Читаем без скачивания Петля Путина. Разбор полетов за 10 лет - Александр Костин

Не менее резкому осуждению предложения В. Путина были подвергнуты в СМИ западных стран. «Президент Владимир Путин, — писала британская «Файнэншл таймс», — прошел бензопилой, чтобы срезать хрупкие ростки российской демократии. Он использует резню в Беслане, чтобы заполучить новые полномочия для Кремля»[82]. Американская «Нью-Йорк Таймс» писала: «Перед лицом самого серьезного кризиса Владимир Путин действовал под влиянием самых темных инстинктов. Путин использует трагедию Беслана в качестве предлога для удушения остатков демократии ельцинской поры»[83]. Берлинская «Тагес цайтунг» высказалась еще более резко: «На предположительную угрозу со стороны международного терроризма Кремль ответил решительным изменением государственного устройства. Это окончательно хоронит проекты модернизации России, за осуществление которых она взялась 20 лет назад. Власть сама превратилась в источник нестабильности. Концентрация власти, самоизоляция Кремля и мириады услужливых приспешников, которые навязывают растерянному автократу искаженное представление о действительности, гонят страну в пропасть».[84]

Страна была в шоке. Простые люди, оглушенные страшной трагедией в Беслане, верили каждому слову президента, покорно приняли все его предложения по укреплению своей диктатуры. Однако, противостоящая режиму Путина газета «Московский комсомолец», в те суровые дни писала: «Президент обратился к народу, сразу скажем, мы услышали не экспромт. Это обдуманная, коллективно выработанная речь. Значит, это речь не личности, а Власти. По смыслу — это явка с повинной или прошение об отставке. Это признание полного банкротства силовых ведомств, на которые делалась ставка в последние годы при решении всех проблем. Признав банкротство, Власть провозглашает: «Создадим! Подготовим! Потребуем!» А раньше-то? С какой стати люди, провалившие все и вся, справятся с ситуацией, которая стала хуже, чем когда они пришли к власти. Что сделала эта команда за пять лет с 1999 года? Хаос и пустота. Президент должен был выйти к народу не с жалкими словами, а с головой Басаева в руках. А за ним должны стоять силовики с головами других убийц с узнаваемыми лицами».[85]

Однако Шамиль Басаев торжествовал и готовил серию новых террористических актов не только в Чечне и Ингушетии, но и в других республиках Северного Кавказа: Дагестане, Карачаево-Черкесии и Кабардино-Балкарии. 13 октября 2005 года в столице Кабардино-Балкарии городе Нальчике была осуществлена новая вылазка боевиков. Погибло около тридцати российских военнослужащих, из мирного населения города пострадали всего несколько человек, поскольку большая часть боевиков была завербована в самом Нальчике, и они имели приказ не стрелять по мирным жителям.

И только в ночь на 10 июля 2006 года Шамиль Басаев был уничтожен в результате спецоперации. На окраине села Экажево близ Назрани был взорван (по другой версии, взорвался по неосторожности самих террористов) грузовик КамАЗ с фурой, где находился Басаев и несколько боевиков, перевозивших крупную партию оружия. Лишь через несколько месяцев, в печати появилось сообщение, что за участие в ликвидации Ш. Басаева президент В. В. Путин наградил 26 сотрудников ФСБ, в том числе двух женщин.

За невинно пролитую кровь жителей Беслана и прежде всего его детей никто из руководителей силовых структур не был отправлен в отставку. В целях успокоения народа Северной Осетии, и особенно жителей Беслана, которые устраивали воинственные манифестации с требованиями о наказании руководителей республики, с должности был освобожден только президент республики Александр Дзасохов по его просьбе, с переводом на работу в Москву. Таков финал этой трагедии, потрясшей не только россиян, но и жителей всей планеты…

Не менее, чем Беслан, потрясли Россию события, происходившие во второй половине 2004 года и в начале 2005 года, связанные с так называемой «монетизацией натуральных льгот», то есть с попыткой заменить натуральные льготы для ветеранов, инвалидов, пожилых людей и ряда других категорий граждан денежными выплатами. Проект соответствующего федерального закона был подготовлен в министерствах, возглавляемых Г. Грефом, А. Кудриным и М. Зурабовым, активное участие в его разработке принимал вице-премьер А. Жуков. Законопроект, внесенный для предварительного изучения в Думу в июне 2004 года, вызвал резкую критику не только со стороны оппозиционных партий и, прежде всего, КПРФ, но и депутатов от правящей партии «Единая Россия». Однако после внесения в законопроект свыше тысячи поправок закон все-таки был принят большинством из 304 депутатов. Почти все эти депутаты входили во фракцию «Единая Россия».

