— Милличка, нам нужно срочно домой, — заявила я дочке.
— Зачем, Лео? — посмотрела она на меня недоумённо.
— Мы же не осмотрели дом внутри, сорвались по делам. Там может пусто во всех комнатах, как в холле. Будем спать на полу на шёлковых простынях.
Парни, услышав меня, хохотнули, а Варьян сорвался ловить коляску.
Глава 2
С тетрадью и карандашом в руках мы не прошлись, а пробежались по дому. Дом был девственно пуст. На первом этаже одно крыло занимают хозяйственные помещения: кухня, разные кладовые, бытовки. Одно помещение, что ближе к кухне, назначили семейной столовой, где будет стоять стол на двенадцать человек — мало ли каких гостей к нам занесёт. Второе крыло будут занимать комнаты для занятий, библиотека. Пока их не трогаем.
На втором этаже жилые помещения. В одном крыле — большие хозяйские апартаменты из четырёх трёхкомнатных «квартир», в другом — двухкомнатные и трёхкомнатные гостевые. Хозяйские мы даже не смотрели. Я предложила Милле занять гостевые комнаты. Было два гостевых парных помещения. Две спальни, общая прихожая или гостиная. Вот такие гостевые апартаменты я и предложила занять временно.
— Лео, почему вы занимаете гостевые, а не хозяйские? — удивился Нортон.
— Вот, — указала я на леополек. — Их ещё нельзя разлучать. Только ночью они будут спать отдельно, каждый со своей хозяйкой. Но и ночью они должны чувствовать присутствие друг друга. Это временно, на две недели. Милли записывай: две спальных корзины для малышей, пять кроватей….
Обошлись минимумом. Время у нас вагон, и мы постепенно, без спешки обставим и украсим своё жильё на свой вкус. А сейчас, в данных обстоятельствах, нам лишь бы переночевать в комфортных условиях.
Большую комнату с выходом на балкон решили сделать комнатой отдыха и заняться ей позже. Пока не к спеху.
А вот теперь небольшой шопинг. Варьяна оставили на хозяйстве, принимать заказанные приобретения.
Разве может женщина, попав в торговый центр, даже если он не единое здание, а почти целая улица отдельных магазинчиков или, как у нас, лавок, даже имея определённую цель, не поинтересоваться: «А что там?». Любопытство за пазуху не заткнёшь и глаза не завяжешь. Как с Милли мы не сдерживались, но нас понесло. Ведь не хотели пока приобретать кухонную утварь, а в первой же лавке «Всё для кухни из Княжества Вергройш» не удержались. Меня буквально покорил набор металлических блестящих кастрюль ёмкостью от одного до десяти литров. Они стояли пирамидой одна в другой, а рядом держатель для крышек. Кастрюли тяжёлые, с толстым дном. На боку кастрюль и на крышках выгравирован медальон: звериная морда в центре венка из дубовых листьев. Какого зверя морда, я не поняла.
— Это что? — показав на гравировку, спросила продавца, сухощавого жилистого загорелого, но светловолосого кареглазого мужика. Подвижный, словно живчик, но, в то же время, не делая резких движений, плавно передвигался по помещению.
— Это клеймо вергройшей, — ответил он с нескрываемой гордостью. — Самая качественная, но и дорогая кухонная утварь. Сегодня утром только доставили.
Я переглянулась с Нортоном. Он одобряюще кивнул.
— Милличка, доча, мы берём эту прелесть и ещё вон тот набор сотейников, если они с таким же клеймом, и сковороды.
— Берите, сийры, не разочаруетесь, — уцепился за покупательниц продавец.
Сковороды диаметром от пятнадцати сантиметров до пятидесяти с деревянными ручками, с толстым дном. Самый раз печь блины и лепёшки-«лаваш». У сотейников и сковород на конце ручек металлические петли для подвешивания.
— А ножи не хотите посмотреть? — развернул перед нами упаковку с набором ножей, нахваливая на всякий лад.
