я сделал для отправки какой-то девчонке, сейчас мне было реально неловко.
— А что такое? — суккуба небрежно перебросила смартфон из одной ладони в другую. — Ты же видел меня голой. Можешь считать это расплатой…
Ее палец замер над кнопкой отправки — не столько спеша ее нажать, сколько дразня меня.
— Даже не вздумай! — сказал я. — Не хочу показывать свой член непонятно кому.
— Вся история человечества, — отозвалась Би, — строится на показывании своих членов непонятно кому. Люди бы не размножались, если бы все время прятали их в штанах, — и прежде чем я успел возразить, ее палец коснулся кнопки.
Смартфон исчез из ее рук и снова волшебным образом оказался в моих, словно и не покидал их. Вот только сообщение с моим снимком уже успело уйти адресату.
— Чувствую себя каким-то проститутом, — проворчал я, — уже второй раз за день… Сначала на лекции…
— Ты еще скажи, что тебе было стыдно, — с иронией бросила Би.
— Да, было! — я поднял глаза от экрана. — Довольна?
— Не настолько стыдно, чтобы ее остановить…
Я промолчал. Пожалуй, да, не настолько.
— Открою тебе страшную тайну, — Би закинула руки за голову, вконец оккупировав мою кровать, — стыд придумали в раю. А ты сейчас слуга ада. Поэтому можешь не стыдиться. Я тебе разрешаю.
— Спасибо, — с сарказмом отозвался я, — мне стало намного легче!
Хотя и правда стало как-то легче. В конце концов, она отправила мой член девчонке, которая прислала мне грудь. Так что по-своему мы квиты.
— По-моему, ты меня развращаешь, — сказал я.
— Есть разница между раскрепощением и развращением, — моментально отозвалась Би. — И если ты ее еще не понял, то очень советую понять.
— Ну так поясни, — буркнул я, — чтоб я понял!
Демоница довольно улыбнулась, словно это была ее любимая тема.
— Раскрепощение, малыш, — это делать то, что ты хочешь, но по каким-то причинам не можешь себе позволить. Например, — ее губы растянулись в ухмылку, — трахнуть твою ненаглядную Асю. А развращение — это сподвигнуть тебя делать то, что ты бы в принципе делать не стал, внушив тебе, что тебе это нужно. Например…
— Отправить мой член хрен знает кому, — закончил я.
— Возможно, — невозмутимо отозвалась она. — Хотя я бы так не сказала. Но главное — ты понял принцип.
Смартфон задергался в руке, требуя принять вызов. Я немного растерялся, увидев имя на экране. Звонила Ася.
— Паш, — чуть смущенно начала она, — не отрываю?..
И я тоже смутился, вдруг представив, что она в курсе, в каком виде я наблюдал ее пару минут назад.
— Нет, что ты! — заверил я.
— В общем, тут такое дело, — она перевела дыхание. — Нам же сегодня задание дали на четверых…
Напряжение мгновенно отпустило — она не в курсе. Я отошел к окну — подальше от демоницы. Как-то не очень хотелось пускать ее в этот разговор.
— Мы сегодня и хотели начать, — продолжала Ася, — но у нас еще нет двоих. Может, присоединишься?
— Конечно, — машинально отозвался я.
Интересно, она уже оделась?.. Я чуть не треснул себя по голове, прогоняя внезапную мысль. О чем я вообще думаю? Это ж Ася! АСЯ!
— И приведи с собой еще кого-нибудь, четвертого. Только, наверное… — Ася слегка замялась. — Лучше не ее, а то они с Сашей опять поругаются… Даню, — она сама подсказала вариант.
Смартфон дернулся, уведомляя о новом сообщение. Видимо, опять Яна. Учеба казалась отличным оправданием, почему я не проведу этот вечер с ней. Вряд ли она захочет присоединиться.
— Хорошо, — легко согласился я, — во сколько?
— Через час. Я же тебе никакие, — Ася опять замялась, — планы на вечер не срываю?
— Как же ей, наверное, хочется сорвать тебе все планы! — громко усмехнулась Би с другого конца комнаты.
Я едва не выругался. Нет у нее суперспособностей, как же!
— Нет, никаких, — ответил я.
— Ну и договорились, — уже гораздо бодрее отозвалась Ася.
Закончив вызов, я распахнул список сообщений, точно зная, что ответить Яне. Однако последнее пришло совсем не от нее.
Джуси Пуси: «Ого, как завелся…»
Очевидно, оценила снимок. Немного подумав, я распахнул виртуальные клавиши.
Я: «Так может встретимся?»
Ответ пришел мгновенно:
Джуси Пуси: «Может и встретимся… Угадаешь мое имя — сможешь даже меня трахнуть…»
— Вот видишь, как все замечательно, — прокомментировала с кровати Би. — Дело за малым — угадывай!..
— Это ж почти двойное свидание! Весь вечер две девчонки и мы!..
Даня не замолкал всю дорогу до университета, в библиотеке которого мы договорились встретиться с Асей. Я даже и не думал, что предложение поучиться встретит у него такой энтузиазм. Правда, про экономическую теорию, задание по которой мы собирались делать, не было пока сказано ни слова.
— Можно на практике попробовать все, что я узнал на курсах! — бойко заявил Даня, толкая входную дверь. — Лектор так и сказал: с девчонками надо четко констатировать свое намерение. Хочешь переспать — так и говори, что хочешь переспать! Надо как можно больше говорить о сексе, прямо все время вставлять, чтобы они понимали, что нам от них нужно! Говоришь о сексе — и он у тебя гарантированно будет!..
Совет был откровенно так себе, как и все советы, которые он получал на тех мутных курсах.
— Я точно о сексе говорить не буду, — предупредил я, снимая куртку.
Ни с этой стервой Сашей, ни уж точно с Асей. Разговоров о сексе мне хватает и с Би — причем настолько, что я даже рад отвлечься на эконом теорию.
— И тебе не советую, — добавил я.
— А тебе ничего и не надо, — Даня с легкостью не услышал мой совет. — Я хожу на курсы, так что я буду говорить за двоих. А ты и так сегодня отлично на лекции постарался! Я аж теперь горжусь, что ты мой друг!
Похвала была настолько сомнительной, что я тоже предпочел ее проигнорировать.
В университете было тихо и относительно пусто — дневные занятия уже закончились, и сейчас в коридорах попадались лишь заочники, пришедшие на пары после работы. Шаги гулко отдавались по лестничным пролетам, пока мы поднимались в библиотеку.
Там тоже было пусто. Лишь скучающая библиотекарша в другом конце зала листала какую-то книгу, и за одним из читальных столов сидели Ася и Саша. Последнюю можно было заметить издалека — она нацепила фирменную толстовку универа, с нашивками и огромным логотипом на спине.
В таком пафосном наряде у нас ходили только активисты, спортсмены и КВНщики — в общем те, кого толкали на передовую защищать честь университета на всевозможных мероприятиях. Работа эта не оплачивалась, зато взамен им давали толстовки — что, на мой взгляд, было
