229. Сила ангелов в духовном мире так велика, что если б я стал передавать все, что я узнал о ней, то это превзошло бы всякую веру; если там противится что-нибудь такое, что несогласно с Божественным порядком и должно быть устранено, то они это осиливают и сокрушают одним движением воли и взглядом. Я видел, как горы, занятые злыми духами, были низвергнуты и раскинуты, а иногда потрясены из конца в конец, как бы землетрясением. Я также видел, как скалы расседались до самой бездны и поглощали злых духов, находившихся наверху; видел и то, как сотни тысяч их были ангелами рассеяны и брошены в ад. Многочисленность врагов бессильна против них, равно как и всякие уловки, хитрости и козни; они все видят и мгновенно разрушают. Такова сила ангелов в духовном мире; а что они при дозволении могут проявить такую же силу и в природном мире - это видно из Слова: мы читаем в нем, что они предавали смерти целые войска и что даже одного ангела было достаточно, чтоб навести чуму, от которой погибло семьдесят тысяч народа. Об этом ангеле сказано так: И простер Ангел Божий руку свою на Иерусалим, чтобы опустошить его; но Господь пожалел о бедствии, и сказал Ангелу, поражавшему народ: довольно, теперь опусти руку твою (2 Цар. 24. 16) и в других местах. Вследствие такого могущества своего ангелы называются силами, и у Давида сказано: Благословите Господа, все Ангелы Его, крепкие силою (Пс. 102. 20).
230. Должно, однако, знать, что у ангелов самих по себе нет нисколько силы, но что вся сила их от Господа и что только по мере этого сознания они могут называться силами. Тот из них, который думает, что он одарен силой сам по себе, немедленно становится столь слабым, что он не может устоять даже против одного злого духа; поэтому ангелы никакой заслуги не приписывают себе и не терпят похвалы или прославления за какой-нибудь свой поступок, а все это относят к Господу.
231. Вся сила на небесах принадлежит Божественной истине, исходящей от Господа, ибо Господь на небесах есть Божественная истина в соединении с Божественным благом (см. н. !26-140); насколько ангелы принимают ее, настолько они становятся силами. Даже каждый из них есть представитель своей истины и своего блага, ибо каждый таков, каковы его разум и воля, разум принадлежит истине, ибо все, что составляет его, относится к истине; воля же принадлежит благу, ибо все, что составляет ее, относится к благу: все, что человек разумеет, называется им истиной, а все, чего ему хочется, называется им благом; вследствие чего каждый и есть представитель своей истины и своего блага. Таким образом, насколько ангел есть представитель истины, исходящей от Божественного начала, и представитель блага, исходящего от того же начала, настолько он есть сила, ибо настолько же Господь пребывает в нем. А так как ни один ангел не находится в совершенно подобном или одинаковом благе, ибо на небесах, как и на земле, разнообразие бесконечно (н. 20), то и ни один ангел не подобен в силе своей другому ангелу. Образующие область рук большого человека, или небес, обладают наибольшей силой, потому что жители этой области преимущественно перед другими находятся в истинах и на их истины благо влияет со всех небес. Так и в человеке: вся сила его переносится в руки, и через них тело проявляет всю силу свою; вот почему в Слове руки и длани означают силу. На небесах появляется иногда голая рука, сила которой столь громадна, что она могла бы сокрушить дотла все встречное на пути, хотя бы даже скалу на земле; однажды эта рука приблизилась ко мне, и я почувствовал, что она могла бы сокрушить кости мои в прах.
232. Выше было сказано (и. 137), что вся сила принадлежит Божественной истине, исходящей от Господа, и что насколько ангелы приемлют Божественную истину, от Господа исходящую, настолько они обладают и силой. Но ангелы становятся приемниками Божественной истины только по мере принятия ими Божественного блага, ибо вся сила истины исходит от блага и истина без блага бессильна; а, с другой стороны, вся сила блага проявляется через истину, и без нее благо бессильно: сила возникает только вследствие соединения блага и истины. Это же самое относится к вере и любви, потому что все равно сказать: вера или истина, ибо все при надлежащее к вере есть истина; и также все равно сказать: любовь или благо, ибо все принадлежащее к любви есть благо. Как велика сила, которой обладают ангелы посредством истины, исходящей от блага, стало мне ясно также из того, что всякий злой дух от одного только взгляда ангельского обмирает и уже почти не кажется человеком, оставаясь в этом положении, покуда ангел не спустит с него глаз, взор ангельский производит такое действие потому, что источник зрения ангельского есть небесный свет, а небесный свет есть небесная истина (см. н. 126-132). Глаза же сами по себе соответствуют истинам, исходящим от блага.
