с лучшими произведениями века. Это светопись бытия, русского
жития, каким оно видится на расстоянии годов.
Игра красок очаровывает с первого звука и не блекнет на протяжении всего сюжета.
Это шедевр мысли и чувства, труд, стоивший автору не одной бессонной ночи, тревог
и сердечной боли. Это очень живо рисуется в поэме. Это свидетельство страданий многих
семей, которых в те годы постигло горе расставания с любимыми родными, ни в чём не
повинными перед властью.
Поздравляю автора с талантливым произведением.
Очень тронут вниманием к моему мнению».
А. Блок.
Танюша, с Богом, моя хорошая.
СВИРЕЛЬ
Царица Творчества, Природы и полей,
Кружусь я в вальсе на родной опушке.
И мне всего дороже и родней
Рука, поставившая подпись – ПУШКИН.
О, сколько зим я провела в гостях,
И сколько миль мы с Ним исколесили:
Верхом и тройкою – в старинном нашем стиле,
Вникая в древность и скорбя о новостях!
Нас всё тревожило: набеги буйных горцев,
И пугачёвщина, ушедшая во мрак,
Лихие русские единоборцы,
И крепости, упавшие во прах,
Славянской древности могучие мотивы,
Салонной прелести невечные черты,
Деревни русские, что ныне сиротливы,
И всех сильней, Душа, конечно, ты!
О, нежность вещая! Нет слов –
Здесь всё впитало вдохновенье
Его Души: и явь, и снов
непреходящее значенье,
86
И взлёт мечты, и взмах пера,
и взора синь, и мощь таланта,
И трель того же соловья,
чаровника и музыканта,
Эт цетера, эт цетера!
ЧТО ТАКОЕ ВДОХНОВЕНИЕ?
Незабвенный Владимир Иванович Даль оставил нам удивительное по точности
формулировки толкование этого явления. «Вдохновение – это высшее духовное состояние,
восторженность, сосредоточение и необычное проявление умственных сил. Наитие, внушение,
ниспосланное свыше».
Для нас на многие годы это определение так и продолжало бы носить умозрительный
характер, если бы не наступила новая эпоха (Эпоха Водолея, Эпоха Света).
Ненадолго мы получили доступ к произведениям наших философов: Н. Бердяева, В.
Розанова, В.Соловьева, С. Булгакова, П.Флоренского, Б. Вышеславцева, Елены Ивановны Рерих,
которые убедительно доказывают существование Бога. (Вскоре произведения этих философов
исчезли из продажи).
Однако, само время, воздействуя на энергетическую структуру человека, дало множество
примеров боговдохновенного творчества: музыка М. Таривердиева, А. Шнитке, «Роза Мира»
Д.Андреева, философские и поэтические произведения ленинградского физика А.Мартынова,
скульптура Э.Неизвестного.
Альфред Шнитке заявлял, что он не сочиняет музыку, а только «списывает» ее с
небесных сфер, где она звучит для него.
Современный композитор Владимир Дашкевич вторит ему, говоря, что вдохновение – это
творческое состояние, когда в душе «просыпается самописец», который расшифровывает сигнал
извне.
Автор «Божественной живописи» Александр Рекуненко называет процесс творчества
вдохновенным стяжанием Духа Святого и пророчит наступление эпохи, когда не критик будет
определять художественный уровень произведения искусства, а сам художник, обладающий
высочайшим чувством вдохновения.
Возможность вхождения во вдохновенное состояние зависит от уровня таланта,
гениальности.
Недаром А.С. Пушкин называет ГЕНИЯ другом парадоксов, а А.А. Ахматова утверждает,
