тарелку пасту. Я двигаюсь чуть в сторону и оказываюсь немного за его спиной.
Взгляд невольно ползет по профилю Зуева.
Жилистые руки, что скрывались под рукавами костюмов, сейчас частично оголены. Серьезное сосредоточенное лицо, идеальная щетина, прямой нос, короткая челка жестких волос немного растрепанна.
Невоспитанно наблюдаю, понимая, что мужчина вызывает симпатию. Не отвечу связано ли это с тем, что мы в силу обстоятельств так сблизились, что готовим сегодня на моей кухне, или попросту потому что не привлекательным Руслана назвать нельзя…
— Закончила? — вскидывает бровь, чуть поворачивая голову в мою сторону.
Резко дергаюсь, принимаясь лезть в шкафчик. Но он разворачивает, касаясь плеча, и задевает прядь моих волос.
— Я ведь не сказал, что против. — заявляет с присущим ему высокомерием.
Закусив губу, чтобы не улыбнуться качаю головой. А он прищуривается.
— Ты только осторожней с этим… — продолжает: — Я могу расценить это иначе.
Вся красная от стыда и смущения хлопаю глазами.
— Как иначе? — звучит чуть сипло.
Он дает понять, что ответа на этот вопрос не будет.
Так и стоим друг напротив друга, а паста остывает в тарелках.
От этой заминки отвлекает резко раздающийся сигнал звонка. Понимаю, что это мой, спешно обхожу Руслана, который тут же возвращается к блюдам.
Хватаю телефон.
Черт!
— Николай Владимирович. — отвечаю, садясь на диван и понижая голос.
— Диночка, так и не освободилась? — говорит мужчина.
— У меня немного времени. Что вы хотели узнать? — стараюсь говорить нейтрально и не быстро.
— Хочу понять, что по итогу стряслось? — тут же включается мужчина.
— Я застала Дениса за изменой, подала на развод. Собственно, большего тут не скажешь. — не вдаюсь в подробности, лишь потому что не имею представления, что он знает.
— Подожди, Дин. Денис сказал, что заявление только подано.
Слышу в голосе удивление.
— Так он сам Вам сказал? — задаю вопрос, который волновал ранее.
— По сути, ему пришлось. Мне сообщил один знакомый судья, что планируется заседание, связанное с моим сыном.
— Да, завтра слушание. — отвечаю, совершенно не испытывая никаких эмоций: — Дальше будет понятно.
— Дина. — этот тон узнаю: — Он идиот, я согласен. Но пять лет вы жили душа в душу… — вот тут становится смешно.
— Нет, Николай Владимирович. Я жила в клетке, ни любви, ни уважения, ни благодарности. Более того, пять лет я была, по существу, прислугой вашего сына. И в этом, вина нас обоих. Я не сразу заметила, что у нас проблемы, он довел ситуацию до крайней точки. Поэтому, давайте не будем сейчас говорить о том, что стоит попробовать наладить наши отношения. Потому как налаживать там нечего…А теперь, простите, мне пора.
Отключаюсь, даже не дожидаясь ответа. Вряд ли мне было бы сказано, что я останусь для них важным человеком.
Руслан тем временем подходит к дивану.
— Я горжусь тобой.
Руки в карманах, а глаза… Они подтверждают его слова. Не знаю почему мне так видится, просто…я никогда не ощущала такого взгляда. Может быть это чуточку похоже на восхищение, и невольно, я сама чувствую то же самое по отношению к себе.
— Спасибо. — выдыхаю со скромной улыбкой: — Я и сама горжусь.
— Пойдем есть.
Сегодняшнее игривое настроение этого всегда серьезного мужчины заставляет вскинуть брови, и я, посмеиваясь, встаю с дивана, чтобы, в конце концов, попробовать нашу пасту.
За ужином я интересуюсь по какому поводу командировка, тут же попутно смотрю погоду в Риме. Руслан отвечает, что планируется ряд переговоров о партнерстве. И помыслить не могу, чем занимается его компания, или компании, потому как он вскользь упомянул о разных сферах деятельности. Что касается конкретно Италии, то, как я поняла, встречи будут связаны с отраслью торговли.
Но если быть откровенной, это не та информация, что меня интересует. Мне хочется узнать что-то о нем, как о человеке.
Однако, задав вопрос подобного характера, я получаю в ответ многозначительный взгляд со скупым резюме. Бокс и работа.
Дальше смысла разводить тему нет, видно по напряженному и, в раз, беспристрастному выражению лица.
Личное Руслана Зуева — это то, что он никому не даст узнать.
— Заеду в три. — уже стоя в обуви говорит он.
— Хорошо. — снова не могу до конца спрятать улыбку.
— Приятно слышать твое безоговорочное согласие. — усмехается.
С минуту смотрим друг на друга, он чуть прищуривается, и закидывая пиджак на плечо, добавляет.
— До завтра, Мышка.
— До встречи, Руслан.
Вторю ему, закрывая дверь.
А потом глупо так заглядываю в глазок, но, конечно же не вижу ничего.
Боже!
Я лечу в Италию!
И неважно, что это работа. Почему-то кажется, что тот опыт командировок, который мне довелось приобрести будучи в браке с Аксеновым, будет полностью обновлен.
Свои страхи насчет того, что в бизнесе я профан, оставляю на потом. К тому же, вряд ли мне удастся что-то испортить, это ведь Зуев…
Состояние какого-то детского нетерпеливого восторга рвется, наконец, наружу. И я спешно двигаюсь к кровати, в ящике которой лежит чемодан.
Глава 21
Нервно тереблю ремень безопасности сидя в самолете, которых и в жизни не видела. Даже любитель повыделываться Аксенов никогда не летал на таких. Все, как в фильмах, какой-то отдельный гейт, документы даже и не попросили. Частный борт в бежевой коже, а сидений всего ничего, плюс большие столы, будто я в ресторане.
Состояние мандража, потому как Руслан позвонил утром и несколько омрачил мое предвкушение тем, что не сможет заехать лично и отправит водителя. Первая мысль отказаться. Вторым возникло чувство досады.
Если прямо, то я действительно расстроилась, а внутреннее волнение сошло на нет. А дальше, разумно определив, что из-за такой мелочи отказываться будет наивысшей степенью глупости, вновь принялась проверять все ли взяла.
Учитывая, что я не знаю сколько мы там будем, пришлось постараться, чтобы составить универсальные наряды. Ну и собственно, переговоры вещь серьезная, гардероб не без офисных комплектов.
Ольга все уши прожужжала, что надо взять что-то сексуальнее и яркое сражать горячих итальянцев, но обошлась лишь одним платьем в подобном стиле. И то, больше на всякий случай. Какие могут быть итальянцы…я еще не развелась, да и буду там с Русланом.
Что-то колышется в душе при произнесении его имени даже в мыслях, но честно сказать, Зуев ведь совсем неподходящий мужчина для симпатии. А то, что он мне симпатичен, уже и отрицать нет смысла. Более того, та паста сотворила какую-то магию, честное слово.
Я, конечно, не хочу отождествлять его теми качествами, которые рисуются в моей голове, потому как толком и не знакома с ним. Но увы,
