— И что же нам теперь делать? — спросила я, меняя тему. — Вернемся в академию или полетим добивать вампира?
— Теперь я и близко не подпущу тебя к этим тварям! — нахмурился Спиро. — Ты стала такой хрупкой и нежной… такая страстная! — прошептал он, покрывая поцелуями мои обнаженные ключицы.
Я вздрогнула от его прикосновений, ощущая, как кровь приливает к щекам.
— Но тогда что мне делать? — пролепетала я. — Остаться в академии… где Киан, это опасней, чем стая вампиров!
Спиро задумался на мгновение.
— Я отведу тебя к матушке, — решительно заявил он. — Ты побудешь у нее, пока я не уничтожу Рейна. А когда мы обретем свободу… Ты станешь моей женой, и мы будем править вместе на землях драконов.
Я радостно кивнула — перспектива быть рядом с любимым и больше никогда не возвращаться в проклятую академию казалась манящей.
— Кстати, — продолжил он, — твои изумрудные глаза, мне нравятся еще больше, чем холодный пепельный цвет вампира.
Наконец я отстранилась и принялась приводить в порядок платье. Краем глаза я заметила, что Спиро бесстыдно позирует обнажённым, демонстрируя рельефное тело. Я хихикнула и лукаво посмотрела на него. Он обратился в могучего дракона, переливающегося чешуёй, и я забралась к нему на спину, цепляясь за выступы на шее. Раскинув огромные крылья, он взмыл в небо.
Ветер трепал мои волосы, пока мы летели над лесом. Вскоре впереди показалась деревня. Но подлетая ближе, мы поняли, что что-то не так — многие дома были разрушены, а над пепелищами клубился едкий дым.
Спиро приземлился на опушке, приняв человеческий облик. Он стянул с бельевых веревок простынь прикрыв срам. Люди в ужасе разбегались от нас.
— Постойте! Мы не причиним вам вреда! — крикнула я, отчаянно наблюдая за убегающими прочь крестьянами.
Наконец один старик остановился, узнав меня. Его лицо было перекошено горем и ужасом.
— Они забрали моих внуков… почти всех жителей увели! — рыдал он.
Я вздрогнула. Матушка! Что с ней стало⁈
— Куда они их увели⁈ — воскликнула я, хватая старика за плечи. — Кто… Кто увел?
— В — вампиры… Туда! К лесу хозяина… — успел вымолвить он перед тем, как я бросилась бежать к дому матушки.
Он был полуразрушен. Я отчаянно пыталась поднять тяжёлые бревна, но теперь была лишь хрупкой девушкой. Спиро помог мне очистить завалы. И тогда я увидела её…
Мать лежала в луже крови, едва дыша. У неё была страшная рана на боку.
— До…доченька… ты снова человек? — прошептала она слабо, посмотрев мне в глаза. По щеке скатилась одинокая слеза.
— Мама!!! — завопила я в отчаянии. Её глаза закрылись навсегда.
Я ощутила, будто мир вокруг рухнул в бездну. Горе накрыло меня чёрной волной, лишая рассудка. Я рыдала так отчаянно, что, казалось, слёзы иссякнут навсегда.
Хоть эта женщина и не была мне матерью в моём родном мире, но я чувствовала, что Бренна любила её всем сердцем. Глубокая вина разъедала изнутри — если бы не я, если бы не моё появление в этом мире, возможно, матушка была бы жива!
Спиро нежно гладил меня по волосам. Он разделял мою боль, но знал — нельзя предаваться отчаянию долго. Его голос звучал твёрдо и собранно:
— Рейн что-то замышляет. Крестьяне в большей опасности чем раньше. Нам нужно сопроводить их в академию, там они будут под защитой.
Я всхлипнула, уткнувшись ему в плечо. Да, он прав. Сначала долг. А потом — скорбь.
Мы похоронили матушку на холме под развесистым дубом. Я украсила могилу полевыми цветами, рыдая так, что Спиро пришлось уводить меня прочь.
Затем мы помогли собрать уцелевших крестьян и направились в академию. Я шла как в тумане, не чувствуя ничего, кроме боли в душе. И лишь тёплая ладонь Спиро, пожимавшая мои пальцы, напоминала — я не одинока в своём горе. Что бы ни случилось дальше, мы переживём это вместе.
Глава 35
Когда мы добрались до ворот академии, нас уже ждали несколько тьмаловцев. Они немедленно начали помогать спасённым деревенским жителям, размещая в пустых комнатах тренировочного корпуса. Одна из учениц принесла им свежий хлеб и горячий парящий суп в большом котелке. Они осторожно помогали переходить в здание академии слабым и раненым.
