Ил-2 сержанта Захарова из 820 шап после вылета для удара по немецкому аэродрому Харьков-Сокольники 6 мая 1943 г. На отходе от аэродрома его самолет был атакован 2 Bf-109. В результате их атаки штурмовик получил повреждения, а сержант Захаров и воздушный стрелок сержант Белоконный легко ранены. Сержант Белоконный очередью из УБТ сбил один Bf-109
Помимо уровня боевой подготовки летного состава, успешность действий штурмовиков в значительной мере ограничивалась успехами или неуспехами своих истребителей по завоеванию господства в воздухе. Экипажам Ил-2 в условиях активного противодействия истребительной авиации противника требовалось надежное истребительное прикрытие, а его не было. Воздушные армии ВВС КА испытывали катастрофическую нехватку истребителей, понесших в воздушных боях значительные потери. В действиях же последних имелись серьезные недостатки.
Летный состав, ввиду спешки при формировании истребительных полков (в основном из летчиков-сержантов), не был в достаточной мере подготовлен к ведению активного воздушного боя. Тактику и манеру ведения воздушного боя истребителями люфтваффе советские летчики знали плохо. Также плохо знали боевые и летно-тактические возможности немецких самолетов. Существующие боевые уставы и наставления в полках должным образом не изучали, соответственно этому была и дисциплина их исполнения в бою. Большинство летчиков-истребителей имели слабую осмотрительность в воздухе, слетанность в парах и группах, воздушный бой в составе звена и эскадрильи вести практически не могли. Стрелковая подготовка также оставляла желать много лучшего. В бой иногда вводились летчики не только без проверки их техники пилотирования, но и вообще не знающие район боевых действий.
Как правило, после начала воздушного боя ведомые теряли своего ведущего, стремились действовать в одиночку, выходили из атаки вниз и «прятались под ведущих». В результате «…имелось много случаев оставления ведущих одних, а отсюда частые потери опытных кадров и более смелых летчиков».
При прикрытии штурмовиков истребители не делились на прикрывающую и ударную группы, эшелонирования по высоте не применяли, а при встрече с истребителями люфтваффе оставляли своих подопечных без защиты, легко увлекаясь воздушным боем, а то и просто уклонялись от боя, позволяя противнику безнаказанно сбивать штурмовики.
Например, 4 августа 1942 г. пятерка Ил-2 от 504-го шап 226-й шад (ведущий старший лейтенант И.И. Пстыго) под прикрытием 11 Як-1 от 148-го иап 269-й иад вылетела на разведку и штурмовку колонн немецкой 4ТА в район юго-западнее Сталинграда. В районе разведки «яки» прикрытия сцепились с 5 Bf-109 и так «увлеклись» боем, что потеряли своих подопечных из виду. Штурмовики остались одни. Группе Пстыго все же удалось прорваться к дороге Аксай– Абганерово, где они обнаружили большую колонну танков и живой силы противника. Успев произвести фотографирование и штурмовку колонны, Ил-2 подверглись атаке 20 Bf-109. Силы далеко не равные. Истребители 148-го иап на помощь не пришли. В завязавшемся жестоком воздушном бою все Ил-2 были сбиты (три из них совершили вынужденные посадки). Штурмовикам удалось сбить 2 Bf-109. Позже наземные части, наблюдавшие бой, прислали подтверждения победам штурмовиков. «Соколы» 148-го иап вернулись на свой аэродром в полном составе и без единой пробоины…
К сожалению, подобные случаи не были единичными. Изменить ситуацию к лучшему не получалось ни грозными приказами командования, ни личной ответственностью командиров и военных комиссаров авиачастей за неукоснительное выполнение подчиненными боевых задач, ни жестким контролем со стороны вышестоящих штабов, ни реальными оргвыводами. Летный состав в силу своей недоученности был не в состоянии вести бой на равных с пилотами люфтваффе. В воздушных боях одни и те же ошибки повторялись не раз и не два. Вполне закономерно это приводило к большим потерям как в личном составе, так и в технике, и главное, к невыполнению основной боевой задачи истребителей: «Беречь своих штурмовиков и бомбардировщиков, а самолеты противника – сбивать».
Самолет Ил-2 Героя Советского Союза майора М.З. Бондаренко из 198-го шап на месте вынужденной посадки и 8 июня 1943 г. после вылета для удара по аэродрому противника Сеща. В этом боевом вылете майор Бондаренко был атакован истребителями противника в общей сложности 11 раз. В результате атак противника на Ил-2 Бондаренко был поврежден мотор, выбит весь внутренний набор киля, перебиты тросы управления рулем поворота. Руль поворота держался на одном нижнем шарнире крепления и не менял своего вертикального положения только за счет набегавшего воздушного потока. Кроме того, между торцом левого внутреннего элерона и плоскостью прошел снаряд и заклинил элерон развороченным дюралем. Бондаренко удалось дотянуть до аэродрома Красный Гай и произвести вынужденную посадку с убранными шасси
Действия истребительной авиации подвергались резкой критике не только летным составом ударной авиации, но и общевойсковым командованием. «Краснозвездные» истребители позволяли противнику наносить мощные бомбовые удары по нашим войскам в обороне и в наступлении. По многочисленным заявлениям наземных командиров истребительная авиация в критические моменты боя фактически отсутствует над полем боя, а если отдельные группы и самолеты и находились в районе боя, то, как правило, «кружились над расположением тылов армии» вдали от передовой и «при встрече с истребителями противника трусливо уходили». В результате «от действий немецкой авиации наши части были буквально прижаты к земле».
Самолет Ил-2 младшего лейтенанта Макагона (1 шак) после посадки на свой аэродром. В результате зенитного огня самолет «получил повреждения плоскостей, отбит правый элерон, отбита левая сторона руля глубины, поврежден стабилизатор, сорвана обшивка и разбиты нервюры руля поворота, перебит левый трос руля поворота, большие пробоины деревянной части фюзеляжа». При посадке на шасси на свой аэродром самолет разрушился. На снимке правая плоскость самолета
Как следствие, темпы продвижения наших войск в наступлении были низкими, что позволяло противнику закрепляться на промежуточных рубежах и планомерно вводить в бой вторые эшелоны. Наступление превращалось в медленное кровопролитное «выдавливание» с позиций оборонявшегося противника. В то же время, находясь в обороне под непрерывными ударами немецкой авиации, наши командиры не могли оперативно маневрировать резервами как вдоль фронта, так и из глубины к фронту. В итоге не успевали сосредоточить на угрожающем направлении необходимые силы и средства. Оборона не выдерживала ударов врага, нашим частям приходилось отходить, неся при этом большие потери от огневого воздействия войск и авиации противника.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
