уже собрался от скуки заглянуть в свой кубрик и поднялся из‑за стола, раздался топот ног, сопровождаемый знакомым лязгом шпор, и в дверях ресторана возникла небольшая, но явно дружная компания офицеров.
- Виталий Родионович, вы ли это?!
Часть 2. Мы наш, мы новый... Глава 1. На новом месте… обойдемся без невесты
Вот кого‑кого, а этого человека встретить здесь и сейчас я точно не ожидал. Судьба крепко повязала тогда еще молодого офицера добровольческого полка Ларса Нискинича Мстиславского с Румынией. И выпестовала из него одну из самых одиозных фигур в русской армии. Ныне командир отдельного пластунского отряда Первого Валашского полка ротмистр Мстиславской, чьих людей турки, до сих пор вяло гадящие в Румынии, боятся как огня, княжич и сейчас должен был бы кружить по заставам, громя турецкие отряды, а вот поди ж ты…
- Ларс Нискинич, какими судьбами?! - Я раскинул руки, и мы с Мстиславским обнялись, наплевав на все правила этикета. - Вот уж сюрприз так сюрприз…
- Представьте себе, как я удивлен! - рассмеялся княжич и тут же спохватился: - Ох, прошу простить мои манеры, совсем одичал в этой Валахии. Господа, позвольте представить, мой хороший знакомый и добрый друг, князь Старицкий, Виталий Родионович. Прошу любить и жаловать.
- Ларс Нискинич… - Я укоризненно покачал головой, на что Мстиславской только отмахнулся.
- Право, ваша скромность вас погубит, друг мой, - хмыкнул он и принялся поочередно представлять своих спутников, поголовно оказавшихся сотниками его отряда.
- Простите за нескромный вопрос… Но как же вы оставили своих людей без начальства? Не начнут шалить? - поинтересовался я, когда официанты закончили накрывать для нас стол. Спросил не из необходимости, а чтобы отвлечься от того любопытства, с которым офицеры меня рассматривали.
- Не начнут, - усмехнулся Мстиславской под общие смешки своих офицеров. - Да, ежели и начудят чего, так поезд все одно быстрее полицейских разъездов будет. Успеют уйти…
- Поезд?
- А‑а, прошу прощения. Вы же не знаете, - кивнул княжич. - Наш отряд отправлен на переформирование в Каменград и, как было обещано, через год должен быть развернут в полк нового строя. Ну а мы, как настоящее начальство, не пожелав трястись неделю в душных вагонах, отправились воздушным путем, благо командование выдало чистые дорожные листы… Аллюр «три креста», так сказать.
- Занятно. Значит, говорите, еще один новый строй? - Я изобразил удивление.
- Уж простите, Виталий Родионович, но более ничего сказать не могу. Секретность, - развел руками княжич и вздохнул. - Да и, если уж честно, подробности мне неизвестны. Есть приказ, мы его исполняем.
- Понимаю…
- Ну а вы здесь как оказались, Виталий Родионович? Помнится, доходили до нашей глуши слухи, что вы в Хольмграде в заводчики подались, да учительствуете… - с улыбкой заметил Мстиславской.
Взгляды пары сотников резко подернулись морозной дымкой. Ну да, конечно. Они‑то думали… а тут обычный шпак, понимаете ли, да еще и заводчик… Зазорно им, видите ли. Ха.
- Все верно. А вот теперь еду в Каменград. С той же целью.
- Вот как? И кого же вы в этих местах учить собрались, Виталий Родионович? Неужто местных мастеровых? - подал голос самый младший из офицеров, сотник Баторин, презрительно дернув губой, отчего его редкие по юности усы встопорщились, словно у уличного кота при виде собаки.
- Если бы, господин сотник. Мастеровые - люди основательные и от новых знаний не отказываются. Учить их, право же, было бы счастьем, которое, увы, мне не светит. Государь поручил мне других, куда более гонористых и упрямых школяров. Вас, - с нейтральной улыбкой ответил я и залюбовался ошеломлением примолкших офицеров.
- Виталий Родионович… объяснитесь, - прервав воцарившуюся тишину, попросил княжич‑ротмистр.
- Нет ничего проще. Вы слышали про Училище кадрового резерва?
- Разумеется, - озвучил общий ответ Мстиславской под утвердительные кивки сотников.
- Именно его создателем и директором я и являюсь. Точнее, директором я был до недавнего времени, но государь посчитал, что одного такого учреждения для Руси явно недостаточно, и возложил на меня миссию по созданию похожего учебного заведения, правда, с большим уклоном в чисто военные науки, на этот раз в Каменграде. И вам суждено стать первыми слушателями Каменградских высших офицерских курсов. Так‑то.
- Подождите, Виталий Родионович… Получается, волкодавы Старицкого это ваши?.. - удивленно отметил один из сотников.
- А‑а, вы уже сталкивались с выпускниками Хольмградского училища, - улыбнулся я. - Да, полагаю, второй или третий выпуск… Вот только почему именно мои? С курсантами такие специалисты работали… не мне чета.
- Да, у Германа был значок с цифрой два. Мы все допытывались, что он значит, да только без толку. Улыбался да молчал, - медленно проговорил Мстиславской.
- Герман… Герман… Хм, капитан Лозовой, да? Толковый офицер, а уж следователь из него и вовсе должен был получиться замечательный. - Вспомнив тихого и вечно спокойного, как удав, курсанта, я кивнул. Капитан показал недюжинный талант и внимательность, да и возможности его как менталиста были куда выше среднего. Не то чтобы я помнил всех выпускников, но в первых выпусках было всего по полсотни офицеров и чиновников, так что запомнить их было несложно.
- И получился. Настолько хороший, что после пятой вскрытой цепочки агентов турки не пожалели сотни солдат, но на кол Лозового посадили. - Хмуро кивнул седой сотник, сидящий по левую руку от княжича. - Хорошо еще, капитан успел людей своих натаскать. Сменщик его, с таким же значком, кстати, как прибыл, накрутил им хвосты, так они полгода по всей Румынии носились, но всех участников и зачинщиков той засады выловили… и казнили. Последних так вообще словно волков на флажки гнали. Отсюда и прозвание. Поначалу было волкодавами Лозового их назвали, да сменщик его поправил… так и повелось. Но работать с ними, скажу я вам, одно удовольствие. - Неожиданно оживившись, цокнул языком сотник. И тяжесть от упоминания смерти товарища, придавившая наши плечи, нехотя отступила.
- Виталий Родионович, вот вы где! - возглас Вента Мирославича окончательно развеял дымку грусти, и я взглянул на ворвавшегося в зал ресторана Толстоватого. А тот, заметив сидящих за столом офицеров, резко затормозил. - Прошу прощения, господа.
Как оказалось, капитан «Буривоя», завершив погрузку, обнаружил у одной из аппарелей дирижабля шестерых нагруженных баулами и чемоданами солдат, назвавшихся денщиками пассажиров. И, желая как можно скорее продолжить путь, отправил на поиски их начальства половину экипажа. А
