— Л-ладно… — Юлия поднесла открытую крышку кетчупа к аккуратно свернутому полу-фабрикантному рулету с рисом только что из микроволновки и надавила на бутылку и… ничего. Она нажала сильнее. Ноль эффекта. Подняв бутылку вверх она несколько раз сильно тряхнула ее.
— Может не стоит! — я вжался в спинку стула и вытянул руку, словно пытался остановить неизбежный коллапс, но меня проигнорировали. Юлия перевернула бутылку дном вверх, теперь открытое горлышко указывало прямо на меня. Она сильно затрясла бутылку. Первые секунды три ничего не происходило, а потом струя кетчупа попала мне на лицо, шею и футболку. Хорошо, что сегодня выходной и я не надел униформу академии, а ношу старую футболку, которую и выкинуть не жалко.
— Ой, пр… прости… — Юлия зажала рот ладонью, словно только сейчас поняла, что сделала.
— Не страшно. Я как увидел в твоих руках эту бутылку, уже сразу понял, чем все закончится. Она хотя бы не вылетела из твоей руки и не врезалась мне в лоб, уже за это спасибо.
— Ой, прости, прости, прости! — Юлия быстро-быстро кланялась с извинениях, из-за чего ее ободок с ушками соскочил с головы и улетел куда-то в угол комнаты, но мачеха просто проигнорировала это. Я же с нескрываемым удовольствием наблюдал как эти милые шарики, созданные из мужских мечтаний тряслись, то вверх, то вниз. Они двигались так быстро, что у ее грудей появился эффект размытия движения. Взяв со стола салфетку, прежде чем я опомнился и что-то умудрился осознать, она опустилась на колени и принялась вытирать разбрызганный кетчуп, но… у меня все лицо и футболка в кетчупе, так почему она начала чистку со штанов, или вернее — с паха? Не знаю. Но едва салфетка сжимаемая в этих милых теплых пальчиках коснулась моего жезла даже через ткань, как я едва не застонал. А уж когда она прижалась ближе, и ее груди коснулись моего колена, мое лицо стало еще краснее. Кровь тонкой струйкой потекла из носа, чтобы сбавить давление из-за сильно перевозбуждения. Правда эта мысль возбудила меня еще больше, так что не сильно помогло.
В этот момент, хотя я и понимал умом, что все идет к развратному сексу, но… мне стало сильно неловко и все лицо стало красным от стеснения… черт, казалось бы — куда еще краснее то? Я даже чуть отодвинулся и попытался уклониться от ее милых рук, но Юлия лишь с нежной улыбкой посмотрела на меня:
— Казума… я понимаю, что это несколько неожиданно для тебя, но я совершенно не могу сдерживаться. Я хочу тебя. Я хочу секса… у меня так давно не было мужчины, что я схожу с ума только при одном взгляде на тебя. Я даже поддержала этот глупый маскарад и цирк, предложенный Калиной, чтобы создать романтическую атмосферу. Но сейчас, я понимаю, как это все глупо и совершенно лишнее… лучше я просто встретила тебя полностью обнаженной и отвела в спальню и ты бы трахал меня, как хочешь, в любых позах. Любое мое отверстие, с радостью примет твой член — она говорила очень милые и совершенно дикие для такой казалось бы серьезной бизнес-леди вещи, пока гладила мой член через штаны. Она отбросила игры, как бросила на пл и тряпку и теперь совершенно не скрывая истинных намерений гладила моего бойца через ткань заставляя холодок пронзить мой позвоночник, отчего судорога прошла через все мое тело.
Не успел я опомниться и даже хоть что то ответить, как Юлия, которой вовсе и не нужен был мой ответ — расстегнув ширинку вынула на волю мой член и закрыв глаза, нежно и с любовью поцеловала головку, а после провела языком по горячему стволу. Когда весь член целиком оказался в ее горле, я смог сделать лишь две вещи — задрать голову в потолок, и вцепиться в подлокотники так, будто падаю с огромной высоты. Все мое тело сжалось в тугую пружину от возбуждения.
— Эй, а про меня вы уже позабыли? — я чуть опустил взгляд и увидел рядом с собой Лину, и у нее на устах была одна их тех коварных улыбочек, которые словно говорили — «ты знаешь, что я задумала»
Не успел я все осознать, как она уже целовала меня, глубоко засунув язык мне в рот, так что тонкая нить слюны тянулась от наших губ вниз, а мои руки уже ощупывали ее груди.