После принятия закона в Совете Федерации, он поступил 9 августа 2004 г. на подпись президенту. Президент не воспользовался своим правом вето, хотя к нему поступило несколько обращений с призывом наложить вето на данный проект. Президент никак не комментировал новый закон, полагая, что наступил момент для окончательного завершения перестройки социальной системы, оставшейся в наследство от якобы изжившего себя советского социализма.

22 августа, находясь в отпуске в Сочи, В. Путин подписал Закон № 122, который должен был вступить в силу с первого января 2005 года. Из более чем тридцати миллионов льготников с вступлением в силу Закона № 122 свыше 20 миллионов льготников существенно пострадали и только около 10 миллионов человек, главным образом жители сельских районов, могли выиграть, поскольку они не могли ранее реализовать имеющиеся у жителей крупных городов натуральные льготы, такие, например, как бесплатный проезд в городском транспорте.

В январе 2005 года с вступлением в силу закона по стране прокатилась волна массовых манифестаций с требованием отмены непопулярного закона, отправки в отставку правительства, или увольнения отдельных его членов, а так же самого В. Путина («Россия без Путина»). Наиболее активно акции протеста против «Закона геноцида-122» проходили в Москве, городах Подмосковья и в С. — Петербурге. Авторитет президента катастрофически падал, президентом и правительством России, руководством столичных городов были приняты срочные меры по дезавуированию скандального Закона № 122, но до конца года в стране не утихали страсти «по монетизации». «Деньги добавили, льготы вернули, но число недовольных в стране увеличилось», — подвела неутешительный итог популярная газета «Аргументы и факты». «Правительство сдалось под натиском митингов и демонстраций пенсионеров, охвативших значительную часть территории России», — писала газета «Время новостей».

Комментируя результаты январских опросов общественного мнения, известный социолог Ю. Левада писал: «Правящие структуры всерьез подмочили свою репутацию, особенно правительство и местные власти. Такого провала не припомню за последний десяток лет. И ведь никаких внешних причин к тому не было — ни войны, ни кризиса, ни дефолта, при которых от власти требуются сверхэкстренные меры. Нынешние волнения были ожидаемы: на это указывали ежемесячные социологические опросы прошлого года. Однако всем было сказано, что положение хорошее, денег в казне много, сделаем лучше для всех. Но получилось наоборот. Стало быть у власти потеряна связь с реальностью. А это уже действительно опасно».[86]

К осени 2005 года по инициативе В. Путина была разработана система так называемых, «национальных проектов», которая должна была сгладить разрушительные последствия проекта «монетизации льгот» и понемногу восстановить упавший рейтинг президента. Был создан Совет по реализации приоритетных проектов, который возглавил Дмитрий Медведев, незадолго до этого назначенный Первым вице-премьером. Одновременно с ним на пост Первого вице-премьера был назначен также министр обороны Сергей Иванов. Многие наблюдатели оценили эти назначения как выдвижение на политическую сцену возможных преемников на пост президента России в 2008 году и как видим, не ошиблись. Работая в течение двух лет в Совете по реализации нацпроектов, Д. Медведев очень скоро превратился в публичного политика, рейтинг которого медленно, но верно приближался к рейтингу самого В. Путина.

Ну, а что же с культом личности Путина? А может его вовсе не было? Вот как об этом пишет Екатерина Тошина (Санкт-Петербург): «Оснований для культа в современной политической реальности нет. Путин заурядная торговая марка корпоративно-криминальной элиты, которой никакой культ вроде бы не нужен. Однако факт: СМИ неуклюже, но верно пытаются доказать народу, что и культ и усиление власти у нас имеются. Причем делается это не с целью создать через констатацию следствия недостающую причину. Никто, понятно, не собирается усиливать государство посредством сообщений о сортах помидоров, кафе-барах и детях, названных именем полковника Путина. Пиарщики оповещают народ о культе, тупо копируя внешнюю символику предыдущих исторических прецедентов подобного рода и даже не трудясь организовать собственно культ. Народ убеждают, что вокруг него со скрежетом ворочаются страшные молохи сильной власти, в то время как от власти давно остались одни лохмотья.