233. Если вся сила дана истине от блага, то следует, что нисколько нет силы во лжи от зла. В аду все живут во лжи по злу, почему они и бессильны перед истиной и благом; но какова их сила между собой и какова сила злых духов до низвержения их в ад, об этом будет сказано после.
О речи ангельской
234. Ангелы разговаривают между собой совершенно так, как и люди на земле, и, подобно им, беседуют о различных предметах, как-то: о делах домашних и гражданских, о том, что относится к их жизни нравственной и духовной и т.п. - с тем только различием, что они говорят умнее, чем люди, потому что мысль их течет от более внутреннего источника. Мне было часто дозволено находиться в их обществе и говорить с ними, иногда как другу с другом, а иногда как незнакомому с незнакомым; и так как я тогда находился в одинаковом с ними состоянии, то я был вполне уверен, что разговаривал с людьми на земле.
235. Речь ангельская, равно как и человеческая, состоит из слов и так же звучно произносится и слышится, ибо у ангелов, как и у людей, есть уста, язык и уши, есть и воздух, в котором звук их речи внятно раздается; но этот воздух духовный, приспособленный к ангелам как существам духовным: в этом воздухе своем ангелы дышат и посредством дыхания произносят слова точно так, как и люди в земном воздухе своем.
236. На всех небесах и для всех ангелов язык один; из какого бы общества они ни были, из близкого или из дальнего, они друг друга понимают; этому языку они не учатся, но он врожден каждому из них, ибо истекает прямо из их любви и мысли. Общий звук их речи соответствует их любви, а отдельные сочетания звуков, т.е. слова, соответствуют понятиям их мышления, основанным на их любви; а так как речь их соответствует чувству и мысли, то она духовна, ибо в сущности она не что иное, как чувство и мысль, облеченные в звук и слово. Кто внимательно размышляет, тот знает, что всякое мышление исходит от чувства любви и что отдельные мысли, или понятия мышления, суть разные образы, в которых проявляется общее чувство; ибо не может существовать ни мыслей, ни понятий без чувства: оно для них жизнь и душа. Вследствие этого ангелы по одной речи другого знают, каков он: по общему звуку узнают его чувства, а по отдельным звукам или словам узнают его ум; а более мудрые ангелы могут даже из нескольких слов узнать господствующее в ком-нибудь чувство, ибо они на него в особенности обращают внимание свое. Известное дело, что в каждом человеке любовь его или чувства различны: иное чувство овладевает им, когда он в радости, иное - когда он в горе, иное - когда он кроток или милостив, иное - когда он чистосердечен и правдив, иное - когда он в состоянии любви и благостыни, иное - когда он в состоянии ревности или гнева, иное - когда он притворен и лукав, иное - когда он ищет чести и славы и так далее; но господствующее чувство, или господствующая любовь, остается во всех этих состояниях одна и та же, вследствие чего более мудрые ангелы, постигающие качество любви этой по одной речи человека, узнают вместе с тем и все относящееся к его состоянию. По многим опытам мне дано было узнать, что это так. Я слышал, как ангелы изобличали всю жизнь человека, только прислушиваясь к его речи; они даже уверяли меня, что могут из нескольких мыслей человека узнать все, относящееся к жизни его, ибо они через это узнают господствующую в нем любовь, в которой заключается по порядку и все прочее; при этом они сказали мне, что книга жизни человека есть ничто другое.
237. Язык ангельский не имеет ничего общего с человеческим земным, разве только в некоторых словах, в звуке которых слышится чувство; но и тут сходство не с самими словами, а только с их звуком, о чем впоследствии будет сказано подробнее. Что язык ангельский не имеет ничего общего с человеческим земным, это ясно из того, что ангелам невозможно произнести ни одного слова человеческой речи. Они пытались это сделать, но не смогли, ибо они могут произносить только то, что вполне согласно с их чувствами, а что несогласно, то противно самой жизни их: жизнь их есть жизнь их внутренних чувств (affectionum), и от них истекает и речь их. Мне было сказано, что первая человеческая речь на нашей земле походила на ангельскую, потому что люди заимствовали ее с небес, и что в еврейском языке сохранилось несколько такого сходства.
