Читаем без скачивания История хитрого плута, лиса Рейнарда - Без автора

Шли мы как-то с Изегримом и несли пойманную свинью. Она так громко визжала, что пришлось перегрызть ей горло. И тут из рощи появились вы с королевой. Ты дружеским словом приветствовал нас и сказал, что вы с миледи королевой очень голодны, а еды у вас нет. И попросил у нас часть нашей добычи. Изегрим что-то неразборчиво пробормотал себе под нос, я же громко объявил, что, разумеется, милорд, с огромной радостью, будь у нас добыча и покрупнее, вы всегда можете рассчитывать на свою долю. Волк начал делить свинью, как вы ему указали. Себе он забрал половину, вам с королевой он отделил по четверти. И тотчас же принялся жадно и быстро пожирать свою долю, не желая ни с кем делиться. Мне же достались какие-то остатки внутренностей, и я молил Бога, чтобы Он наказал обжору.

В этом проявилась вся его натура. Прошло совсем немного времени, так что и „Верую" прочесть не успеешь, как ты, государь, уже съел свою долю. Но я-то прекрасно видел, что ты не наелся и все еще голоден. Волк, однако, и не думал предлагать тебе еще. Тогда ты поднял правую лапу и хорошенько огрел Волка по голове, расцарапав ему шкуру на лбу. У него пошла кровь, он взвыл и бросился бежать, оставив свою добычу. А ты закричал ему вслед:

„Беги-беги и принеси-ка нам еще чего-нибудь! А потом посмотрим, как ты станешь делить добычу!"

И я тогда сказал, что пойду вместе с ним, если ты, милорд, меня отпустишь. И я побежал за ним следом. Он всю дорогу тихонько подвывал, не отваживаясь кричать во весь голос, и у него не переставая текла кровь из раны. Наконец мы раздобыли теленка, и, когда ты увидел, что мы возвращаемся, ты весело рассмеялся и сказал мне, что я хороший охотник.

„Быстро же ты нашел добычу! Вот кого следует посылать по какой-нибудь срочной надобности. А теленок хорош. Давай-ка на этот раз ты будешь его делить".

„Милорд, — ответил я, — половину этого теленка я отдаю тебе. Вторую половину — миледи королеве. Кишки, печень, легкие и другие внутренности — это для ваших деточек. Волку Изегриму я отдаю голову, а себе беру ноги".

„Рейнард, — сказал ты тогда, — кто научил тебя столь мудро делить тушу?"

„Милорд, меня научил вот этот священник, что сидит перед вами в окровавленном венце. Совершив неблагородный дележ свиньи, он заработал себе рваные раны на лбу. Алчностью и жадностью навлек он на себя страдания и позор".

Увы, мой господин, сколько в наши дни расплодилось подобных волков, которые без всякого на то права и разумения хватают и жрут все, до чего только может дотянуться их жадная лапа! Ни врагу, ни другу у них не выпросить ни крошки мяса и ни капли крови. Все забирают себе. О, тяжкая судьба ожидает те страны и земли, где такие волки добиваются власти!

Милорд, я совершил для тебя еще множество добрых дел, я мог бы о них порассказать, но это займет слишком много времени. Ты же, как я заключил из твоих слов, совсем о них позабыл. Если только ты внимательно все обдумаешь и взвесишь, ты не станешь впредь говорить так, как говоришь сейчас. Потому что я помню времена, когда ни одно важное решение при твоем дворе не принималось без моего совета и участия. А нынче случилось со мной такое вот несчастье… Но я надеюсь, что мои слова будут услышаны, что им поверят и рассудят мое дело по праву и закону. Это — мое единственное желание. Ибо если найдутся свидетели, готовые представить доказательства моих прегрешений, я отвечу по всей строгости закона, а если же кто-то просто вздумает огульно меня очернить, ничем не подтвердив свои обвинения, тогда я полагаюсь на милость и добросердечие, приличные нашему королевскому двору».

«Рейнард, — сказал король, — в твоих словах есть правда. Ведь о смерти Киварта мне известно лишь то, что сказал Баран Беллин, который принес в котомке его голову. Никаких иных доказательств твоей вины у меня нет, а посему отпускаю тебя».

«Любезный господин мой, — сказал тогда Рей-нард, — воистину ты совершаешь добро. А смерть Киварта так меня огорчила, что я думал, мое сердце разобьется. Еще когда они уходили из моего дома, у меня возникло очень плохое предчувствие, так что я чуть не потерял сознание. Теперь-то я понимаю, это было предвестие тяжелой утраты, которая обрушилась на меня в столь скором времени».

