лингвистических взглядах Гесснера и его познаниях в том или ином языке: чтобы установить позицию автора по какому-нибудь вопросу, необходимо принимать во внимание особенности композиции соответствующего текста и выборочность приводимых сведений, то есть неполноту библиографии, неравномерность объема и качества информации в различных главах. Вслед за Джорджем Меткафом исследователи традиционно отмечают трудность в разграничении цитат и авторской речи в «Митридате»[330]. Однако если не ожидать от словаря-справочника XVI в. монологического изложения, не свойственного компилятивному жанру да и в целом языку филологии XVI в., можно заметить, что автор и издатель «Митридата» предоставили в распоряжение читателя целый набор инструментов, позволяющих сегментировать текст, искать в нем необходимую информацию и устанавливать ее источники. К таким инструментам относятся: а) названия статей (глоттонимы), набранные заглавными буквами, с разрядкой и часто дублируемые в первых строках глав; б) отдельные заголовки, вводящие крупные образцы текстов на тех или иных языках[331]; в) типографские маргиналии (содержащие ключевые слова, реже – имена цитируемых авторов и лингвистические комментарии)[332]; г) таблицы для сопоставления лексики[333]; д) отступы и знаки параграфа (¶) для разделения цитат[334]; е) курсив для обозначения гесснеровских парентез внутри цитат; ж) краткое указание источника в конце каждого отрывка[335] (ср.
ил. 17). Не следует, впрочем, искать строгую регулярность и обязательность в использовании всех этих средств в справочнике.
Небольшая статья в «Митридате» может состоять всего из одной цитаты с указанием источника[336] или вовсе представлять собой отсылку к другим статьям (примеры были даны выше). Чаще в статье дается историческая информация о носителях языка или самом языке, к ней прибавлены языковые «образцы» – примеры лексики (глоссы) или целые предложения и тексты. Так, в статье о языке фракийцев (Mithridates 1555, 69a) сперва сообщается, что Элий Катон переселил 50 тысяч гетов во Фракию и что геты и фракийцы говорят на общем языке (со ссылкой на Страбона[337]); затем приведены случайные фракийские глоссы по словарям Фаворино и Евстафия[338]; наконец, дана отсылка к статье о пеласгийском языке, в которой упоминается фракийский город Крестон (Mithridates 1555, 62b).
Характеризуя цитирование источников в статьях «Митридата», Бернар Коломба обращает внимание, с одной стороны, на точность библиографических отсылок[339], с другой – на разнообразие используемых источников, а также формы и объема цитат: от кратких глосс до многостраничных эксцерптов (Colombat 2007)[340]. Эти черты были свойственны и более ранним трудам Гесснера. Кроме того, как заметил Урс Лёй, глагол «inserere» («вдевать, вставлять»), которым в предисловии к «Универсальной библиотеке» охарактеризовано включение в справочник материалов из библиографических сочинений предшественников, следует понимать буквально: Гесснер цитировал эти тексты дословно, часто обширными фрагментами (Leu 1990, 115–117). В «Митридате» Гесснер также не стремился привести разнородные фрагменты к единообразию, подчинить единому голосу повествования: источники «говорят», как правило, сами за себя и лишь изредка редактируются и комментируются составителем; критика источника часто выражается в цитировании альтернативного мнения.
Например, в начале главы об «иллирийском» (славянском) языке приведено мнение польского историка Матвея Меховского (1457–1523) о том, что вандалы[341], свевы и бургундцы говорили на польском языке («lingua usi sunt Polonica») (Mithridates 1555, 52b)[342]. Затем процитирован отрывок из «Записок о Московии» (1549) Сигизмунда Герберштейна, в котором среди прочего утверждается, что немецкое название славян «Wenden/Winden» («венеды») произведено от этнонима «вандалы» (Mithridates 1555, 53a). Также Гесснер упоминает мнение Видукинда Корвейского, автора «Деяний саксов» (X в.), который относил к вандалам вагров, винулов, ободритов и полабов; и, наконец, дает пространную выдержку из «Краткого описания Германии» (1530) Вилибальда Пиркгеймера, значительная часть которой посвящена обоснованию тезиса о том, что «у вандалов и венедов никогда не было ничего общего, кроме созвучия имен»[343]. В следующей цитате из «Анналов» Иоганна Авентина вандалы уже не упоминаются – смена «ключевого слова» отмечена новым абзацем и отступом.
Итак, отрезками текста «Митридата» являются группы цитат из ученых трудов, объединенные определенным ключевым понятием: как правило, эти ключевые слова совпадают с названиями языков/народов и вынесены в заголовок главы; в других случаях (как в рассмотренном разделе о вандалах) о появлении нового ключевого слова сигнализируют типографские маргиналии и/или знаки абзаца. Между цитатами внутри глав и разделов обычно нет подчинительных синтаксических связей, их многоголосие не подчиняется единому субъекту речи. Гесснер, как правило, не комментирует степень убедительности и надежности приведенных сведений и не показывает историческую последовательность представленных точек зрения. Все это, конечно, не означает, что в расположении цитат в «Митридате» нет никакой логики и что содержание глав не образует связных сюжетов. Так, обратившись вновь к рассмотренному выше разделу, можно предположить, что Гесснер композиционно выделяет версию Пиркгеймера, отведя ей больше всего места и поместив ее в конце «дискуссии» – там, где мы ожидали бы подведение итогов[344]. В пользу этого говорит отсутствие упоминания о вандалах (как и о штирийцах, гепидах и аланах, которых Пиркгеймер считал германцами, – в последнем случае ошибочно)[345] в обширном списке народов, «говорящих на иллирийском языке», который приведен позже в той же главе (Mithridates 1555, 54b-55a).
К композиционному способу выражения собственной позиции Гесснер прибегает и в рассказе о древнем галльском языке, уделив из 16 страниц главы всего несколько строк версии Беата Ренана[346], отделявшего древний галльский как от французского, так и от немецкого; более того, версия Ренана цитируется из вторых рук – по «Космографии» Себастьяна Мюнстера[347], – что также понижает ее статус. Напротив, следом дан подробный разбор аргументов в пользу германской природы галльского (этой версии, вероятно, придерживался сам Гесснер)[348], в конце которого процитирована более поздняя работа Беата Ренана – комментарий к «Германии» Тацита (1533): в нем автор уже отождествлял германцев и кельтов (Mithridates 1555, 25a/b; Tacitus 1533, 423).
При установлении собственных взглядов Гесснера в «Митридате» и других справочниках следует иметь в виду, что для его научных компиляций была характерна некоторая избыточность и непоследовательность в изложении фактов. Как показала Сатико Кусукава на материале «Истории животных», Гесснер, с одной стороны, не пересказывал и не объединял похожие описания животных из разных источников, но часто помещал их следом друг за другом; с другой стороны, он не стремился устранять противоречия между цитатами и даже включал в текст книг некоторые ошибочные (с его точки зрения) сведения (Kusukawa 2010, 306–307, 324–327). Это, вероятно, было обусловлено представлением об энциклопедии как сумме всего имеющегося знания в определенной научной области. Несмотря на свой незначительный объем, «Митридат» воспринял многие черты большого энциклопедического жанра XVI в.
Какие языки
