могли — только шили по индивидуальным меркам. Он сумел подняться с низов. Нет, никакой связи с какими-то там дворянскими родами, кроме того, что он родился в деревушке, им принадлежавшей. Поэтому, когда вступил в армию, точнее, завербовался в морскую пехоту, назвался Роджером из Ферморов, так его записали, так и прилипло к нему. А что тут такого? Своего настоящего имени он не называл, а военный мундир скрыл его от преследования закона.
Он очень любил подраться, в этом деле достиг даже каких-то успехов, вот только бокса, этой забавы аристократов не признавал, а предпочитал всему добрую трактирную свалку, в которой надо было очень постараться, чтобы выйти из неё относительно целым и живым. Ну, пристукнул он по горячке этого парня в рваном сюртуке, что с того, что он бастард какого-то там высокородного негодяя? Но после того, как папашка, имеющий от официальной жены только дочек, узнал о сей неприятности, пришлось нашему герою смазывать пятки салом и нестись в ближайший рекрутский пункт, чтобы завербоваться служить короне.
Как ни странно, но армейская наука давалась Роджеру без большого труда. А вот еще и его различные умения, приобретенные еще до службы в морской пехоте, очень скоро привлекли внимание одного молодого офицера, тот примерно год присматривался к перспективному солдату, а потом сделал предложение, от которого тот отказаться не мог. Так он стал помощником и охранником некого Вильяма Джона Джилля, военного инженера, который только вернулся из Индии и теперь собирался в экспедицию в Персию с секретной миссией. И ему очень нужен был как раз такой крепкий и надёжный помощник. Так Роджер оказался в экспедиции полковника Бейкера, которая исследовала Персию, Азербайджан, Туркменистан. Побывали они и в Китае. В семьдесят девятом капитан Джилль отправился в Стамбул, сержант Фермор последовал за ним, там его хозяин выполнял роль пограничного комиссара, следившего за соблюдением условий мирного договора между Россией и Турцией. Надо сказать, что Роджер был для капитана чем-то вроде талисмана на удачу. Тогда, в семьдесят восьмом, он собирал данные о русской армии во время войны с Турцией, но был разоблачен, вывернулся только благодаря своему помощнику. А вот в восьмидесятом сержант Фермор был отобран уже для самостоятельной грязной работы, которую не стоит поручать джентльменам. Уж больно хорошо резал он глотки и отстреливал врагов короны и капитана Джилля. Без своего телохранителя Вильям был отправлен с миссией в Египет, но там попался в ловушку и был казнён.
Поносило Роджера по свету. И пока что провалов у него не было. Дело в том, что он был достаточно умен и не допускал промахов, к каждой миссии тщательно готовился. Даже просто пырнуть ножом человека в толпе — самое простое задание, но и в этом случае он всегда скурпулёзно планировал, просчитывая пути отхода, варианты поворота событий, а посему всегда уходил из самых сложных ситуаций без особых проблем. Нет, он не только устранял кого-то, он мог виртуозно передать послание, выкрасть нужный документ или подменить его. Нет, это не он был таким талантливым, просто он приблизил к себе нескольких криминальных талантов. А почему бы и нет? Они занимались практически тем же, просто никакого дополнительного риска и защита государства, а то, что на мелкие грешки всегда закроют глаза, так это хорошо! Талантливые люди нужны королю! Кроме того, Роджер хорошо знал одну простую истину — ты не можешь всё сделать сам, у тебя должна быть команда. Этому его обучил капитан Джилль, это он и использовал в своей работе. И ещё, свою команду он набрал из низов, из людей отчаявшихся, для которых именно он, Роджер Фермор, стал случайно найденным пенни, то есть единственной надеждой на лучшую жизнь. Нет, он не прошерстил каторги или тюрьмы, он знал, где найти тех, кто как крыса, загнанная в угол, не сдавался, хотя и был в самых сложных жизненных обстоятельствах. Так в его команде появился Сэмюэль Эд, человек, который мог открыть любой замок, взломать любой сейф, найти тайник, братья Эдвард и Реджинальд Милли — мастера управляться с ножами, стрелок-дезертир Роб Скотти, этот стрелял метко в цель из любого вида оружия: от лука и арбалета до картечницы. Были у него в команде и тройка портовых рабочих, занимавшихся банальным грабежом, пока они не наткнулись на Фермора, который начистил им морды, а после взял в дело.
Два месяца назад его вызвал известный журналист и адвокат, тесно сотрудничавший со спецслужбами, Роберт Спенс Уотсон. Он был одним из организаторов и казначеем Общества друзей русской свободы[1] — либеральной организации, которая поставила своей целью поддержку благородного дела свержения деспотического царского режима. Конечно, за ним стояли очень серьезные люди из лондонского Сити, владельцы банков и торговых предприятий, нет, не Ротшильды, не такие приметные, но от этого не менее влиятельные фигуры. Уотсон и до этого был весьма известным политиком, создавшим и ставшим президентом Национальной либеральной ассоциации. В Обществе друзей русской свободы он создал издание Free Russia, которое объединило остатки разбитых народовольцев и нигилистов, за которыми охотилась царская охранка по всей Европе. Хотя британский монарх официально заявил о том, что правительство не поддерживает эмигрировавших на острова революционеров, и даже кого-то из них выслали из страны, но большая часть из них вернулась, слишком нужны были королю противника режима, а у них должен был быть рупор — газета. То, что Уотсон был по уши завязан в интриги спецслужб мало кто сомневался. Без официальной поддержки такая организация существовать не могла.
Уотсон принял его в собственном доме, расположившись у камина — крупный, даже тучный мужчина с тяжелым взглядом из-под густых бровей, высоким лбом, могучей седой бородой расположился в кресле у камина, в последние годы он мёрз, терпеть не мог эту сырую лондонскую погоду, но выбирать, как говориться, не приходиться. О! Он поездил в своё время по миру, в том числе с разведывательными миссиями: так, во время франко-прусской войны 1870 года он был в Эльзасе-Лотарингии, где оказывал помощь гражданскому населению, заодно собирая сведения о методах ведения войны германской армии, в 1879 году сумел пробраться в священный город Уаззан в Марокко, в котором до него не побывал ни один немусульманин. Он курил трубку, жестом предложил посетителю сесть в кресло напротив, после чего произнёс:
— Мальчик мой (Роджер знал, что так Роберт Уотсон обращается ко всем, кто его хотя бы немного младше по возрасту или положению) пришло время тебе заняться очень серьезной работой. Нас очень беспокоят серьезные продвижения русских в областях, где они не имели больших достижений. Их император сумел собрать в России некоторое количество талантливых