Глава 28 Жадина
Нечто странное я ощутил, когда ладонь Юлии обхватила и после начала гладить мой член, вытащенный на свободу из оков штанов. Ее рука была теплой и мягкой, и пока я отвлекался на поцелуй с кузиной, то вообще понятия не имел, что творит мачеха. Не прошло и нескольких секунд, когда я наслаждался ее теплыми и мягкими прикосновениями, как рука Юлии пропала… а через пару секунд нечто теплое и влажное, коснулось головки члена, насаживаясь на него, я аж вздрогнул от неожиданности. А Лина внезапно и без предупреждения перестала меня целовать, отойдя на шаг, теперь линия обзора была открыта и я посмотрел, чем вообще они занимаются, и понял, что Юлия встав на колени, глубоко взяла мой член в рот, медленно и с нежностью двигая головой и сдавливая стержень губами.
— Мама! Мы вроде договорились, что сперва поцелуем его, чего ты лезешь впереди меня? Разве ты не должна мне уступить?
— Уумуву, ммф!
— Чего? — переспросила Юлия. Ее мать остановила минет, вынула член из рта, чтобы ответить, но оказалось, что все это — лишь заранее спланированная атака! Лина толкнула мать и та от неожиданности упала на пол, смешно дрыгнув ногами, и не успела она понять, что вообще происходит, как Лина упав на колени, уже держала мой член во рту, обильно смачивая его слюной. После теплых и нежных прикосновений Юлии, кузина была более агрессивной, она жестко двигала языком, опутывая его вокруг члена, и сжимала губы, так что мне стало не больно, но немного неприятно. Очевидно, что она слишком старалась. Видимо, она хотела не просто заполучить мой член, и я был не против такого расклада. Но и обойти мать в этом импровизированном состязании, а вот это мне уже не по душе, ведь я не хочу, чтобы мы враждовали. Раз уж мы одна семья, то должны жить очень дружно.
— Эй! Он мой! — крикнула Юлия с детской обидой в голосе и надула губы.
Но Лина не повелась на собственную же уловку, и молча продолжила сосать игнорируя мать.
— Эй, дай мне хоть немного! — со все той же детской обидой проговорила Юлия, становясь на колени рядом с дочерью, чей демонический хвост возбужденно вился в воздухе и бился об пол с хлестким звуком.
— Ладно, если ты так этого сильно хочешь, мы можем заняться им вместе, одновременно.
Она с недовольной миной вынула член изо рта, но придерживала пальцами в районе основания корня, словно заявляя свои права на добычу. Юлия улыбнулась, ведь она воспитала добрую девочку, которая умеет делиться, а не жадину, что все оставляет себе… интересно, меня они вообще человеком считают? Или я для них просто член на ножках?
Но задаваться философскими вопросами самоопределения и бытия не было времени, губы Лины придавили кожу вокруг головки и оттянули ее, пока ее пальчики нежно касались самой головки, массируя и поглаживая незащищенный кончик, язык Юлии в этот момент облизывал стержень, иногда касаясь кончика и она с удовольствием проводила языком по пальцам своей дочери. В какой то момент мне показалось, что она с большим удовольствием бы с ней полизалась.
Они с большим усердием и нежностью водили языками по стволу, так что я подумал, что уже оказался в раю. Они обе стояли на коленях, глубоко прогнув спину и высоко поднимая попки, тонкая мокрая ткань трусиков сейчас должно быть врезалась в их половые губы, так что все интересные места хорошо видны через мокрую и прилипшую к коже ткань. Их пирожки выпирают через ткань, в такой позе их мышцы и складки плоти будут выглядеть как спелые набухшие фрукты. Как бы я хотел сейчас посмотреть на них сзади! Вид наверняка великолепен.
— Саори еще не скоро вернется, но я все равно нервничаю — внезапно сказала Лина и ее мать только кивнула, не отвлекаясь от работы языком, но в ее глазах на мгновение отразился страх смешанный с азартом. Похоже, они жутко бояться, что Саори вернется домой и застанет нас за этим непотребством. Как сложно жить под одной крышей с тираном.
