Ты же смелый мужик. Особенно если надо ребёнка ударить или женщину. Давай! Не стесняйся.
Отшвырнув свою жену, что далось ему довольно легко, в силу того, что она весила вдвое меньше, он схватил меня за воротник, и приподняв с кровати, отвесил мне хлёсткий подзатыльник.
Я к этому был уже готов и в последний момент повернулся лицом навстречу его ладони.
Несмотря на его крупные габариты, ладно у него оказалась не такая уж и тяжёлая. Я это сразу заметил. Такие руки бывают у тех людей, кто тяжелее стакана или шариковой ручки ничего не поднимал в своей жизни. Да и у меня самого сейчас были такие же. Мягкие, без мозолей. Явно мой реципиент тоже спортом не занимался. В общем, особого ущерба мне этот удар открытой ладонью не нанёс. Ну, разве что из носа сразу в два ручья хлынула кровь…
— Что вы делаете? — раздался женский голос от дверей.
— Помогите! Он хочет меня убить! — закричал я не своим голосом.
При этом из глаз моих текли самые настоящие слёзы. Шлепок по носу такое обеспечивает на раз.
— Не смейте бить ребёнка! — медсестра бросилась между мной и мужчиной, который явно не ожидал такого эффекта от своего удара.
— Пожалуйста! — плачущим голосом обратился я к медсестре. — Сообщите об этом моему папе! Позвоните ему прямо сейчас!
— А это разве не твой отец?
— Нет. Это совершенно посторонний мужчина. Он мне никто.
На крики в палату прибежала ещё одна медсестра, а следом за ней и молодой мужчина в белом халате. Доктор, наверное, но я его никогда не видел раньше. Он сразу же спросил:
— Что здесь происходит?
— Этот человек напал на меня и ударил. — плача лепетал я, размазывая ладонями кровь и слёзы по лицу.
Картина маслом: Подросток с окровавленным лицом и большой лысый толстомордый мужчина, на руке которого тоже осталась моя кровь.
— Я ничего не… — начал было мамкин муж.
Медсестра, первой пришедшая мне на помощь его прервала.
— Я видела, как этот негодяй ударил мальчика.
— Вы готовы дать свидетельские показания? — спросил у неё «доктор».
— Да.
— Ваши документы! — строгим голосом спросил человек в белом халате.
— А ты кто такой? — набычился здоровяк.
Перед его лицом мелькнула красная ксива.
— Старший лейтенант Ивякин. Документы!
— Это мой муж! — попыталась встрять маман, но мент отодвинул её в сторону.
Достав из кармана пиджака какие-то документы, Витёк передал их сотруднику милиции.
* * *
А вовремя мент нарисовался. Медсестру-то я вызвал сам, нажав кнопку на стене. Она как раз была за моей спиной, когда я начинал провоцировать Витька. Дождавшись, пока он начнёт закипать, я нажал на кнопку вызова медсестры. А когда услышал приближающиеся шаги в коридоре, окончательно спровоцировал несдержанного мужика на агрессивные действия. Похоже, что немного переборщил. И что? Пожалеть этих людей? Ну, уж нет. Я слишком хорошо их знаю, чтобы опуститься до этого. Буду руководствоваться принципом Индианы Джонса. Кто на нас с мячом прёт, того из револьвера и замочим.
Хотя это происшествие принесло ощутимые дивиденды не только тем, что все увидели, как относится моя мать и её новая семья к «бедному и несчастному» мальчику.
В момент удара по моему многострадальному носу, перед моими глазами вспыхнуло какое-то яркое и разноцветное марево. И я отчётливо почувствовал, как моё тело пронизывают тысячи невидимых искр. Это было… Странно и непривычно… Но мне почему-то вдруг вспомнилось, как ведьма из иного мира, находясь в теле мёртвой девушки, обхватила моё запястье своей ледяной рукой. Вот тогда мою руку пронзали точно такие же искры. И именно тогда у меня получилось сотворить огненный шарик на ладони…
Неужели это и есть то самое озарение, о котором меня предупреждала иномирная Маша? Неужели во мне проснулись магические способности? Но сейчас я проверять это не буду. Не до того пока…
* * *
— Почему Вы ударили этого мальчика?
— Он… — в маленьких поросячьих глазках красномордого Вити сверкали одновременно и испуг, и ярость. — Он меня оскорбил.
— И это повод, чтобы бить ребёнка? Сколько тебе лет? — это уже он у меня спросил.
— Тринадцать.
— Ему четырнадцать. — влезла со своими пояснениями мамаша.
— Нет, мама. Мне тринадцать. А четырнадцать мне будет только через два месяца.
— Это твоя мать? — спросил лейтенант.
— Я с ней очень давно не живу. Ну, то есть она меня оставила у бабушки, а сама живёт отдельно.
— А это кто? — указал он на Витю.
— Наверное, это её новый муж. Я его не знаю.
— Он нагло врёт. — взревел Виктор.
— Молчать! — рявкнул милиционер.
Все замолчали. А сотрудник милиции обратился к медсестре.
— Какой диагноз у мальчика?
— Амнезия… Потеря памяти после травмы головы.
— И что же Вы, мамаша, позволяете своего сына бить постороннему человеку? — это он уже у моей маман спросил. — Тем более у него и так недавно была черепно-мозговая травма. Вы что его совсем убить решили?
* * *
В общем… Завертелось, закрутилось. Теперь я думаю, что в эту семью меня уж точно никогда не позовут. И не только пожить, но и просто в гости.
А минут через полчаса приехал уже и мой батя. К тому времени старший лейтенант только-только к тому времени закончил опрашивать всех присутствующих. Он пытался и от меня получить какие-то объяснения на протокол. Но я ему заявил, что я несовершеннолетний, и без своего законного представителя не могу ничего говорить. Мамаша пыталась выставить себя в этом качестве. Но тут уже сотрудник запротестовал, так как она допустили моё «избиение» и является если не соучастницей, то хотя бы свидетелем. Кстати к нему на помощь уже подкатил ещё один лейтенант, но уже в форме.
* * *
— Что тут случилось?
Отец был зол и явно хотел крови. Я ему как сумел, пересказал свою картинку происходящего. Если бы не менты, то он бы этому толстяку навалял бы прямо здесь по полной программе. Я его тоже сдерживал, как мог.
Больше всего меня порадовало то, что моя вредная сестрёнка, попав в водоворот таких событий, зажалась в угол и не отсвечивала. На неё никто в процессе скандала не обращал никакого внимания. Она не истерила, просто молча плакала. Ну что же… Не всё коту масленица.
