Вскоре они выехали за город, но суровый и грозный ландшафт не радовал – зеленые холмы в пятнах серого дрока перемежались темными скалами. Зелень лугов перечеркивали каменные стены сухой кладки, не дававшие овцам разбредаться, то тут, то там виднелись одинокие домишки. Серые перистые облака оттеняли синеву бездонного неба.
Тесса не смогла бы точно сказать, долго ли они были в пути, но вот вдали замаячили высокие каменные трубы большого особняка. Джем снова выглянул в окошко и окликнул кучера, после чего экипаж сбавил ход и остановился.
– Но мы ведь еще не доехали, – удивилась Тесса. – Если это поместье Рэвенскар…
– Не можем же мы явиться прямо к главному входу, сама подумай! – ответил ей Уилл, а Джем спрыгнул на землю и подал девушке руку. Под ногами оказалась мокрая, глинистая почва. Уилл спрыгнул следом и добавил: – Нужно осмотреться. Воспользуемся датчиком Генри для обнаружения демонических сущностей, а то угодим прямиком в ловушку.
– Неужели его датчик работает?
Тесса подхватила юбки, чтобы не испачкать в грязи, и они втроем зашагали по дороге. Оглянувшись, она увидела, что кучер уже заснул, удобно устроившись на облучке и закрыв лицо шляпой. Пейзаж вокруг был тот же – огромное серо-зеленое лоскутное одеяло, обрамленное холмами, на которых проплешинами выступали глинистые склоны, короткая, словно подстриженная трава (видимо, здесь часто паслись овцы), изредка попадались густые заросли скрюченных и узловатых деревьев. Была в этом месте суровая красота, но Тесса не смогла бы жить в таком захолустье. Она поежилась.
Джем усмехнулся, поняв Тессу с полувзгляда:
– Городская девчонка!
Тесса рассмеялась:
– Я и правда размышляла, как странно родиться и вырасти в такой глухомани!
– Те края, где я вырос, не особо отличаются от этой глуши, – неожиданно откликнулся Уилл, немало удивив своих спутников. – И там вовсе не так безлюдно и одиноко, как кажется. Люди часто навещают друг друга, просто ехать чуть дольше, если сравнивать с Лондоном. Но уж и гостят они как следует – к чему тащиться в такую даль, если через день-два уже покидать радушных хозяев? Некоторые друзья жили у нас неделями.
Тесса смотрела на Уилла во все глаза – он так редко вспоминал свое прошлое, что девушке иногда казалось, будто его и не было вовсе. Джем тоже смешался, но быстро оправился от удивления:
– А я согласен с Тессой! Всю жизнь прожил в большом городе, постоянно в толпе. Да я бы ночей не спал, если знал бы, что я один – и на десятки миль вокруг никого нет!
– А в городе повсюду грязь, все дышат друг другу в затылок, – возразил Уилл. – Когда я впервые приехал в Лондон, то настолько уставал от постоянного мельтешения, что мне едва удавалось сдержаться – хотелось схватить ближайшего прохожего, заступившего мне дорогу, и нанести ему травмы, несовместимые с жизнью!
– С тех пор ты мало изменился, – не удержалась Тесса, но Уилл только прыснул от смеха, а потом резко умолк, вглядываясь в открывшийся их взорам особняк Рэвенскар.
Джем присвистнул, и Тесса поняла, почему издали были видны только каменные трубы: особняк стоял в глубокой впадине меж трех холмов, вокруг него поднимались почти отвесные склоны – казалось, он лежит в гигантской ладони. Тесса, Джем и Уилл глядели на него вниз с вершины холма. Само строение было большим и очень старым – огромная груда камней, которым много сотен лет. Подъездная аллея изгибалась дугой и вела к массивным дверям парадного входа. Признаков запустения не было и в помине – ни сорняков на подъездной аллее или дорожках к хозяйственным постройкам, ни выбитых стекол в узких высоких окнах.
– Здесь явно кто-то живет, – заметил Джем, озвучив вертевшиеся в голове Тессы мысли. Он начал спускаться по склону, заросшему высокой травой. – Может, если…
Вдруг послышался стук колес, и Джем не договорил. На миг Тессе показалось, что их кучер приехал за ними, но это был совсем другой экипаж – крепкая карета для дальних поездок миновала ворота и покатилась прямо к особняку. Джем быстро спрятался в траве, Уилл и Тесса присели рядом. Они увидели, как карета остановилась перед входом и кучер спрыгнул с козел, чтобы открыть дверцу.
Наружу выбралась девочка лет четырнадцати-пятнадцати на вид: еще слишком мала, чтобы носить взрослую прическу, судя по длинным распущенным волосам. На ней было простое синее платье, сшитое, однако, по последней моде. Кивнув кучеру, девочка замерла на лестнице и оглянулась, посмотрев прямо туда, где прятались Джем, Уилл и Тесса. Разумеется, их нельзя было заметить в высокой траве, но все же…
Они сидели слишком далеко, чтобы разглядеть ее, виден был лишь бледный овал лица в ореоле черных волос. Тесса хотела спросить у Джема, нет ли у него с собой подзорной трубы, но вдруг Уилл застонал – она никогда не слышала такого ужасного, исполненного невыносимой боли стона, будто сокрушительный удар выбил из юноши дух.
Но потом поняла, что это был не просто стон, а слово, и не просто слово, а имя. И не просто имя – он уже произносил его прежде.
– Сесилия!..
Глава 6
Печать молчания
Сокрыты надежно печатью молчанияМечты, желанья и страсти в душе.Но если откроешь тайну звучания,То прелести прежней не будет уже.
Шарлотта Бронте,«Вечерние утехи»
Двери огромного дома распахнулись, девушка вошла. Экипаж тряско прогрохотал по дорожке к каретному сараю, обогнув здание. Уилл, шатаясь, поднялся на ноги. Его лицо стало серым, как пепел погасшего костра.
– Сесилия… – повторил юноша с изумлением и ужасом.
– Да кто такая эта Сесилия?! – воскликнула Тесса, вставая с земли и стряхивая травинки и репьи с платья.
– Уилл… – Джем уже был рядом с другом и обнимал его за плечи. – Уилл, скажи что-нибудь! Ты будто призрак увидал.
– Сесилия… – Уилл глубоко вздохнул.
– Это мы уже слышали! – жестко сказала Тесса, изо всех сил стараясь спрятать раздражение. Нельзя разговаривать так с человеком, который утратил душевное равновесие, да к тому же упорно смотрит в никуда, периодически бормоча лишь одно слово: «Сесилия».
Но Уилл ее будто и не слышал.
– Моя сестра. Сесилия. Она… Господи! Ей было всего девять, когда я ушел из дому.
– Сестра! – сказал Джем, а Тесса почувствовала, будто разомкнулись ледяные пальцы, сжимавшие ей сердце, и тут же чертыхнулась про себя. Да какая разница, сестра или возлюбленная? Ее это уже не касается!
Уилл брел вниз по склону холма, шатаясь, путаясь в зарослях вереска и не разбирая дороги. Джем бросился следом и схватил его за рукав:
– Уилл, не надо!..
– Пусти! Если там Сесилия, то и остальные тоже… там моя семья!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
