«Черт, я же голая», — еще успела подумать она, и свет померк в ее глазах.
Глава 6
Лизи открыла глаза, еще не совсем понимая, что произошло и где она находиться. Внутреннее чувство подсказывало, что она в своей кровати, но что-то было не так, что-то здесь было неправильно и непривычно. В голове странно гудело, в висках стучало, глаза никак не хотели отчетливо видеть окружающую действительность, да и в предрассветной мгле все вокруг казалось размытым и нечетким.
Девушка постаралась расслабиться и вспомнить, что же вчера произошло. Почему она не помнит, как оказалась в постели и… что ее разбудило? От прилагаемых усилий голова разболелась еще сильнее. Лизи судорожно перевела дыхание, стараясь расслабиться, и попыталась перевернуться, но что-то мешало ей и удерживало на месте. Девушка замерла, соображая, что же это такое и во что она могла упереться рукой, помогая себе подняться. Самое интересное то, что это «что-то» было на ощупь теплым и мягким. Лизи замерла, пытаясь сообразить, что вообще происходит и, стараясь, раньше времени не паниковать.
Итак, она явно сейчас находится в собственной кровати и, как ни странно, не одна. Она слышала, что рядом кто-то тихо дышал, обнимая ее крепкой рукой, а она лежала на плече этого «кого-то» и сейчас нагло ощупывала обнаженную грудь. Лизи зажмурилась, пытаясь восстановить дыхание и унять бешеное сердцебиение.
Девушка осторожно приподняла голову и от увиденного резко дернулась, вырываясь из крепких объятий.
— Черт, — застонала Лизи.
— Проснулась? — раздался сонный мужской голос.
Лизи тупо пялилась на голую грудь Кости, пытаясь вспомнить, что он делает в ее кровати, да еще и в таком интересном виде. Она постаралась незаметно оглядеть себя. Халат был на месте, но это еще ни о чем не говорило.
— Ты… это… как… зачем… почему здесь, — заикаясь и ужасно стесняясь, она кое-как сформулировала тревожащий ее вопрос.
— Здесь — это где? В твоей постеле? — лениво потягиваясь, спросил Костя, а Лизи в ответ смогла только кивнуть. — Ты что ничего не помнишь? — Парень приподнялся на локте, и одеяло при этом сползло ниже, открывая его голый живот. Лизи закрыла глаза, ругаясь про себя и проклиная свою память, которая никак не может поведать ей о событиях этой ночи. А тем временем Костя с интересом разглядывал взлахмоченную и смущенную девушку.
Во рту у Лизи пересохло и, казалось, язык намертво прилип к небу. Ей было трудно выдавить из себя и звук, не говоря уж о чем-то толковом и вразумительном.
— Ну вот, такая ночь была, а ты ничего не помнишь, — с сожалением и обидой в голосе проворчал Костя и откинулся на подушку. Лизи чуть приоткрыла глаза, разглядывая сокрушенно-разочарованное выражение на его лице. Потом парень закинул руки за голову и уставился в потолок. На его губах появилась улыбка, а выражение на лице сменилось на мечтательное и излишне довольное. Девушка скривилась и крепко зажмурилась. Ей было ужасно стыдно и … обидно. — Знаешь, со мной такое впервые, — прошептал Костя. — Эта ночь была словно безумной, и было так необычно волнующе и … А ты….
— Чего я? — шепотом переспросила Лизи, с внутренним трепетом ожидая его ответа.
— А ты ничего не помнишь, — с неожиданной злостью рявкнул он.
Лизи готова была провалиться сквозь землю, только бы скрыться от его горящих обидой глаз. Вдруг она ощутила его легкие прикосновения к своей голой ноге, которая самым безобразным образом лежала поверх одеяла, оголенная до бедра.
— Может, стоит напомнить? — приподнимаясь, игриво произнес он, настойчиво продолжая поглаживать ее бедро.
Лизи быстро убрала ногу и засунула ее под одеяло, одновременно стремясь подальше отодвинуться от молодого человека.
— После сегодняшней ночи ты не должна меня стесняться, — хитро подмигнул Костя, оглядывая девушку. — Чего еще я у тебя не видел?
— Черт, — простонала Лизи, закрывая руками пылающее от смущения лицо.
- Водички подать? — еле сдерживая смех, заботливо спросил Костя.
— Угу, — буркнула Лизи, не зная, куда ей деться от стыда и неловкости.
— Сейчас принесу. — Костя легко поднялся с кровати, а Лизи сквозь пальцы постаралась рассмотреть его, не в состоянии побороть неуемное любопытство. Высокий, стройный, красивый, слава Богу, в трусах, хотя и жаль. А она… ну абсолютно ничего не помнит. Обидно!
— Черт, вот это влипла, — тихо простонала Лизи, откидываясь на подушку, когда Костя скрылся за дверью. — И как это меня угораздило? В первый же день знакомства! Но самое обидное — ничегошеньки ведь не помню. Не, ну если бы между нами что-то было, я бы помнила… или нет?
Костя вернулся достаточно быстро и, аккуратно присаживаясь на край кровати, протянул Лизи стакан воды с милой улыбкой на лице. Девушка вся съежилась под его озорным взглядом.
— Может, кофе? — все также улыбаясь, проворковал он, поглаживая девушку через одеяло.
Лизи, опомнившись, схватила стакан, который парень все еще держал перед ней, и припала к нему как заправский алкоголик к банке с рассолом. Костя разглядывал девушку, совершенно не стесняясь своей наготы.
— Полегчало? — усмехнулся он.
Лизи только кивнула в ответ, стараясь не пялиться на его голую грудь, неосознанно сравнивая ее с грудью Андрея и нового физрука.
— Может, все же кофе? — переспросил Костя. Лизи снова только кивнула, не в состоянии произнести ни звука. — Хорошо, сейчас сварю, только сначала я в ванную, ладно? — И снова только кивок в ответ.
Лизи наблюдала, как Костя легко поднялся с кровати, подошел к креслу, сгреб с него вещи и вышел из спальни, не потрудившись закрыть за собой дверь. Она хорошо расслышала, как он зашел в ванную, как щелкнул замок, и через секунду зашумела вода.
— Мама моя, — взвыла девушка. — Ну, почему я совершенно ничего не помню!?
Лизи соскочила с кровати и только тут заметила, что под халатом у нее ничего-то нет. Она подбежала к комоду и, выдвинув шухляду, быстро схватила первые попавшие трусики и тут же натянула их, оглядываясь на открытую дверь спальни. Затем быстро скинув халат, схватила майку и, путаясь в бретельках, надела ее со скоростью звука, потом, снова натянула халат, запахнула его и крепко завязала пояс.
Переведя дыхание, она подошла к балкону и, все еще трясущимися руками, открыла дверь. На нее тут же пахнуло утренним холодом, и тело в один миг покрылось мурашками. Но Лизи продолжала стоять в дверях, полной грудью вдыхая освежающий воздух. С каждым новым вдохом хмель и боль выветривались из ее головы, а воспоминания потихоньку стали заполнять ее воспаленный разум.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