Кухонные ножи — моя слабость. А тут такой комплект из тридцати штук! И ещё какой-то металл особый с вечной магической заточкой. Даже парни глядели на это богатство с восторгом. Ножи с клеймами производства Княжества Вергройш. Товар очень дорогой. Даже наборы сковородок, сотейников и кастрюль уступали им в стоимости. Но жмотиться не стали. Милли сразу меня предупредила, что оплачивать все покупки для дома будет она. Если не хватит налички, то займёт у меня. Но пока хватит на всё. Остальное, что ещё понадобится, повар определит и купит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Продавец чуть ли не пел, помогая двум помощникам упаковывать наше приобретение. Одного с товаром сразу отправил по, названному Милли, адресу. А мы перешли в следующую соседнюю лавку с посудой для столовой, хозяином которой оказался этот же мужик, а продавцом его жена. Но тут мы попридержали коней. Купили всем по глиняной кружке, простенький столовый сервиз на двенадцать персон и набор столовых приборов с клеймом вергройшей. Остальное успеется.
— Что-то, Милли, мы с тобой разгулялись? — посетовала я. — Нам ещё мебель надо кое-какую купить, да присмотреть на будущее.
— Так ты же сама предложила одним глазком глянуть да прицениться. Только одним глазком, — с ехидцей напомнила дочка.
— Ничего так, одним глазком глянули и приценились, — хохотнул Петрикс.
— Ну, вы бы нас придержали. Не в ту, мол, лавку направились, — съехидничала Милли.
— Это не наше дело, — отбоярился Нортон.
— Правильно, — поддержала его я. — Ваше дело внимательно по сторонам смотреть да всё примечать, вверенные тела охранять. А с каких покупок эти тела начали монеты тратить, то и впрямь не ваша забота. Пошли, Милли, в мебельную лавку. Я считаю, что вычурной мебели нам не надо. Главное, чтоб комфортно.
И всё же мебель мы высматривали в соответствии со своими понятиями красоты. Гостевые комнаты единогласно решили обставлять по гостиничному принципу — одинаково. Кровати-односпалки, всё одно, что моя двуспальная, ещё советского стандарта. Долго не выбирали. Обе положили глаз на кровать из тёмного дерева, с высокой резной головкой. В матрасах покопались, пока выбрали самый упругий. Чем он там набит, не понятно, но только без пружин. Прикроватные тумбочки из того же дерева, что и кровати и большие зеркала-трюмо. Стол обеденный на двенадцать человек из очень светлого дерева с красивым ярко выраженным структурным рисунком и стулья из этого же дерева. Здесь же приобрели тридцать штук цельнодеревянных плечиков цвета тёмного шоколада для одежды женской и мужской. Оформили доставку со сборкой и установкой на месте, и перешли в лавку, где приобрели постельное бельё.
В лавке с облегчением узнали, что наш заказ ещё не отправили по адресу. Подтвердили заказ на бельё, присовокупили две скатерти из валлейрокского вииля[4], не такого мягкого, как постельное бельё, а словно накрахмаленного. К подушкам придирались качественно, но всё-таки выбрали. Подушки наполнены мелкими пёрышками с пухом птицы капирьи[5]. Я предложила взять по две подушки на кровать.
— Зачем мне две подушки? — удивилась Милли. — У меня же одна голова.
— Примета есть такая, — тут же я сочинила примету. Не скажу же, что для меня привычней две подушки. — Если у тебя будет на кровати одна подушка, то всю жизнь одна проживёшь, замуж не выйдешь.
Парни прислушались к нашему разговору, многозначительно переглянулись. Мотают на ус.
— А вот в первую брачную ночь спать нужно вдвоём на одной подушке. У нас, у одного народа, молодожёнам на свадьбе желают всю жизнь спать на одной подушке. А почему, догадайтесь сами.
— Это значит, чтобы жили дружно и не ссорились, так? — резюмировала Милли.
— Всё так, — согласилась я с умной моей приёмной дочкой.
Дошла очередь до покрывал. Вот уж мы тут зависли. Покрывала разного качества, расцветок. Каждый выбрал на свой вкус. Должно же быть хоть какое-то разнообразие. Взяли каждому по белому банному пушистому халату из вииля, по два больших и по два средних полотенца. На этом остановились. Пока достаточно. Украшательством будем заниматься постепенно.