Появились и другие тьмаловцы, которые приносили тёплые одеяла и подушки, чтобы удобно устроить людей на отдых после пережитых испытаний. По лицам измождённых жителей было видно облегчение от встречи с теплом и заботой.
Когда все были размещены, мимо прошёл Киан, и я бросилась к нему, требуя сведений о Сэме…
— Где Сэм? С ним всё в порядке?
— Да, он жив, отдыхает вместе с Кайлой, — ответил ректор равнодушно. — Ну что, Бренна, ты чувствуешь вину за гибель этих людей? Их убили или обратили твои сородичи — вампиры. Твоя жизнь была для тебя дороже их судеб?
Он ухмылялся, глядя как я мучаюсь.
— Отвали от неё! — рявкнул Спиро, закрывая меня собой.
— О, смотрю, ты вернула себе человеческую сущность? Поздравляю, не из-за этого ли наш дракон стоит в набедренной повязке? — ехидно бросил Киан. — Значит, теперь ты простая смертная.
Он подозвал юного тьмаловца:
— Отведи её к остальным людям. Она больше не из наших.
Я сжала кулаки от злости и беспомощности.
— Хотя, могу предложить тебе комнату у себя… — добавил Киан со злой усмешкой.
В ярости Спиро схватил его за грудки, но тут же судорожно схватился за шею — на ней сжалась магическая удавка… Я в ужасе смотрела, как на шее Спиро сжимается ошейник. Он хрипел, задыхаясь, лицо посинело.
— Отпусти его! — закричала я отчаянно.
Киан раздражённо махнул рукой, и чары исчезли. Спиро жадно хватанул воздух ртом.
— Запомни, дракон! Пока ты не убьёшь первородного упыря, будешь подчиняться мне! — рявкнул ректор.
Он отвернулся, отдавая приказы расставить тьмаловцев по периметру академии в ожидании нападения вампиров.
А затем Киан ткнул пальцем в мою сторону, обращаясь к собравшимся крестьянам:
— Смотрите! Эта девчонка во всём виновата! Из-за неё вампиры напали на вашу деревню! Из-за неё нас ждёт битва! — громогласно возвестил Киан, указывая на меня дрожащим от гнева пальцем.
Его слова обрушились на меня, словно удар под дых. Я огляделась в ужасе, встречая взгляды собравшихся крестьян. В их глазах пылала смесь презрения, ненависти и обиды.
Старик с перевязанной рукой и залитым кровью бинтом сверлил меня полным скорби взглядом. Его внуков увели вампиры этой ночью, возможно навсегда. Рядом с ним стояла женщина лет сорока с длинной кровоточащей царапиной на щеке — напоминанием о недавней вампирской атаке. Её губы скривились в гневной гримасе, а глаза светились алчной местью.
Не в силах вынести этого осуждения, я развернулась и бросилась прочь, едва не споткнувшись о камень. За спиной раздались гневные выкрики и проклятья. Слёзы застилали глаза, пока я сломя голову неслась к корпусам академии, ища спасения от этого кошмара.
Вбежав в комнату, я кинулась к Спиро последовавшего за мной, обнимая его и заливаясь слезами ему на грудь.
— Может Киан прав? Мне стоило умереть? — проскулила я сквозь рыдания. — Моя жизнь принесла столько бед этим людям!
— Тише, родная! Не говори так! — твёрдо возразил Спиро, крепко прижимая меня к себе. — Твоя жизнь для меня дороже всех сокровищ этого мира. Скоро всё это закончится, и мы будем вместе. Я клянусь!
Я едва успела перевести дыхание после слёз, а Спиро переодеться, как дверь распахнулась с грохотом. На пороге стояла Кайла.
— Спиро, тебя зовут! Пора на разведку перед боем, — бросила она резко.
Я почувствовала, как ревность поднимается в груди. Кайла никогда не скрывала своего влечения к Спиро. А теперь она пришла забрать его на опасное задание.
Заметив мою реакцию, Спиро ласково сжал мои плечи и посмотрел мне в глаза:
— Не волнуйся, любимая. Я скоро вернусь. Немного подожди меня здесь.
Он нежно поцеловал меня, запечатлев это обещание. Кайла скривила алые губы в презрительной усмешке, буравя меня ненавидящим взглядом. Ясно было — она ревновала не меньше меня.
