Их окружили за считанные минуты. Люди в белых одеждах, таких же, как и у югуанина, остановились в нескольких метрах от них и не двигались.
— Ваше имя! — прокричал один из них.
— Называть его Вам я не намерен! — ответил югуанин и поднял обе руки в воздух. — Доставьте нас к Квартли Соу. Она знает, кто мы такие!
Люди в белом начали переглядываться. Один из них прищурился и размашистым шагом направился к югуанину.
— Снимите капюшон!!! — прокричал он, выставляя руку вперед. — Немедленно!!!
— Не стоит этого делать… — прохрипел югуанин, опуская руки вниз.
— Я знаю Вас!!! Снимите капюшон, Советник!
— Надо же… — ухмыльнулся югуанин и посмотрел на Пенеолу. — Нам снова не повезло…
Пенеола успела взглянуть на него и перевести взгляд на остальных, доставших свое оружие и нацелившихся на зрячего. В следующий миг Пенеолу оглушил хлопок. Она прижала ладони к ушам и закричала. Когда в голове зазвенело, она поняла, что больше не слышит собственного голоса. Разогнувшись, Пенеола начала оглядываться по сторонам. Люди в белом лежали на песке. Тот, который шел к ним, стоял на коленях, стирая с лица кровь, хлынувшую из носа. Югуанин что-то говорил ему, но тот, кривя свое лицо, не произносил в ответ ни слова. А затем он сплюнул на песок и посмотрел на Пенеолу. Югуанин тут же оказался рядом с ней и загородил ее своим торсом. Пенеола отвернулась и посмотрела на свои руки. Тряслись. Почему-то стало трудно дышать. Грудь что-то сдавливало, и сердце колотилось непривычно быстро. Воздействие какого-то поля. Не силового, однозначно.
Югуанин, закончив свою беседу, обернулся к Пенеоле и, схватив ее за руку, потащил за собой. Пенеола не сопротивлялась. Да и соображала с трудом. Куда? Зачем? Почему?
Зрячий остановился у одного из одноместных кораблей, на которых прилетели эти люди. Пенеола таких никогда не видела. Одно сидение, перед ним штурвал и приборная панель. Югуанин сел на сидение и протянул руки к Пенеоле. Она поняла, что он предлагает ей сесть ему на колени. Конечно, будет тесно, но она не умеет управлять такими машинами, а он, судя по всему, с ними знаком.
Пенеола приняла приглашение и, усевшись югуанину на колени, скрестила руки на груди. Югуанин начал что-то набирать на сенсорной панели и вокруг них образовался купол. Сжав ладони на штурвале, он потянул его на себя. Пенеолу прижало в груди зрячего инерцией, и она вынуждена была схватиться за его ноги. Еще немного и ее должно было стошнить. Она закрыла глаза, глубоко дыша и пытаясь усмирить свое сердце.
«Спи», — сквозь звон в голове прозвучал его голос. — «Поспи. Нам долго лететь».
«Мне плохо».
«Я знаю. Спи. Когда проснешься, все пройдет».
Пенеоле меньше всего хотелось в тот момент засыпать. Но разомкнуть свои веки она больше не могла. Головокружение, тошнота и эхо сердечного ритма в висках слились со звоном в ушах. Пенеола испила этот амирский коктейль до дна и лишилась всяких сил на сопротивление. Он говорит «поспи». В данном случае «поспи» означает «отключись». Почему он снова не называет вещи своими именами? Странные привычки. Привычки человека, который живет по своим собственным законам. Такие люди опасны. Им нельзя доверять. Им нельзя верить…
* * *
— Айрин, просыпайся…
Айрин? Кто такая Айрин?
Пенеола распахнула веки и отпрянула от человека, на груди которого спала.
— Спокойней! Я за штурвалом!
— Извини, — пробурчала сонная Пенеола. — А это что? Поселение?
Пенеола указала пальцем на очертания маленького городка посреди белых песков.
— Да. Здесь живут местные. Сейчас мы приземлимся и дальше пойдем пешком.
— Пить хочу.
— Надеюсь, что через минут тридцать мы сможем утолить свою жажду, — ответил зрячий и повел корабль на посадку.
— Надеешься?! Что же ты такого натворил, югуанин, за что тебя не рады видеть в этом месте?
— Тебе трудно называть меня по имени?
Пенеолу передернуло. Слова «Райвен Осбри» по-прежнему заставляли ее кровь закипать. Не важно, что все ложь. Она верила в нее достаточно долго для того, чтобы с легкостью переступить через себя и признать, что в звуках его имени нет ничего ненавистного и отвратительного.
— Если мы умерли… Я умерла… Почему память не вернулась ко мне? Ты говорил, что оболочка хранит воспоминания. Если это и есть моя оболочка, почему я до сих пор считаю себя Пенеолой Кайдис?
— Айрин Белови и Пенеола Кайдис — одно и то же лицо. А с сознанием твоим очень хорошо поработали. Оно закодировано. И пароль знает только автор этого кода.
— А пароль может быть фразой, эмоцией или действием…
— Загадки Пире никогда не были простыми. Я надеялся, что смерть откроет для тебя эти запертые двери, но, увы… Ты съежилась в своем мирке и в настоящий момент не способна покинуть его границы. Этот факт заставляет меня усомниться в том, что ты вообще когда-нибудь сможешь вспомнить: кто ты и что с тобой произошло на самом деле.
Пенеола сжала пальцы на бедрах зрячего и наклонилась вперед, ожидая, что вот-вот поле корабля коснется поверхности песчаной земли.
— Я говорю правду. Ты достаточно сильный человек, чтобы отнестись к этому с пониманием и должным спокойствием, — произнес югуанин.
Он плавно приземлился и заглушил двигатель корабля. Купол вокруг них растворился и песок, поднятый в воздух, ударил в лица.
— Теперь можешь разжать свои пальцы.
Пенеола одернула руки, намеренно оцарапав ноги зрячего своими ногтями. Ему больно. Удовлетворение. Сладкое чувство. Почти как разрядка после долгих прелюдий.
Югуанин схватил Пенеолу за лицо и отшвырнул от себя в сторону. Она упала на песок и быстро поднялась с колен, делая вид, что ничего особенного не произошло.
— Во мне не меньше жестокости, чем в тебе, — ответил зрячий, хватая ее за шиворот и ставя на колени перед собой.
Пенеола не сопротивлялась. Боль в шее от его хвата растекалась по спине и заставляла ее испытывать ненависть к тому, на кого она смотрела. Заглянув в ярко-синие глаза зрячего, Пенеола гордо подняла свой подбородок и улыбнулась ему.
— Ты сейчас жалок.
Югуанин нагнулся к ней и прищурил свои глаза, так же оскалившись в ответ, как и она.
— Однако, я стою на ногах, а ты — на коленях передо мной.
— Наслаждайся, раз это единственное, что в данный момент приносит тебе удовольствие! — захохотала Пенеола и развела руки по сторонам, припадая головой к его ногам.
* * *
Рука Райвена взметнулась в воздухе, но ударить Айрин по лицу он себе не позволил. Райвен отвернулся и отступил назад. Она права: он жалок. Прискорбно. Даже слишком, наверное.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