Все звери, которые собрались во дворце и слушали рассказ Лиса об исчезнувших драгоценностях, о его печалях и бедах, все они приняли его рассказ за чистую монету, не сомневаясь в искренности его оправданий и признаний. Ему сочувствовали в его несчастье и жалели его за все перенесенные страдания. Жалели его и король с королевой. Они умоляли его не предаваться отчаянию, а поскорее начать поиски сокровищ. Он так расхваливал эти богатства, что король решил во что бы то ни стало их заполучить. И хотя при дворе не видели этих драгоценностей, Лис говорил так убедительно, что король не мог не быть ему благодарным за подарок. И просил Лиса поскорее начать поиск пропавших сокровищ.

Лис прекрасно понял, чего именно хотят король с королевой, и не стал их за это уважать больше.

«Да возблагодарит вас Господь, милорд и миледи, — сказал он, — за то, что вы утешаете меня в моем горе. Я буду искать сокровища день и ночь, без отдыха и сна, прерывая свой бег лишь на время молитв. Угрозами и клятвами запугаю я все четыре стороны света, и пусть на это уйдет вся моя жизнь, я не прекращу поиски, пока не найду драгоценности. Обращаюсь к тебе, милорд король, с такой просьбой. Если случится так, что я не смогу добыть сокровища ни молитвой, ни просьбой, ни силой, ты должен прийти мне на помощь и поддержать меня. Потому что ведь это дело и тебя касается, это ведь твое богатство. Более того, твой долг — свершить правосудие над ворами и убийцами, что замешаны в этом деле».

«Рейнард, — сказал ему король, — коль скоро ты отыщешь сокровища, я не оставлю тебя своей помощью и всегда приду тебе на выручку».

«О любезный господин мой, это слишком большая честь для меня. Коли будет то в моей власти, я отплачу тебе за твою доброту».

Итак, дело у Лиса сладилось, потому что король опять стал ему послушен, к чему хитрец и стремился. Он воспрянул духом, ведь страшная опасность миновала, а его искусным небылицам все поверили, по-этому он спокойно мог отправляться куда вздумает, и никто не станет чинить ему препятствий. Никто, зa исключением Волка Изегрима, которого охватила злоба и ярость. Он воскликнул:

«О благородный правитель! Неужели ты опять наивно обманываешься и веришь хитрым измышлениям этого плута? Да, сильная должна быть вера, чтобы не усомниться в правдивости его россказней! Он же погряз в преступлениях! Он смеется прямо тебе в лицо. Пожалуй, я тоже расскажу одну историю, и хорошо, что он ее услышит. Ему не помогут и все его басни».

Как Волк Изегрим вновь жаловался на Лиса

«Послушайте, милорд, как этот негодяй бесчестно и низко обманул однажды мою жену. Произошло это зимним днем, когда они вместе направлялись к большому озеру, и он плел ей всякие небылицы о том, что научит ее ловить рыбу хвостом. Ей надо только поглубже опустить хвост в полынью и держать его гак, и на хвост нацепится столько рыбы, что и вчетвером не съесть. Глупышка, она-то ему поверила. И вот прошли они через болото и дошли до полыньи, где она и опустила свой хвост в воду. Он велел ей не шевелить хвостом, чтобы не спугнуть рыбу. Она так долго там сидела, что хвост совсем вмерз в лед, и она не могла его вытащить. Увидев, что она беспомощна, Лис набросился на нее и бесчестно овладел ею. Мне совестно об этом говорить. Она-то ничего не могла сделать, несчастная, она совсем примерзла! От этого преступления ему не отпереться, потому что я сам поймал его с поличным. Я пробегал верхом по берегу, когда увидел его внизу, прямо на моей жене, и его крики и поза не оставляли никаких сомнений. От горя, которое я тогда испытал, я чуть не лишился всех пяти чувств и закричал изо всех сил: „Рейнард, что ты там делаешь?" Увидев, что я уже совсем близко, он бросился бежать. В глубоком горe подбежал я к своей жене, залез глубоко в воду и принялся разбивать лед. А как она страдала, пока не вытащила свой хвост! И все равно приличный кусок хвоста оторвался! Мы оба вполне могли там погибнуть. Дело в том, что она кричала и выла от боли так громко, что из ближайшей деревни прибежали крестьяне с лопатами, граблями, цепами и вилами и их жены со своими прялками. С яростными криками „ату, ату" они стали безжалостно нас избивать. Никогда еще мне не было так страшно. Мы едва унесли ноги. Мы бежали так быстро, что нам стало жарко. Был там один, самый ярый, силач и хороший бегун. Он сильно ранил нас обоих своими вилами. И если бы к тому времени не стемнело, нам бы точно не уйти живыми. Старые ведьмы забили бы нас до смерти, потому что они ругались и кричали, что мы резали их овец. Наконец мы свернули в заросли кустарника, где и спрятались от злобных преследователей. Они не решились искать нас там ночью и отправились восвояси. Вот, милорд, еще одно его преступление. Лиса теперь надо судить по закону и справедливости за убийство, измену и насилие».