в том, что он наказывал и себя тоже. Он наказывал себя за то, что родился от О'Брайенов. Он наказывал себя за все плохое, что натворил, прежде чем осмелился покинуть их. Теперь я видела эту ненависть к самому себе ясно как день. Он считал себя ничтожеством, недостойным любви, потому что ему никогда не предлагали ее люди, которые должны были предлагать ее безоговорочно. Киан Роско не соответствовал имени, которым они хотели его заклеймить. Но чего он не понимал, так это того, что это было потому, что он был лучше их. Что в моих глазах он стоит гораздо больше, чем любой из этих гангстеров.
Я крепче обняла Киана за талию, когда он припарковал свой мотоцикл и заглушил двигатель. Сэйнт купил мне новую одежду из кожы несколько недель назад, так что на самом деле мне не было холодно, но теперь в моем сердце поселился холод, который, казалось, никогда не исчезнет с тех пор, как я потеряла папу.
Киан снял шлем, и я отпустила его, сделав то же самое, когда соскользнула с мотоцикла. Он взял его у меня, повесил вместе со своим на руль, и мы направились по дорожке к главным воротам. Он настоял на том, чтобы понести обе наши сумки, и я позволила ему, потому что видела в нем потребность сделать это за меня. Его рука коснулась моей, пока мы шли, затем он взял ее в свою хватку, собственнически сжимая.
Он уверенно подвел меня к воротам, ухмыльнулся дежурному охраннику, и тот быстро впустил нас, пробормотав приветствие. Киан тащил меня по гравийной дорожке в сторону Аспен-Холлс, моросящий дождь заставлял капли прилипать к моим волосам, пока мы двигались.
Вместо того, чтобы обогнуть готическое здание, он толкнул меня к нему, подняв одну руку над моей головой и удерживая в клетке, пока смотрел на меня сверху вниз. Я открыла рот, чтобы задать ему вопрос, но он прижался своими губами к моим, в тот же момент его рука сжала мое горло, чтобы обездвижить меня. Я ахнула, моя спина выгнулась, когда он прижался своей грудью к моей, прижимая меня к стене, когда его язык скользнул между моих губ, и его вкус заставил мое сердце учащенно биться. Каждый поцелуй Киана был для него как последний. Как будто наступал конец света, и огонь мог обрушиться с неба и поглотить нас в любой момент. Но огонь, который горел во мне, был полностью внутри, делая меня горячей и нуждающейся. Я хотела раствориться в нем и забыть свою боль снова и снова. Киан не был таким нежным, как Блейк, он видел мою боль и предложил мне другую. Его ответом на мое горе было еще больше мрачности, но такой, которая заставляла меня забыть, а не такой, которая заставляла меня плакать.
Когда он отстранился, мы оба затаили дыхание, и его глаза впились в мои, когда он уставился на мои распухшие губы. Он провел по ним большим пальцем с голодным блеском во взгляде.
— Однажды, я думаю, я съем тебя, детка. — Он заскрежетал зубами, глядя на меня, и улыбка тронула мои губы.
— Нет, если я первая съем тебя. — Я ускользнула от него, и он бросился в погоню, снова схватив меня за руку и позволив на этот раз потащить его за собой.
— Я не готов снова делить тебя, — признался он.
— Жадный, — поддразнила я, и он ухмыльнулся, не отрицая этого.
Мы достигли Храма, и мое сердце забилось быстрее, когда мы приблизились к двери. Часть меня жаждала воссоединиться с остальными Стражами Ночи. Моим племенем. Мужчинами, которые пришли за мной в самый отчаянный момент. Но было так странно испытывать к ним такие чувства после всего. Я просто не могла избавиться от этого.
Я толкнула дверь, и до моего слуха донеслись крики и ворчание. Я нахмурилась, скинула туфли и пробежала дальше внутрь, чтобы посмотреть, что, черт возьми, происходит. Сэйнт лежал на полу в гостиной, в то время как Блейк склонился над ним, пытаясь запихнуть таблетки ему в рот и одновременно залить их бутылкой воды, зажатой у него под мышкой. Она разбрызгивалась повсюду, намочив одежду Сэйнта, когда он отбивался от Блейка здоровой рукой. Пока я смотрела, рука Сэйнта сомкнулась на горле Блейка, оставляя кровавые следы от ногтей на его золотистой плоти.
— Что за черт? — Я ахнула, когда Киан подошел ко мне, лающе рассмеявшись при виде этого.
Блейк поднял голову, но внимание Сэйнта не рассеялось. Ему удалось просунуть колено между ног Блейка и врезать ему по яйцам. Блейк свалился с него с криком боли, обхватив руками его мужское достоинство и перекатываясь на спине из стороны в сторону, когда бутылка с водой отлетела в сторону.
Сэйнт с трудом поднялся на ноги и посмотрел на меня, его хмурый взгляд слегка приподнялся в том, что почти могло быть подобием улыбки. Я заметила, что в доме царил полный беспорядок, а Сэйнт выглядел так, словно не сомкнул глаз с тех пор, как мы уехали.
— Он не принимает свои гребаные обезболивающие, — прорычал Блейк, вставая, все еще держась одной рукой за свои причиндалы. — И я больше не буду пытаться заставить его. — Он швырнул таблетки в спину Сэйнта, наградив его насмешливой улыбкой дьявола, которого создал, когда подошел к холодильнику, достал пиво и открутил крышку. Блейк бросился на диван и начал играть в игру для Xbox, игнорируя разъяренного призрака, которым был Сэйнт Мемфис.
— Это место превратилось в ад, — отрезал Сэйнт, его голос был резким и холодным. — У Ребекки выходной на Рождество, а Блейк ни хрена не убирает. Я не могу уследить за беспорядком, который он устраивает, потому что был слишком занят.
— Занят чем? — Спросила я в замешательстве, когда Блейк встал с дивана, уверенно направляясь ко мне. — Подожди, — выдохнула я, поднимая руку. — Я должна сначала постирать свою одежду и все остальное и… — Я посмотрела на Киана, слова о том, что у меня иммунитет к вирусу «Аид», вертелись у меня на кончике языка, но что насчет него? — Нас следует поместить в карантин на сорок восемь часов. — Я поняла, что ненавижу хранить это в секрете, но мой отец настаивал что бы я этим ни с кем не делилась, и мне казалось неправильным вот так просто выболтать это.
— Верно, да. — Киан обеспокоенно посмотрел на своих друзей. — Тебе лучше пожить у меня два дня, поэтому Сэйнту и Блейку придется готовить для нас и пользоваться ванной Сэйнта, пока…
— Нет, — прошипел Сэйнт,
