Читаем без скачивания BJ-86 не отвечает (Книга 2) - Генри Сайерс

Грег прикоснулся к нескольким кнопкам и в шлюпке замерли все механизмы. Даже погасли лампы в рубке. Теперь кабину заливал призрачный свет открытого космоса и, совсем не к стати, Стасу в голову пришло, что именно в таком освещении командных отсеков проводят последние часы и минуты жизни экипажи аварийных, погибающих от космического холода и задыхающихся от нехватки кислорода кораблей. А может и ему очень даже скоро придется увидеть этот неверный свет на забрале своего шлема, но не по необходимости оперативной маскировки, а во всем зловещем и безысходном понимании смысла этого погребального освещения помещений агонизирующего корабля. Стас до кругов перед глазами сжал веки, чтобы побыстрее отогнать это мрачное и тягостное ощущение. Сквозь иллюминатор уже можно было вполне четко разглядеть крохотный диск космической станции. Еще несколько часов такого бесшумного, скрытого полета и серый призрак шлюпки окажется в тени гигантского корпуса этого рукотворного колоса, построенного неизвестно кем и с какой целью.

Все несколько часов, пока шлюпка медленно скользила к точке назначения, космонавты не отрывая глаз смотрели на увеличивающийся в размерах корпус станции. Они не рисковали даже пользоваться системой радиосвязи скафандров и поэтому были практически лишены возможности обмениваться своими впечатлениями. Единственное, на что пошел Грег несколько раз он включал принимающий блок установки дальней связи и тщательно пытался засечь радиоизлучения станции. Но приборы лишь регистрировали лишь шорохи и фоновые помехи глубокого космоса и ничего более. Теперь уже глыба станции занимала значительную область в поле зрения ходового иллюминатора и даже невооруженный глаз мог ощутить всю поражающую воображение мощь ее циклопического корпуса. Станция медленно вращалась вокруг оси. Теперь можно было отлично разглядеть крупную осевую надстройку, выступающую из диска наподобие ступицы маховика и какую-то плотную клубящуюся мантию, широкой лентой опоясывающую станцию по экватору. Стасу вдруг захотелось провести тыльной стороной ладони по лбу. Он уже поднял руку и только тут спохватился - он был в скафандре и шлеме... Это грандиозное, таящее в себе непредсказуемую угрозу сооружение гипнотизировало, притягивало взгляд и заставляло забыть обо всем остальном. Чем ближе подбирались космонавты к станции, тем отчетливее выступали небольшие детали и элементы конструкции в ее центральной части. Но все плотнее и плотнее становилась пелена скрывающая от глаз края большого диска. Теперь уже можно было различить что этот пояс состоял из кружащихся на небольшой высоте над поверхностью неиспользованных крупных строительных элементов, монтажных устройств и лесов. Отработавших свое транспортных платформ и прочего хлама. Обычно от этих неизбежных на монтаже больших объектов отходов технологического процесса строители очищали окрестности возводимых объектов сразу же после окончания основных работ. Но здесь, притягиваемый гравитационным полем многомиллионной массы, неубранный мусорный слой плотно кружился вокруг станции. Это говорило только о том, что строительство станции не завершено и прекратилось оно весьма поспешно. Безусловно мусорный пояс несомненно мешал космонавтам разглядеть в подробностях поверхность станции. Но с другой - пояс неплохо маскировал шлюпку от взгляда возможного наблюдателя со станции.

Желтовато-палевая в свете мерцающего диска Урана станция уже заполнила собой все поле зрения ходового иллюминатора. Часто тон освещенности менялся - это поверхность искусственного объекта закрывали особо плотные облака летающего хлама. Стас приподнялся с кресла и склонился над звуковой мембраной шлема командира:

- Грег, я считаю, что нам надо замаскироваться в одной из этих металлических туч и покружить над поверхностью. А когда мы все хорошенько разглядим и прослушаем, тогда и видно будет что делать дальше.

