справили, чтобы не срамился среди городских.
– Ничего! – Ленка пожала сухими узловатыми плечами. – Отказался.
– Отказался? – ахнул Славка. Вот уж действительно дурак!
– Идеалист! Время таких ушло, – авторитетно заявила Ленка, потягивая сигаретку. – Лучше бы папочкины деньги тратил. А вообще на его месте я бы давно в загранку смоталась. – Глаза девицы сверкнули неподдельной завистью. – И никакой дурацкой учебы! Скукота! Я бы и после девятого класса школу бросила – папуля настоял. Это у него еще совковый пережиток, – как бы извиняясь, сказала она, – что вышку надо иметь в обязательном порядке. А мне вышка ни к чему, у меня папа есть.
«Действительно!» – подумал Славка.
* * *
План созрел мгновенно.
«Ух, спасибо тебе, Леночка! – в ярости думал Славка той ночью, обрабатывая её костлявое тело. – Ты хоть и дура, да ещё страшнее черта, зато идейку подкинула».
Если сам Витя не хочет пользоваться деньгами своего авторитетного папани, то ими воспользуется он, Славка. А если папаня действительно так крут, как говорит Ленка, то денег в хозяйстве куры не клюют. А если Ленка не врёт и в том, что папаня сыночка обожает, то это следует использовать на полную катушку.
А ведь дура эта страшная не врёт – она Витьку презирает. Даже больше, чем презирает. Был бы Витя обычным – очкастым ботаником – Ленка бы его сроду не заметила. Но у этого очкастого ботаника есть такие возможности, которых Леночке её драгоценный папаша, увы, предоставить не может, а этот ботаник имеющимися возможностями не пользуется. Вроде как из принципа. Вообще, не всё ли равно, почему он ими не пользуется? Главное, что Ленка Рубцова от злости захлёбывается, когда про Витю говорит. А раз так – то действительно есть чему завидовать.
Ну, Витя, не захотел по-хорошему, будет по-плохому!
Всю неделю Славка обдумывал решение. За это время Ингу почти не видел, а вот Ленку – аж три раза. К счастью, Рубцова оказалась более чем словоохотлива, правда, увы, только в постели. Но то, что она выдыхала вместе с колечками дыма, того стоило.
Да, дело верное! Сметана сына обожает, ради него готов на всё. А кто такой Витя? Пфи! Моль, блоха. Славка с ним в два счёта справится.
Значит, так. Под благовидным предлогом надо скота этого, Витьку, заманить куда-нибудь, запереть, а потом настрочить письмо папочке. Мол, кошелься, Сметана, а то сынка получишь по частям. Потом Сметана кошелится, и начинается у Славки просто сказочная жизнь. Да такая, что ни в сказке сказать, ни пером описать!
Глава IX. Март 1998 г. Инга
Ингу чуть удар не хватил.
Она подпрыгнула, завизжала:
– С ума сошёл! С ума сошёл!
А ведь всё так хорошо начиналось!
Ингины родители решили на весенние каникулы вместе с младшей дочерью уехать в санаторий, и девушка оставалась абсолютно одна. О чём, естественно, оперативно был уведомлён Славка. Тот тоже несказанно обрадовался.
Родители уехали в пятницу утром. Инга кое-как досидела до конца занятий и пулей помчалась домой. Мгновенно переоделась и, вооружившись шваброй, тряпкой, веником, начала наводить уют. Свой собственный. Ведь вечером придет Славка, и все выходные они будут одни, вдвоём. Какое счастье!
Пока руки работали, голову Инги то и дело посещали самые разные мысли. Все – о Славке.
Конечно, ей донесли некие доброжелатели, что видели Славку в компании с Ленкой Рубцовой, сочувственно похихикали. Правда, сама Инга этого похихикиванья не поняла. Никак представить себе не могла, что Славка может польститься вот этим чудом-юдом. Значит, врут! Причем нагло. Но про Ленку поговаривают, что папаша ейный за эскорт неплохо платит. Но в это Инга не верит. Как же нужно себя не уважать, чтобы позволять такое даже отцу родному? Так что злые языки брешут.
А Славке сейчас просто трудно. Он так намучился с этими «хвостами», бедняга! Да и дома у него кошмар полный творится. Инга представить себе не может, каково это – жить такой толпой в трёх комнатах! У неё-то в семье народу меньше, и то тесно.
Да и с деньгами последнее время совсем туго. А ведь ему, как и всякому нормальному парню, хочется перед своей голубой пошиковать. А на что шиковать, если в карманах ветер?
«Ничего, – думала девушка, до блеска надраивая полы, – эта неделя всё исправит, выправит».
Поначалу всё действительно шло хорошо. Они поужинали, посмотрели кино по видику, потом отправились в комнату. И ночью Славка вдруг выдал. Так и так. Нет, конечно, имени потенциальной жертвы не назвал – так, в общих чертах обрисовал план.
Но затею Инга почему-то не оценила. Завизжала, заистерила.
– Дурак! Дурак! – орала она. – Ты у кого такие бабки решил прикарманить?! Думаешь, тот, у кого есть такие средства, так просто тебе их отдаст? Да тебя с потрохами сожрут!
Славка обиделся. Не такого он ожидал! Думал, что Инга порадуется, помогать станет. Ан нет! Ошибочка вышла.
– Да пойми ты! – увещевал её Славка. – Деньги эти краденые, так что пошерстить вора – благое дело.
– Тоже мне Робин Гуд хакасского разлива! – съязвила Инга. – Ведь спросят же, где ты столько денег взял. А что ты ответишь? А?
Славка понурил голову: об этом он не подумал.
– То-то же! – Инга насупилась ещё больше. – А где ты его держать собрался?
– Ну…
– Что ну! – по новой взвинтилась Инга. – У тебя есть место такое надёжное, где можно пленника несколько дней продержать?
– Почему несколько? – удивился Славка.
– Потому что баранки гнутые!! Да пока требование передашь, пока деньги соберут, пока передадут.
Славка вздохнул: об этом он тоже не подумал.
– Да и как ты отмажешься! – продолжила Инга. – Ведь папа не дурак, он будет дитя искать. И не с милицией, а своими способами. Не боишься?
Славка совсем сник: вот об этом точно не подумал!
– Ну, Инга, ну я так… – замямлил он.
– Дурак, – бросила девушка. – Выбрось из головы, ничего у тебя не получится. Давай спать.
Она легла, закуталась в одеяло. А сна – ни в одном глазу! «Что ж я, дура, не спросила, кого он похищать собрался, – вдруг подумала. – Впрочем, ничего он не сделает. Так что – спать, спать!»
А Славка лежал и думал. Конечно, Инга пропесочила его по полной программе. Но то, что сказала, – умно.
Значит, нужны место и сообщник. Без сообщника, получается, никак. С кем можно договориться? Славка напряг мозг, тщательно перебирая всех друзей и знакомых. «Инга права, – думал парень, – это должен был кто-то, кто с Витькой обычно не контачит. Ни мне, ни Инге нельзя! Вот мы
