крыльце гостиницы, ужасно злясь и ворча себе под нос.
На другой стороне дороги остановилась карета. Извозчик распахнул дверь, а из кареты вышел мужчина в элегантном синем костюме. Лица я, к сожалению, не видела, но со спины, он мне показался знакомым.
Мужчина подал руку, и следом наружу выбралась его спутница.
– Проклятье!.. – едва слышно выругалась, узнавая маму.
С ней должно быть ректор. Вот ведь… Сейчас же Бастер выйдет, если родители увидят нас вдвоём на крыльце гостиницы, допроса не избежать. Как объяснить, что мы там делали всю ночь?
Скрипнула дверь гостиницы… не давая себе опомниться я бросилась к ней. Схватила Бастера, который пытался выйти на улицу и втащила обратно. Развернула его, прижала к стене и закрыла ему рот рукой.
– Тихо… – прошептала одними губами. Наши тела тесно соприкасались, мы, наверное, казались влюблённой парочкой.
Бастер удивлённо хлопал ресницами, но вырваться не пытался, согревая своим дыханием мою ладонь.
Родители прошли мимо, не заметив, и повернули к ресторации, что находилась на первом этаже.
Облегчённо выдохнула и быстро вывела Бастера на улицу.
– Давай уберёмся отсюда, пока не поздно, – произнесла и торопливо двинулась вдоль по улице в другом направлении, чтобы не проходить под окнами ресторации.
Бастер пристроился рядом и выглядел хмурым.
– Расстроился? – осторожно спросила я. – Мне жаль, правда… ты же понимаешь, я не виновата в том, что они… сошлись.
– Да не в этом дело, – кисло отмахнулся Бастер. – Я хотел отправить тебя в академию и зайти к отцу, пока время есть… Хотел обсудить то, что произошло, может, поискать первую часть тотема, я знаю его некоторые тайники, но раз он на свидании… – он многозначительно замолчал и повернулся ко мне. – А пойдём в кофейню, здесь недалеко?
– Ты же говорил, у тебя денег нет, – поддела ехидно.
– На завтрак для нас хватит, – подмигнул он и потащил меня за угол.
Каким бы гадом Бастер ни был, он всегда остаётся джентльменом. Для него в порядке вещей придержать дверь, придвинуть стул, дать право первой сделать выбор. Для меня остаётся загадкой, как в одном человеке умещаются две личности, две крайности, две стороны характера. Но что мне действительно нравится, Бастер несмотря ни на что остаётся участливым, внимательным и добрым. А ещё – открытым, без притворства.
– Будешь так на меня смотреть, подумаю, что влюбилась, – усмехнулся он, глядя в меню.
Закатила глаза и пробежалась взглядом по названиям блюд.
– Закажи на своё усмотрение, моя фантазия иссякла.
– О, – обрадовался Бастер. – Тогда ты обязана попробовать блины с фруктовой начинкой в сладком соусе и пирог с рыбой. Он тут просто великолепен.
– Пусть будет пирог и блины, – согласилась я.
Бастер подозвал официантку, которая сияла от счастья обслуживать его, и сделал заказ.
Пока ждали пирог, нам принесли дымящийся ароматный какао. Обхватила свою кружку ладонями и понюхала напиток.
– Устала? – поинтересовался Бастер, выгнув бровь.
– Нет, – отозвалась, слабо улыбнувшись. – Но чувствую себя немного опустошённой. Много всего произошло за последние дни…
– Верно… – Бастер задумчиво кивнул.
– Слушай, а твоя мама… – мне правда было интересно, но спрашивать о подобном не принято. И всё же слова уже сорвались с языка.
Бастер нахмурился, поджал губы, но всё же ответил.
– Она артистка, творческая натура и… очень ветренная. Отец так и не смог её понять и принять такой, какая она есть. А она… не смогла привыкнуть к семейной жизни. Если честно… – Бастер вздохнул и потёр лоб. – Мама плохо выполняла свои обязанности, пропадая на репетициях и гастролях.
– Но ты всё равно её любишь, – понимающе закончила я.
– О, Рыжик! Не будь такой сентиментальной, – воскликнул он иронично и вдруг замер, уставившись хищным взглядом на вход.
Машинально обернулась и мои брови взлетели вверх.
В зал вошёл Лориэн, держа под руку эльфийку. Она имела важный горделивый вид и держала в руках белую лилию.
– Похоже, у них свидание, – прокомментировал Бастер. – Хочешь, уйдём отсюда?
Повернулась к нему и покрутила пальцем у виска.
– С ума сошёл? Без пирога и блинов я никогда не уйду.
– Моя девочка, – одобрительно усмехнулся он. – Тогда позовём их к нам за столик. Я возьму на себя эльфийку, а ты займёшься ушастым.
Взяла вилку и пригрозила:
– Даже не смей. Давай просто позавтракаем в спокойной атмосфере?
Бастер примирительно вскинул руки.
– Я-то не против, но думал, тебе неприятно видеть их вместе.
Усмехнулась и покачала головой.
– Я изначально знала, что между ними что-то происходит, но они вроде как до сих пор не встречаются, и у меня всё ещё есть шанс привлечь внимание Лориэна.
– Ладно, – согласился Бастер и внезапно передвинул стул, загораживая вид на столик, за которым устроилась пара эльфов. – Тогда не смей грустить и продолжай радовать меня своей вредностью и улыбками.
Издала тихий смешок и обрадовалась, когда подошла официантка, держа перед собой поднос…
Мы первыми покинули кофейню, а эльфийская парочка, нас так и не заметила. Признаться, на душе было гадко, мучила ревность и отчаяние. Я сильно уступаю эльфийке, но не могу справиться с теми чувствами, которые испытываю к Лориэну.
– Сейчас переоденемся и на тренировку, сразу обо всём позабудешь, – заверил меня Бастер, когда мы уже подходили к воротам академии.
– Спасибо за поддержку, – отозвалась язвительно и пихнула его в бок.
На проходной нам навстречу попался послушник церкви в серой непримечательной рясе. Признаться, это было неожиданно, и улыбался он странно.
– Я искал вас, дети мои, – блаженно произнёс он, заставив нас с Бастером переглянуться и напрячься.
Глава двадцать седьмая
/Бастер/
– По какому поводу? – поинтересовался я, мигов подобравшись.
Мужчина был мне незнаком, как и Сабине, судя по её удивлению. Обычная внешность. Шатен с блекло-синими глазами в рясе послушника распологающе улыбался нам.
– К сожалению, по довольно печальному. Святой отец Иордан хотел бы обсудить с вами смерть его друга, достопочтенного господина Фиста. Пусть земля ему будет пеплом.
– Пухом, – сразу исправила его Сабина, поправив очки на переносице.
Надо бы сообщить, что она всегда так делает, когда умничает.
– Простите? – переспросил послушник, вздрогнув, словно успел уйти в свои мысли.
– Вы произнесли: «пусть земля ему будет пеплом», – терпеливо пояснила Рыжая.
– Господи, – мужчина коснулся деревянного креста, висящего на его груди. – Простите, я немного растерян, – повинился он. – Смерть господина Фиста была неожиданной. Он часто приходил на исповеди, перечислял огромные пожертвования. Благодаря его участию город выделил средства на ремонт и помощь двум десяткам приютов при церквях. Мир потерял замечательного человека…
– Простите, – перебил его я, – что вы хотели обсудить с нами? Точнее, святой отец…
– Иордан, да-да, он ожидает вас
