— Здесь? — От лука у Лотти слезились глаза, и она вытерла их тыльной стороной запястья. — Что ты имеешь в виду?
— Роуланд с женой приедут примерно через месяц, — сказал он. — Ты всегда говорила, что останешься только на пару месяцев. — Корран перевел дыхание. — Ты уже собралась уезжать?
— Ах… — Лотти опустила нож. Да, недавно она решила, что пора уезжать. Но она не может оставить Коррана сейчас, когда он в ней так нуждается! — Нет… Пока нет, — медленно произнесла она.
— Я был бы тебе благодарен, если бы ты осталась еще на несколько недель, пока они не приедут, — сказал он официальным тоном. — Я хочу, чтобы к их приезду коттеджи были полностью готовы. Так мне удастся доказать, что у меня есть определенная стратегия и я могу ее реализовать.
Лотти почувствовала себя так, будто получила отсрочку от казни. Еще один месяц в поместье, причем по уважительной причине! В душе она ликовала, но разум приказал ей успокоиться, ведь на самом деле ничего не изменилось.
— Я с радостью останусь до их приезда, — кивнула она, — но потом…
— Ты уедешь, — быстро закончил Корран. — Я понимаю.
Лотти было все равно, понимает он ее или нет. Ей хотелось, чтобы он ее обнял и умолял о том, чтобы она осталась навсегда…
А как же бабушка? Ее долг? А как насчет того, что Корран ищет разумную, практичную жену?
Она заставила себя улыбаться и вернулась к нарезке лука:
— Так в чем состоит план? Отделка коттеджей?
— Да, это прежде всего, — произнес Корран, складывая документы в стопку. — Потом я начну приводить в порядок территорию. Половина заборов ветхие. Я должен заняться сараями и загонами, навести порядок в конюшнях…
— Думаю, что помимо этого ты должен заняться хозяйским домом, — сказала она, выкладывая лук на сковороду.
Корран нахмурился:
— Дом находится на нижней строчке списка моих приоритетов.
— Первое впечатление имеет большое значение, — произнесла она.
Корран не выглядел убежденным:
— Дом не является частью инвестиционного плана.
— Они приедут сюда и войдут в дом, — заметила Лотти. — Я не предлагаю тебе ремонтировать весь дом, но, по крайней мере, нужно привести в порядок гостиную и туалет.
— Неужели ты считаешь, что Дик Роуланд заметит, что гостиная немного… обшарпанная?
— Его жена обязательно обратит на это внимание! И гостиная больше чем немного обшарпанная. Ты же не хочешь произвести на них унылое впечатление, прежде чем они отправятся осматривать все поместье!
Корран размышлял:
— Я не могу позволить себе купить новую мебель.
— Мы можем воспользоваться мебелью, которую купили для коттеджей, — сказала Лотти. — Нам понадобится парочка диванов и журнальный столик. Сделаем обстановку простой. — Она помешала лук на сковородке, разволновавшись от планов по предстоящей работе. — Не так много времени нужно на то, чтобы содрать старые обои, чтобы не было видно отметин от гвоздей для картин. И мы могли бы отчистить пол песком. Если ты хочешь произвести впечатление на этого парня, Корран, ты должен принять его должным образом, — подытожила она. — Я знаю, что говорю.
— Я полагаю, ты делала подобного рода вещи, занимаясь связями с общественностью, — произнес Корран, и Лотти прикусила губу. Она уже забыла о том, что притворилась перед ним, будто работала специалистом по связям с общественностью.
— Да, чем-то подобным, — сказала она. Ей в голову пришла идея. — Как долго они здесь пробудут? Не останутся на ночь?
Его светлые глаза понимающе сверкнули.
— Нет, они планируют провести ночь в Форт-Уильяме.
— Уф! По крайней мере, мне не придется готовить изысканную еду.
— Я предложу им чашку чаю, — произнес Корран. — И еще куплю упаковку песочного печенья.
Но Лотти не собиралась угощать Роуландов магазинным печеньем. Она должна постараться и приготовить булочки. И на этот раз они у нее получатся!
Лотти осталась очень довольна отремонтированными коттеджами. Корран установил в них новое кухонное оборудование, оснастил ванные комнаты и сам отделал их плиткой. А Лотти в это время занималась уборкой и покраской. На пол положили ковры. Комнаты теперь выглядели просто, но стильно.
Корран хотел, чтобы теперь они оба занялись ремонтом хозяйственных построек, но Лотти решила содрать старые обои в гостиной хозяйского дома. Потолки в доме были высокими, и ей приходилось балансировать на стремянке, чтобы сорвать старые обои под потолком. Корран, входя в гостиную, каждый раз начинал выговаривать ей, что она необоснованно рискует.
— Это необходимо! — протестовала Лотти, стоя на верхней ступени стремянки, а он раздраженно щелкал языком.
— Я сделаю сам. Спускайся сейчас же! У меня не будет времени нянчиться с тобой, если ты сломаешь себе шею, — проворчал он.
Все было почти как раньше. Почти…
Лотти не могла точно сказать, что именно изменилось в их отношениях, но изменения были очевидны. Теперь они занимались любовью так страстно, будто в последний раз. Разговаривая, они надолго умолкали, словно размышляя о том, что их ждет впереди.
А впереди их ждало расставание…
Лотти стала чаще переписываться с Каро, надеясь, что начнет тосковать по Монтлюсу. Она была одной из первых, кто узнал, что Филипп бросил вызов своему отцу и вдовствующей королеве Бланш, отказываясь давать разрешение на прокладку газопровода, против которого в стране были зафиксированы беспрецедентные акции протеста. Негативное воздействие на окружающую среду по этому проекту было слишком велико, поэтому Филипп предложил разработать новый проект прокладки газопровода, который удовлетворит и экологов, и экономистов.
— События в Монтлюсе вызвали сенсацию, — как-то сказал Корран, прочтя об этом в Интернете. — Ваш принц Филипп стал кумиром экологов.
— Смотри-ка, и для него нашлось дело в конце концов, — промолвила Лотти, задаваясь вопросом, что на самом деле происходит в Монтлюсе.
Вдовствующая королева Бланш наверняка пребывает в ярости. Отец Лотти не проявлял большого интереса к чему-нибудь, за исключением истории Древней Греции, поэтому в течение многих лет страной фактически управляла ее бабушка. Именно вдовствующая королева подписала первоначальное соглашение по газопроводу и теперь определенно не отнесется доброжелательно к его отмене.
Ожидая скандала при дворе, Лотти оказалась немного озадачена тем, что ее бабушка согласилась с мнением Филиппа. Но, несмотря на все попытки узнать подробные новости из Монтлюса, Лотти целиком была поглощена работой в Лох-Мхорае. Очистка половых досок, выгул собак, мытье посуды, изучение рецептов блюд, мытье полов, уборка… Лотти цеплялась за обыденность как могла, стараясь запомнить моменты простых радостей.