Грег энергично качнул подбородком за стеклом шлема и Стас снова взгромоздился на свое место. Шлюпка на мгновение вспыхнула рулежными соплами и, чуть по диагонали, самым малым ходом пошла к границе слоя. Грег внимательно разглядывал проплывающую под ними разнородную массу из тысяч больших и малых обломков, элементов крепежа, длинных консолей строительных лесов и крупных решетчатых буксировочных платформ, а так же бесконечного количества не поддающихся распознаванию узлов и агрегатов непонятных механизмов, труб, контейнеров, бочек, кусков изоляции и многослойной обшивки. Все это не торопясь плыло, крутилось, сверкало то гранями, то плоскостями и порой совершенно скрывало под колеблющимся слоем поверхность станции. Наконец Грег нашел небольшой разрыв в плотной завесе. Шлюпка слова мигнула маневровыми двигателями и зависла над просветом. Экипаж первым делом включил на прием систему радиосвязи. Грег принялся следить за его работой а Стас прильнул к иллюминатору. Внизу медленно проплывали соединения обшивки корпуса станции. Часто просматривались конструкции крепления доя оборудования внешней подвески. Вот проползла батарея из шести плазменных орудий сверхмощного калибра. А чуть погодя открытый эллинг с роботами - ремонтниками. Но тут Стас с удивлением обнаружил, что разрыв, в который он наблюдал ландшафт внизу, меняет очертания и уменьшается в размерах. Оказалось, что все мириады составляющих орбитального слоя движутся с чуть разной скоростью. Поэтому они медленно догоняли друг друга, сталкивались, расползались и так весь этот слой находился в беспрерывном хаотическом движении, уплотняясь там, где только что были разводы пустоты и разряжаясь на месте недавних скоплений материи. Теперь этот колеблющийся поток сомкнулся и Стас остался без дела. В сердцах ругнувшись, он повернулся к Грегу. Тот склонился над анализирующим модулем установки связи и даже сквозь забрало было видно озабоченное выражение его лица. Однако спросить в чем дело не было никакой возможности и Стас опять вернулся к иллюминатору. Но слабо шевелящаяся масса еще надежнее сгустилась перед глазами второго пилота и он принялся размышлять обо всем, что ему удалось недавно увидеть и узнать.

За пятьдесят минут, в течение которых шлюпка делала полных оборот над станцией, несколько раз перед взором Стаса открывались разрывы и он торопливо заносил угловые величины наблюдений и свои впечатления. Везде было одно и тоже, хотя в нескольких случаях можно было с уверенностью сказать, что поверхность станции всеми вспомогательными устройствами и внешними элементами. В других же местах обшивка была абсолютно гладкой и лишенной всего этого вторичного оборудования. Значит, часть станции была построена только в основных компонентах, в то время как другая часть казалась полностью технологически завершенной. Следующий виток только подтвердил наблюдения Стаса, а концу третьего перед ним лежал листок со схемой поверхности станции. Оболочка титанического диска была разделена швами на шесть громадных радиальных секторов. Поверхность трех из них имела весь комплекс внешней оснастки - эллинги для роботов обслуживания, компенсаторы температурной деформации корпуса и десятки других, плохо различимых с высоты устройств и агрегатов. Два сектора по краям первых трех имели только крупные элементы оформления - батарейные башни плазменной артиллерии, фундаменты для конструкций внешней подвески и массивные корпуса причальных терминалов для средних орбитальных транспортов. А расположенный между этими двумя секторами промежуток поверхности был самым незавершенным. Его устилала совершенно гладкая обшивка с кое-где разбросанными квадратами и отверстиями больших и малых технологических проемов. В этот момент Стаса отвлек наконец-то зашевелившийся Грег. Он просигнализировал второму пилоту каким-то малопонятным жестом и взялся за ходовые рычаги. Шлюпка изменила угол атаки и малым ходом пошла против направления вращения станции и ее пояса. Стас взобрался вы свое кресло и не торопясь принялся ждать пояснений командира. В иллюминаторе перед его взором в частых разрывах колеблющейся чешуйчато-металлической пелены проплывала обшивка станции. Даже ее поверхность содержала в себе много неясного и настораживающего. А что же таилось под этими многометровыми слоистыми бронированными покровами в недрах ее многочисленных палуб, горизонтов и ярусов? От этой мысли Стас только плотнее сжал губы, словно бы ничего не хотел говорить неведомому но вполне реальному противнику.