- А еще что у них годовщина через папу месяцев. Пять лет брака. — Продолжил гитарист.
— Но не видно лицо девушки. Значит ничего страшного, — подытожил певец.
— Пресса разнюхает, это их работа. Поднимут фото пятилетней давности. Подкупят персонал. Или просто начнут подстерегать Сашу в два раза интенсивнее, чем прежде. — Проговорила Лиза. Она тяжело вздохнула. — Что-то слишком много скандалов вьется во круг нас в последнее время.
— Удивительно, что не я главная обсуждаемая персона в группе, — ухмыльнулся Леша.
— И это настораживает. — Подхватил певец.
— Давай на чистоту, что ты для нас припас. Внебрачный ребенок? Неизлечимая болезнь? Роман с душевно больной?
— Воу, воу, маленькая, угомонись! — Поднял руки гитарист, нервно ухмыльнувшись. — С моей стороны никаких фокусов.
— Надеюсь, — буркнула девушка.
Ее телефон зазвонил, оповещая о появление сети. Зеленые глаза метнулись на экран гаджета, и лицо тут же исказилось в недовольной гримасе.
— Алло. Без комментариев.
Она даже не стала слушать вопрос, просьбу или предложение, отключилась.
— Началось, — вздохнула она.
— Итак, что же нам делать? — Спросил Леша.
— Я думаю, что это уже не нам решать, — задумчиво проговорил Никита.
— Согласна.
Повисла тишина. Тихо играло радио, размеренно гудел автобус, за окном пролетал пейзаж. Послышался усталый женский вздох.
— Как-то некрасиво получилось, — проговорила она. — Я обещала Даше, что о ней никто не узнает и тут такое. Еще и моя подруга сука, джекпот просто.
— Все будет хорошо, — улыбнулся Никита, обнимая за плечи.
— Знаю. Просто не люблю, когда что-то идет не так и быть причиной.
Она положила голову на его плечо и прикрыла глаза.
— Знаю, у вас с Дашей не особо теплые отношения, но ей просто нужно время, чтобы все обдумать и остыть. Может даже к лучшему, что все стало известно. Не знаю, как Даша, но Саша давно хотел рассказать. Может хоть фанатки немного угомоняться, а то ведь, иногда, до смешного доходит. Конечно, сейчас повалиться шквал дерьма, но это ведь не вечно. Помусолят эту тему и переключатся на другую. — Сказал Леша философски.
А в конце автобуса гремел гром под названием Даша, когда как спокойный Саша сидел и наблюдал за своей фурией.
Они вместе с института. Его первая и единственная любовь. Кстати, для него это была любовь с первого взгляда. Он помнил тот день так же отчетливо и ясно, словно он снова студент. Институтская кафешка. Он опоздал на пару, а преподаватель его не впустил, поэтому он пришел коротать время здесь. Сел за столик в дальнем углу и рассматривал объявления требующих музыкальную группу для выступления. Она вошла, звонко смеясь со своими одногрупницами. Высокая, стройная, безумно манящая. Вот тогда-то он и понял, что пропал.
Они сели неподалеку, да так что он мог ее рассмотреть. Кошачий разрез глаз, а взгляд карих глаз заставлял, тонут в этой темноте. Маленький курносый носик, тонкие губы, ямочки на щеках, каждый раз когда она улыбалась или смеялась. И эта миленькая родинка слева над губой. Она всегда собирала волосы в высокий тугой хвост, оголяя шею. Саша никогда не думал, что оголенная шея может так возбуждать.
Прошло вот уже восемь лет с их первой встречи, а он до сих пор не мог перестать любоваться ей. Даже если она в ярости, хочет придушить каждого, кто попадется на ее пути.
— Я не понимаю, твоего спокойствия! — Негодовала шатенка.
— А я не понимаю, твоего недовольства, — спокойно парировал он, пока девушка нарезала круги по дивану (если кто не помнит, в дальней комнате на всю ее площадь расположен диван и нет места для пола).
— Ты сейчас это серьезно?
— Вполне. Стой. Сядь рядом.
Он схватил свою жену за руку и потянул на себя. Даша нехотя села на бедра мужа.
— Лиза ни в чем не виновата. И то что произошло это случайность. Да, неприятная. Да, тебя это бесит и ты не хотела светиться в прессе, но тебе придется это принять.
