не двигалось. Дикар увидел лицо, окровавленное, изуродованное. Лицо Гэри! Там лежал Гэри, и голова его была разбита страшным ударом.
Часть вторая
Вест-Пойнт был захвачен, и теперь Группа Дикара живет здесь вместе с людьми-зверьми из Далекой Земли, которые объединились, чтобы сражаться за свободу Америки. До сих пор азиафриканцы не напали на них, но руководители Вест-Пойнта понимают, что должны действовать быстро, иначе американцы окажутся в западне.
Затем во время экспедиции за продовольствием Дикар делает пугающее открытие: в стенах самого Вест-Пойнта есть шпион азиафриканцев. Шпион исчезает в лесу, прежде чем Дикар успевает его опознать, но Дикар подозревает, что он один из людей-зверей.
Позже на совете Дикар рассказывает о своем открытии, думая, не является ли шпионом один из присутствующих. На этом совете сообщается, что Норманфентон избран Тайной Сетью временным президентом Новой Америки.
И его труднейшая задача – возглавить революцию против желтого тирана.
* * *
Этим же вечером Дикар получает очень трудную и опасную задачу. Уолт, доверенный помощник Норманфентона, рассказывает Дикару, что Бенджамин Апгар, человек, занимающий высокое положение у захватчиков, на самом деле верный патриот. Апгар передавал американцам ценную информацию, но в последнее время его связь с повстанцами загадочно прервалась.
План таков. Замаскированный под абиссинца и говорящий на ломаном английском Дикар отправится в Нью-Йорк в сопровождении Гэри, чтобы связаться с Бенджамином Апгаром. Дикар соглашается на это опасное дело, и Уолт маскирует его. Но когда они приходят на место, где должны были встретиться с Гэри, обнаруживают его тело с разбитой головой.
Глава V. Волшебный город
Дикар оттолкнул Пейна, пробежал мимо лежавшего на дороге тела, прыгнул на откос и вцепился в него руками и ногами, инстинктивно отыскивая опору.
Поднялся на верх откоса и повернул в сторону звуков; красная полоска промелькнула в ночи, и в уши Дикара ударил звук выстрела. Он бросился на фигуру, которую показала ему вспышка. Ударил плечами, уронил и сам упал сверху, коленями прижал к земле, схватил руку и стиснул ее.
– Я тебя поймал, – сказал он. – Сдавайся, или я разорву тебя на кусочки.
Человек под ним обвис.
– Дикар! – Это голос Пейна. – Слезь с меня, Дикар. Я должен проверить, попал ли в него…
– В него? – Гэри был прав. Пейн – мадскил. Азиафриканский шпион. – Не пытайся меня обмануть. – Гэри сказал Пейну, что будет следить за ним, поэтому Пейн его убил. – О ком ты говоришь?
– О том, кто убил… Боже, парень! Ты считаешь, что я это сделал?
– А разве не ты?
– Нет, черт побери! Я…
Неожиданно Пейна и опавшую листву под ним осветил луч. Над ними стоял Уолт, и луч исходил из предмета, который он держал в руке. Но вот он повернулся и осветил что-то лежащее в стороне.
Это был человек, лежащий поперек куста. Он прижал руки к груди, и они были в красном; красное пятно расплывалось и по серо-синей ткани мундира.
Уолт посветил чуть выше. С угловатого лица смотрели глаза, открытые, но невидящие.
– Морган! – воскликнул Пейн. – Бак Морган! Я видел его силуэт на фоне неба, когда он ударил Гэри.
Уолт наклонился и что-то подобрал. Дикар встал, освободив Пейна. Уолт спросил:
– Как ты оказался здесь, Пейн. Как смог увидеть?
Пейн протянул руку, и Дикар помог ему встать.
– Я не успел приготовить пропуск, когда Гэри пришел за ним, поэтому я велел ему идти и делать последние приготовления. Обещал принести пропуск через несколько минут.
Я и пришел через несколько минут, но было уже поздно: я только увидел силуэт убийцы на фоне звезд. Должно быть, Морган услышал меня и побежал. Я побежал за ним – и тут Дикар ударил меня, как тонна угля. Бак Морган последний, кого я бы заподозрил в предательстве.
Дикар вспомнил, что в лесу предположил, будто предатель из людей-зверей. Он очень хорошо скрывал свой след.
– Значит, это его револьвер, – говорил Уолт, держа в руках то, что поднял с земли. Рукоять окровавлена, к ней прилипли волосы. – Он ударил Гэри рукоятью. Но не понимаю почему. Гораздо умнее было бы позволить Дикару завершить свою миссию и сообщить азиафриканцам, чтобы они устроили засаду, когда мы выйдем в рейд, и всех нас уничтожили.
– Он опасался рисковать, – сказал Пейн. – После предупреждения Дикара мы расставили посты, и он мог не добраться со своим предупреждением. К тому же… Подождите! Вот что он собирался сделать.
Я видел, как он нарочно столкнул Гэри с берега. Ожидал, что уберет вас, когда вы выйдете и услышите падение. Потом забрал бы моторную лодку, поплыл в Нью-Йорк и выдал Апгара. Эту информацию высоко оценил бы Хашамото, и Морган больше не должен был бы рисковать своей шеей.
– Звучит разумно. – Уолт показал на револьвер. – Должно быть, Дикар ударил тебя, как нападающий бык. Вон как далеко отлетел револьвер.
– Еще бы. – Пейн подошел, хромая, и поднял оружие. – Но мы зря тратим время. Дикар должен немедленно выступить, иначе не доберется до рассвета.
– Верно! – согласился Уолт. – Давайте начинать. – Он повел всех назад, туда, откуда они с Дикаром пришли, по крутой части берега. – Теперь Гэри нет, с Дикаром пойду я, и…
Пейн покачал головой.
– Сто против одного, что Дикар не вернется благополучно, но это уверенность по сравнению с шансами того, кто пойдет с ним. Апгар не посмеет освободить дезертира, даже если этот блеф пройдет. Поэтому, друг Уолт, с Дикаром пойду я.
– Нет…
– Уолт, – прервал его Дикар, чувствуя гордость за то, что он американец: эти двое спорили за право умереть ради Дела. – Послушай, Уолт. Ты лучший помощник Норманфентона. Ты нужен ему здесь. Если кто-то должен идти со мной, это капитан Пейн.
– Наверно, ты прав, – вздохнул Уолт. Потом, глядя на Пейна, спросил: – Ты знаешь Реку?
– Знаю.
* * *
Река была широкой и пустой, как небо, и Дикар мог сказать, где кончается Река и начинается небо, только по темным массам холмов на берегу. Звезды усеяли небо крошечными огоньками, эти огоньки отражались в Реке, но на суше ни одного огонька. Ничего не говорит о том, что тут живут или когда-либо жили люди.
Ветер приносил Дикару запахи зеленой травы и деревьев, темно-коричневые запахи земли, запахи горелого дерева и холодного пепла домов, сожженных азиафриканцами.
Дикар всматривался в темноту, которая была землей, пока у него не заболели глаза. Лодка очень тихо плыла по течению, и негромко плескала вода о ее борта. На какое-то время Дикар закрыл глаза. Он начинал дремать, просыпался,
