— До этого не дойдет. У него же хорошая должность в университете, тебе нечего бояться. Даже если ты лишишься богатого наследства, ты станешь женой профессора.
— Конечно, мне не нужны деньги отца.
— Значит, ты в хорошем положении. Нужно сражаться за свою судьбу: чем раньше, тем лучше.
Она снова обняла меня. Какое блаженство! Как приятно участвовать в судьбе другого человека, если твое участие способствует твоему собственному счастью!
Теодосия оказалась права в своих предчувствиях. Ее отец не обрадовался грядущей свадьбе. Когда она призналась отцу, разразилась буря.
Теодосия вошла в мою комнату в слезах.
— Он не хочет об этом слышать. Он в бешенстве. Он сказал, что положит этому конец.
— Нужно твердо стоять на своем, если действительно хочешь выйти замуж.
— Ты бы так поступила, Джудит?
— А ты сомневаешься?
— Ни на мгновение. Как бы я хотела иметь твой характер.
— Ты можешь.
— Но как?
— Твердо стой на своем. Никто не сможет выдать тебя замуж против твоей воли, если ты не произнесешь на церемонии венчания необходимых слов.
— Ты поможешь мне, Джудит?
— От всего сердца.
— Я сказала папе, что он может лишить меня наследства, мне все равно. Я люблю Эвана и выйду только за него.
— Значит, ты сделала первый шаг.
Она успокоилась и осталась в моей комнате, потом мы начали строить планы. Я сказала ей: нужно написать Эвану и все рассказать. Потом подождем, что он нам посоветует.
— Я ему напишу, что ты знаешь нашу тайну и мы можем на тебя рассчитывать.
Я удивилась, когда меня вызвал сэр Ральф. Я вошла в его комнату, он сидел в кресле, на нем был халат, а Блейк слонялся рядом. Он отпустил Блейка и сказал:
— Садитесь, мисс Осмонд.
Я подчинилась.
— У меня создалось впечатление, что вы вмешиваетесь в личные дела моей дочери.
— Мне известно, что она собирается выйти замуж. Не понимаю, как я могу вмешиваться.
— Неужели? Разве не вы посоветовали ей прийти ко мне с ультиматумом?
— Я действительно сказала, если она хочет выйти замуж, нужно сказать об этом вам.
— И, может быть, спросить моего разрешения?
— Конечно.
— А если я не дам согласия, то обойтись без него?
— Как она поступит в данном случае — ее личное дело.
— Если б вы были на ее месте, вы бы подчинились своему отцу?
— Если б я решила выйти замуж, я бы это сделала.
— Несмотря на то, что поступили бы против воли отца?
— Да.
— Так я и думал. Вы и в самом деле поддерживаете ее. Знаете, мисс Осмонд, вы слишком высокого мнения о себе.
— Я вас не понимаю, сэр Ральф.
— Ну, по крайней мере допускаете некоторое незнание со своей стороны. Я рад, что в вас имеется хоть толика смущения.
Я молчала. Он продолжил:
— Вы знаете, что моя дочь, Теодосия, желает выйти замуж за парня, у которого нет ни гроша?
— Я знаю, что она собирается выйти за профессора Эвана Каллума.
— Моя дочь будет богатой женщиной в свое время, если подчинится моим приказам. Вы все еще считаете, что ей следует выйти за этого парня?
— Если она его любит.
— Любит! Да я и не подозревал, что вы сентиментальны, мисс Осмонд.
Я опять смолчала. Я не понимала, зачем он меня вызвал.
— Так вы советуете моей дочери выйти за этого человека?
— Я? Она сделала свой выбор прежде, чем я узнала о ее намерениях.
— Я уже подобрал ей партию… гораздо более подходящую.
— Теодосии следует решать самой, что ей больше подходит.
— У вас современные идеи, мисс Осмонд. В мое время дочери подчинялись воле отца. Но вы это не считаете правильным.
— В большинстве случаев. Я считаю, что вопросы супружества должны решать заинтересованные стороны.
— А я, значит, не заинтересованная сторона в вопросе замужества моей дочери?
— Вас это касается в меньшей степени, нежели вашу дочь и ее избранника.
— Вам следовало выучиться на адвоката. Но вместо этого вы проявляете интерес к профессии того парня, которого выбрала в мужья моя дочь… если я дам согласие.
— Справедливо.
Я заметила, как задвигался его подбородок, и у меня сразу поднялось настроение. Значит, я его забавляю.
— Думаю, вам известно, что я желал другого мужа для своей дочери.
— Ходили определенные разговоры, слухи…
— Нет дыма без огня, а? Буду откровенен: я хотел ей другого мужа и вы знаете, кого, я уверен.
— Я слышала намеки.
— И вы считаете, как хорошо, что моя дочь выбрала другого… Так-то. Вы даже очень довольны ее выбором.
— Я вас не понимаю.
— Неужели? Уже во второй раз вы признаетесь в неведении. На вас это не похоже… Это притворство. Итак, вы будете помогать моей дочери в неподчинении отцу. Вы будете рады, когда она станет женой этого парня. У вас на это имеются личные причины.
Он откинулся в кресле, его лицо покраснело.
Я увидела, что он смеется. Меня смутили его намеки. Он понимал, что я в восторге, ведь Теодосия любит Эвана, потому что я сама люблю Тибальта.
Он махнул рукой, позволяя мне уйти. Я была рада убежать.
Через несколько дней сэр Ральф объявил, что дает разрешение на помолвку своей дочери Теодосии и Эвана Каллума.
* * *
Теодосия находилась на седьмом небе от блаженства.
— Кто бы мог поверить, Джудит, что все так обернется.
— Я думаю, твой отец — сентиментальный человек, он понял, что ты влюблена.
— Странно, как мало мы знаем людей, с которыми живем всю жизнь.
— Думаю, ты не первая, кто открыл эту истину.
Свадьбу назначили на Рождество, и Теодосию захлестнул водоворот приготовлений.
Леди Бодреан не одобряла выбора своей дочери. Я слышала, как она спорила с сэром Ральфом по этому поводу. Я поспешила скрыться в своей комнате, но позже Джейн сообщила мне подробности, я внимала им с интересом, а ведь это так же плохо, как и непосредственное подслушивание.
— Боже мой, ну и перья летели. Ее светлость считает его недостаточно хорошим выбором для дочери. Она так и сказала: «Да вы просто выжили из ума»… «Я сам решу судьбу своей дочери, мадам», — отвечает он. «Она и моя дочь». — «И, к счастью, у нее характер совсем не похож на ваш, иначе мне было бы жаль этого молодого человека». — «Значит, вам и себя жаль». — «Нет, мадам, о себе я умею позаботиться». — «Вы умели разбрасывать своих ублюдков по всей округе». А сэр Ральф ответил: «Мужчина должен развлекаться».
— Конечно, он в доме хозяин, ничего не скажешь, — прокомментировала Джейн. — Если бы ей попался слабый человек, она бы сделал из него подкаблучника. Но не из нашего сквайра. Потом леди Бодреан продолжила: «Но вы же говорили мне, что она выйдет за Тибальта Трэверса». — «Я изменил свое решение». — «Какой резкий поворот». — «Она любит этого парня». — «Любовь!» — фыркнула она…. «Я знаю, вы не верите в любовь, мадам, но говорю вам, что наша дочь выйдет за того парня, которого она выбрала». — «Быстро же вы меняете свое решение, только недавно говорили, что она выйдет за сына вашего друга». — «Я передумал, и все». — И они продолжали опять и опять, оскорбляли друг друга. Да, мы видим жизнь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