— Но она обещала, что про меня никто не узнает! — Всплеснула руками девушка.
— Она всегда исполняет свои обещание, но иногда обстоятельства сильнее даже ее слов. И твоего лица не видно, по факту тебя никто и не узнает.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Меня бесит, что ты на ее стороне!
— Я на стороне сложившейся ситуации, которая считаю, давно должна была случиться. Ты знаешь мою политику. Мне надоело строить из себя холостяка и отмахиваться от неадекватных фанаток. Я хочу чтобы все знали, что у меня есть любимая женщина.
Он нежно провел по щеке своей жены.
— Я не хочу, чтобы меня обсуждала пресса, фанатки, хейтеры. Я хочу быть просто Даша, а не женой популярного барабанщика, в постели которого хочет побывать добрая часть страны. — Насупила шатенка, но от прикосновения мужчины не отодвинулась. — Не хочу, чтобы на меня тыкали пальцем и говорили «он по любому изменяет ей на гастролях».
— Для меня ты всегда будешь просто Дашей, — улыбнулся он. — А те кто будет это говорить просто идиоты. Я хоть раз тебя обманывал?
— Нет.
— Предавал?
— Нет.
— Заставлял сомневаться?
— Нет.
— Тогда почему бы нам не перестать прятаться?
— Я боюююсь, — взвыла Даша, утыкаясь в сильное плечо мужа.
Саша инстинктивно прижал к себе, отгораживая от всего мира, как делал много раз. Он успокаивающе гладил ее по голове.
— Так давай победим этот страх, а не будем убегать.
Шатенка что-то пробурчала себе под нос, вызывая улыбку у мужа.
— Только не проси меня нормально общаться с Лизой.
— Ты ведешь себя как маленькая, — вдохнул мужчина. — Давай так, я дам тебе время остыть и все обдумать. Пойми, я не прошу становиться с ней лучшими подругами. Просто адекватное общение ничего большего. Поверь, у нее сейчас не самый лучший период. Давай не будем доставлять ей еще больше головной боли.
— Я говорила, что меня бесит, что ты ее оберегаешь? — Девушка подняла голову и недовольно посмотрела на мужа, а тот только улыбнулся.
— Каждый день и по нескольку раз. Иди сюда, фурия.
Даша только кинула уничтожающий взгляд, но тут же обняла мужа, целуя.
***
Демонстративно — молчаливая война между представительницами прекрасного, но в гневе ужасного пола, длилась на протяжении всего пути. Это две тысячи сто восемьдесят километров. Это практически три дня пути, а если учесть все остановки, то на несколько часов больше. В автобусе нечем было дышать от напряжения.
Все выдохнули с облегчением, когда автобус остановился около отеля, и заточенные в автобусе люди вышли на свежий воздух. Лиза тут же уехала на концертную площадку и пробыла там до позднего вечера. Ей трудно было сосредоточиться на своих полномочиях, когда телефон разрывался от звонков и сообщений. Все хотели получить эксклюзив по поводу жены барабанщика.
Окончательно добило девушку, когда она возвращалась в отель, опубликованное на просторах интернета фото Саши и Даши в ресторане.
Лиза недоуменно смотрела на парочку на своем экране и не знала как реагировать. Но дергающийся глаз, говорил, что воздушный шар ее терпения вот-вот лопнет.
Она как можно спокойнее вошла в свой номер. Ни капли не удивившись найти в нем Никиту. Тот лучезарно улыбнулся, но увидев выражение лица девушки, нахмурился.
— Катастрофа? — Спросил он ответ на вопрос «что случилось?».
— Не знаю как реагировать.
Она устало бухнулась на кровать.
— Их фото разлетелось по сети, быстрее кометы, где они ужинают в ресторане. Скажи мне, что это так и задумано? Они решили все рассказать?
— Что-то вроде этого.
— Сомнительный ответ.
— Саша пытается адаптировать ее к грядущим переменам. Эта первый шаг.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Чую приближения конца.
— Не драматизируй.
— Вот увидишь, завтра произойдет фееричный капздец.
— Твой оптимизм завораживает, — хохотнул Кит, нависая над ней.
— Я пессимистичный реалист.
— Хорошо, моего оптимизма хватит на двоих.
И его губы нашли ее.
