часть черепа. Сморгнув уведомление интерфейса, рванул вперед, спрятался за старой стиральной машиной, которую тоже приготовили специально в качестве укрытия.
— Какой счет? — спросил я.
— Шесть — ноль.
Значит, я перебил почти половину. Правда, что-то подсказывает мне, что двумя раундами дело не ограничится.
Ну что ж, поиграем дальше. Пусть ставка и моя жизнь.
Я прижался к углу стиральной машины, выглянул наружу, но никого не увидел. Это укрытие было совсем ненадежным, оно скорее защищал меня от чужих взглядов, а не от пуль. Нужно срочно сменить его на что-нибудь более крепкое.
Вскочив, я пробежал еще несколько шагов, спрятался за столбом. Вот это гораздо лучше.
Высунулся наружу, и меня тут же обстреляли. Но я поймал врага взглядом, открыл меню и запустил эксплойт.
— Блядь! — послышался громкий крик.
Обежав укрытие, я увидел одного из «Резаков», который тер глаза, будто в них попал песок. Как будто это могло помочь при вырубившейся оптике.
На бегу я толкнул его плечом, заваливая на землю, приставил ствол ко лбу и вдавил спуск, расплескивая мозги бандита по бетонному полу арены.
Попадание в голову. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.
Заметил движение за большим металлическим контейнером, что-то мелькнуло буквально на секунду. Стрелять прямо через него нет смысла, все равно ведь не вижу, где именно прячется враг, а патроны потрачу. Но их и так осталось немного, нужно сохранить для следующих раундов.
Зато гранат у меня предостаточно.
Я вытащил одну из подсумка, активировал, выждал пару секунд и метнул прямо за железный ящик.
Враг отреагировать не успел, раздался взрыв, и «Резака» отшвырнуло наружу. От его тлеющей одежды шел пар, а на бетон толчками вытекала кровь. Значит, еще жив. А ведь это удивительно, с учетом, что граната взорвалась буквально в паре шагов от него.
Поймав парня в прицел, я дважды утопил спусковой крючок, выпуская по короткой очереди.
Множественные ранения грудной клетки. Повреждения внутренних органов. Мгновенная смерть.
— Видишь что-нибудь? — спросил я.
— Борги идут к тебе с разных сторон, — ответила Крисси. — Оба, если что. Остальные рассыпались по арене, ждут, пока высунешься.
Блядь, вот ведь беда. Против боргов мой ствол не тянет. Нужно срочно что-то придумать.
И как назло, использовать нелетальные гранаты нельзя. Металлические болваны слишком близко, меня самого зацепит. А оптику эту дрянь вырубает минут на двадцать, меня десять раз завалить успеют.
И тут один из них открыл огонь из пулемета. Короткими очередями прямо вдоль моего укрытия. Видимо, чтобы я и не думал выебываться и вылезать из-за него.
И тогда я побежал в противоположную сторону, и нос к носу столкнулся со вторым боргом.
Я схватился за пулемет, изо всех сил выжал его вперед, словно штангу, не давая металлическому уроду изрешетить меня.
На механическом лице появилось подобие гадостной ухмылки, и борг резко ударил меня головой в лицо.
Повреждение мягких тканей лица. Перелом носа.
По лицу в две струи хлынула кровь, я потерял точку опоры и завалился на пол. Но боли практически не было, видимо, препарат еще действовал.
Перебирая руками и ногами я пополз вперед, прямо между его ног, уклонился от удара подошвой мне в голову, и на мгновение оказался позади борга.
Схватил его за шею, провернул, принялся отделять ее от тела. Металл скрипнул и поддался, башка оказалась у меня в руках, но от нее к шее все еще тянулись какие-то кабеля и трубки.
Резко развернувшись, я дернул голову из-за плеча, будто пытаясь перебросить борга через себя. В нагрудную пластину ударило несколько пуль.
Попадания в грудь. Броня не пробита.
Естественно, я не мог поднять такой вес. От натуги что-то хрустнуло в укрепленном позвоночнике, а потом трубки лопнули, и меня обрызгало противно воняющей желтой жижей. Это и был питательный раствор, питающий живой мозг в механическом теле.
Отделение головы от тела. Прекращение жизнедеятельности.
И как только голова окончательно отсоединилась от тела, я, потеряв точку опоры, завалился на землю. Руки, естественно, подставить не успел, так что врезался прямо лбом. В глазах на мгновение помутилось.
Вокруг из бетона выбивали облачка пыли пулевые попадания. Пара рикошетов пришлась мне в ноги, но потерявшие энергию пули не пробили подкожную броню.
— Э, вставай! — послышался в ушах громкий крик. — Я на тебя пятьдесят штук загрузила!
— Да иди ты на хуй, — пробормотал я, но все-таки перекатился в сторону, за укрытие.
Кое как поднялся, помотал головой, стряхивая с лица капли крови. Штанины костюма, так напоминавшего униформу службы безопасности «ИнвестТеха» тоже уже пропитались ей.
— Борг слева! — завопила хакерша.
Похоже, что она испытывала самый настоящий азарт. Да, никто не является более яростным болельщиком, чем тот, кто поставил на победу своей команды.
Я выхватил из подсумка гранату, сбросил предохранительную крышку. В крайнем случае попытаюсь подорвать металлического урода вместе с собой. Хотя ему-то, скорее всего, осколки нипочем.
Развернулся, выскочил из-за укрытия и столкнулся с боргом лицом к лицу. Он вскинул пулемет, собираясь изрешетить меня, но я бросился на колени, проскользил на защите и вставил гранату в сочленение между туловищем и ногами. Долбанул по кнопке, перекатился в сторону.
Борг отпустил пулемет, зашарил руками по туловищу, пытаясь достать взрывоопасный предмет, а я уже прыжком вскочил на ноги, и побежал.
Взрыв раздался за спиной, на мгновение обернувшись, я увидел, что нижняя часть тела металлического ублюдка отделилась от верхней. А еще ему оторвало обе кисти рук. Ну что ж, не убил, но в бою участвовать он теперь не сможет.
— Впереди, еще один, — крикнула Крисси.
Я схватился за рукоятки автомата, выскочил из-за угла и выпустил длинную очередь, нашпиговав урановыми пулями очередного врага. Они изорвали бронежилет в хлам, пластина вообще не представляла для них хоть какого-нибудь препятствия.
Множественные ранения грудной клетки. Повреждения внутренних органов. Мгновенная смерть.
И тут же юркнул обратно за укрытие, потому что меня обстреляли.
Скинул магазин на пол, вставил новый, снял автомат с задержки, и спросил:
— Какой счет?
— Десять — ноль, — ответила хакерша. — Борга тебе не засчитали, он еще жив, пусть и…
— В сильно фрагментированном состоянии, — продолжил я за нее.
Значит, осталось двое. А третий раунд они почему-то упрямо не начинают. Видимо, готовят на него что-то совсем интересное.
Хотя что может быть хуже того, что уже происходит? Разве что они притащат сюда одно из чудовищ Старой Москвы. Но я как-то сомневаюсь, что они поддаются дрессировке и их
