истинном обличии перед целой командой голодных мужчин. Голодных во всех смыслах.
Чего только наш капитан стоит. Вспомнив нахала, вновь ощутила прилив возмущения и
негодования. С ним я уже разобралась. Он попытался подкатить, но я сразу расставила все
точки над "и". Уверена, больше он не посмеет превысить полномочия.
С твердой уверенностью в своей правоте, вышла из собственной каюты и направилась
ужинать. В конце концов, кто-то из высшего состава должен меня представить членам
команды и объяснить ситуацию.
У входа в пищеблок немного замялась. Неизвестно откуда появилось волнение, даже
предвкушение. Я будто боялась... реакции капитана. Пришлось сделать несколько глубоких
вдохов и дать себе воображаемый пинок под зад. А затем сенсор движения сработал, и люк
передо мной открылся. Всеобщий гул голосов моментально стих, и на меня уставились
двадцать три пары обалделых глаз. Я смущенно обвела всех взглядом, но какая-то сила будто
заставляла меня посмотреть влево.
Думаю, капитан Кристон все же владеет гипнотическими способностями. А как еще
можно объяснить это нездоровое притяжение к нему? Он сидел за капитанским столиком
вместе с эйре Пэйто и доктором Эриком Праусом. Алека не было, видимо, тот сейчас за
штурвалом. Как и остальные, Кристон не сводил с меня глаз, но что-то выделяло его из
толпы. Помимо того, что он капитан этого корабля, мужчина мощного телосложения, с
отличительными шрамами по всему телу (хотя об этом я могу только догадываться), было
что-то еще. Он не смотрел на меня неверяще-обожающим взглядом, кэп был в ярости. Опять.
Да что ж такое? Почему я вечно его злю? Попади я под обстрел красных "лазаров" в образе
Тай Чу, сразу же развернулась бы в сторону каюты. Но теперь мне бояться нечего, и я смело
обратилась к капитану, нарушая гробовую тишину.
- Вы не представите меня, капитан Кристон?
Двадцать две пары глаз (включая мои и исключая Вуста) взирали на нашего капитана.
Все ожидали объяснений, каким образом молодая девушка попала на борт военного
истребителя, и самое главное, с какой целью. Но капитан, казалось, находился в прострации,
замкнутый наедине со своими мыслями. Даже боюсь представить, о чем он думает. Судя по
его взгляду, это что-то вроде "Тысяча и один способ наказать Аэлиту". И только когда Олко
кашлянул, а Эрик толкнул кэпа в плечо, тот рывком подорвался с места. Я даже вздрогнула
от неожиданности и неприятного звука отъезжающего стула. А затем чудовище
целеустремленно направился в мою сторону. С каждым его шагом мои глаза становились
круглее, а сердце билось все сильнее. Я бы не сказала, что было страшно, но его дикий
взгляд не мог не настораживать.
- Ты что на себя напялила, - шепотом процедил он, прижимая меня к люку.
Это взбесило меня до потери контроля. В черную дыру. Он ведет себе неподобающе, и
прикасается ко мне слишком откровенно, прямо на глазах у всей команды. Я взглянула на
него тем самым "укушу" взглядом и, оттолкнув назад, так же прошипела:
- То, что репликатор выдал, капитан. Корабельную форму.
Кристон сузил глаза и поджал губы. Ему мой ответ явно не понравился, но ответить было
нечем.
- Вы должны как-то объяснить мое присутствие здесь, - уже спокойнее напомнила я. Военный эксперимент, или что там?
Ничего не сказав, он схватил меня за руку и повел в сторону своего столика, зыркая по
сторонам, словно злобная гадюка.
Я буквально чувствовала взгляды всех этих мужчин по всему своему телу. Если уж совсем
честно, то было неловко, несмотря на то, что к мужскому окружению я привыкла. Ведь
пилот не распространенная среди женщин профессия.
Капитан со скрежетом отодвинул для меня стул и нагло толкнул на сиденье. При этом
бросил строгие взгляды на доктора, первого механика и, закрыв меня собой, повернулся к
членам экипажа.
- Хочу сделать официальное объявление, - пророкотал он на весь пищеблок.
Я вспомнила предыдущее объявление капитана и хитро взглянула на Олко. А тот
расплылся в широкой улыбке и подмигнул.
У этого парня нет проблем с чувством юмора,
думаю, он легко примет мое пребывание здесь. А вот Эрик смотрел непривычно. Он всегда
был приветливым и добрым, но на этот раз кроме милой улыбки, в его глазах был странных
блеск. Будто он что-то знает. Я поспешила отвести глаза и уставилась в никуда, слушая речь
капитана.
- Для проверки безопасности системы земной армии был проведен эксперимент, в
рамках которого выпускница Космической академии, Аэлита Айдар, - все, кто смотрел на
капитана, перевели взгляды на меня, - приняла облик пожилого мужчины и проникла на мой
корабль. Без особой сложности, - повысил голос капитан, тем самым выражая полное
недовольство. - Всем выговор! Никто даже не потрудился познакомиться с новым членом
команды присмотреться к нему. Таким образом, любой среди нас может быть шпионом или
предателем, а вы даже и не заметите.
Повисла пауза. Многие понуро опустили головы. Но ведь капитан прав. За те три с
половиной дня, что я пробыла на корабле в образе китайца, все буквально избегали меня и
даже не соизволили приветствовать. С одной стороны, лишнее внимание мне было не
кстати, но с другой, любому человеку было бы неприятно и одиноко.
- На данный момент Аэлита Айдар зачислена в основной состав "Армагеддона" на
должность второго пилота.
Все присутствующие оживились, а доктор Эрик в удивлении приподнял бровь. Я не
смогла скрыть свою гордость и широко улыбнулась. Да. Я такая, да. Хвалите меня,
восхищайтесь!
Но всеобщий гул был прерван грубым ревом капитана.
- И я лично придушу любого, кто подойдет к молодой эссере ближе, чем на три шага.
Моя улыбка сошла на нет, а глаза округлились от удивления.
- Объявление окончено, - выдал кэп и с шумом уселся подле меня. Очень близко, чуть ли
не на край моего стула.
Опять повисла тишина. Я сидела ко всем спиной, но все равно знала, что они смотрят.
Олко с Эриком переглянулись, хмыкнули, но под строгим взором капитана опустили головы
в свои подносы и молча продолжили трапезничать. А я, наконец, вспомнила, как голодна.
Уже собралась встать с места, как Кристон схватил меня за запястье, останавливая.
- Куда? - грубо спросил он.
- Еды взять, - оторопело ответила ему. Нет, мне определенно не нравится его реакция на
меня. Если так пойдет и дальше, то я... я... А что я, собственно, сделаю?
