посмотрел.
– А ты куда-то уходил? Боже мой. Как быстро летит время, когда тебя нет поблизости.
Джесс сел за стол напротив Дарио.
– Ты все такой же очаровательный, – сказал он. – Уже за это я не стану делиться с тобой пирожными. – Казалось странным и в то же время приятно привычным вести теперь их типичные презрительные беседы вместо того, чтобы обсуждать новости касательно Томаса, так что Джесс продолжил: – Не знал, что ты владеешь языком жестов.
– Моя младшая сестра родилась глухой, – сказал Дарио, что удивило Джесса до глубины души. Во-первых, удивляло то, что у Дарио есть сестра, а во-вторых, что он сделал все, чтобы иметь возможность общаться с ней. – Это было одной из причин, из-за которой меня назначили в помощники Пракеш, не считая того, что я такой красивый и очаровательный.
– Что ж, получается, ты всем доволен?
– Доволен, насколько это возможно. Профессор просто чудо. Я каждый день узнаю что-то новое. – Выражение лица Дарио изменилось, став вдруг серьезным, и он подался вперед, уставившись на Джесса. – Почему меня не покидает чувство, что ты пришел, чтобы все испортить?
Джесс постарался изложить все кратко, даже приукрасить. Лицо Дарио превратилось в безэмоциональную маску, пока он слушал Джесса, а глаза сузились и помрачнели. Он больше не улыбался. Не пытался шутить.
– Итак, – сказал Дарио, когда Джесс рассказал все, что знал сам, – мы отправляемся за Томасом. Когда?
В этот момент Джессу Дарио очень нравился.
– Пока не знаю. Держись с Халилой, я сообщу через нее. Помогу с поисками.
– Если нужно будет кого-нибудь допросить, дай знать. Я помогу.
– Имеешь в виду, что будешь держать, пока я бью?
– Нет, – ответил Дарио. – Ты будешь держать, пока я выдавлю всю правду. За Томаса.
– Я и не думал, что тебе…
– Он так нравился? – Дарио отмахнулся. – Он один из нас.
Как просто и в то же самое время искренне это прозвучало. Джесс кивнул.
– Дарио, – добавил он, – будь осторожен. Держи ухо востро.
– А кинжал острее? Да, трубочист, я умею думать. И понимаю, с чем мы тут имеем дело. – Дарио положил перед собой листок бумаги и взял в руки ручку. У него дрожали пальцы. Он положил ручку и размял руку, точно та затекла. – Что-то еще?
– Попробуй пирожные. – Джесс уже открыл дверь и собирался уходить, когда Дарио его тихо окликнул.
– Джесс. – Он редко называл его по имени. – Думаешь, ему причиняют боль?
– Да, – ответил Джесс. – И думаю, ему продолжат причинять боль, пока мы не спасем его. Так что давай его спасем.
Джесс закрыл за собой дверь, вежливо попрощался с профессором Пракеш – этот жест он, по крайней мере, знал – и отправился вниз по лестнице. Он уже наполовину спустился, когда в кармане опять зазвенел кодекс, привлекая внимание, и Джесс остановился посреди лестницы, чтобы открыть книгу и проверить оповещение, пока люди недовольно его огибали на ступеньках.
Сообщение пришло от Глен и было написано угловатым, нетерпеливым почерком. «Тащи свою задницу обратно в казарму, пока кто-нибудь не заметил, что тебя нет. СЕЙЧАС ЖЕ». Последнее было подчеркнуто злой черной чертой. Джесс буквально почувствовал гнев и беспокойство, веявшие от страницы.
Он достал стилус и ответил: «Уже иду».
Записки
Текст трактата Герона Александрийского, повествующего об использовании механических стражей на службе у Великой библиотеки, написанного во втором веке существования Великой библиотеки в ответ на незначительный ущерб, нанесенный александрийскому серапеуму вандалами
…А что касается механических стражей, то я не вижу причин, по которым такие приспособления не могут использоваться для отпугивания злодеев, стремящихся нанести ущерб территории Великой библиотеки, а также музеям, университетам и зоопаркам. Еще было бы забавно сконструировать эти механизмы в образе созданий как знакомых, так и сказочных для нас. Львы издавна считались благородными животными, обладающими огромной силой и жестокостью; я полагаю, механический лев отпугнет любого посредственного вандала, ищущего легкой добычи, а также львы будут отлично отражать идеи Библиотеки.
Подобным образом можно использовать сфинксов, ибо эти мудрые легендарные создания являются символом монаршей власти и силы. Если позабавиться, можно создать и механических змеев, которые будут красться среди колонн, а стражи в виде коней могли бы в один прекрасный день носить наших солдат на сражения. Только подумайте, сколько открывается возможностей!
Настоящим я даю начало новому разделу исследований, связанных с данным вопросом, и ставлю целью развитие подобных методов обороны Великой библиотеки и всех, кто понимает и поддерживает нашу благородную цель. Разумеется, все это необходимо будет проводить втайне. Такие устройства не могут быть использованы, если их внутреннее строение и работа станут достоянием общественности.
Да благословят наши старания боги, да прогонит свет тьму.
Глава пятая
Чтобы покинуть маяк, в итоге пришлось дожидаться, пока большая компания профессоров будет выходить одновременно. Джесс быстро слился с толпой, словно был одним из них, предложив одному низенькому, пузатому мужчине помочь донести тяжелое оборудование, чем тут же расположил того к себе. Добравшись до конца улицы и вернув вещи, Джесс побежал обратно в военную часть библиотечной армии. Пробежка этим ярким, теплым утром показалась ему даже приятной.
Когда Джесс вернулся, то поспешил найти Глен. Ее комната оказалась пустой, однако Джесс в конце концов приметил ее шагающей по коридору в компании капитана Фенг. По лицу Глен невозможно было догадаться, что у нее на уме, но Джесс сомневался, что она проводит время с капитаном, потому что ей это нравится. Да и разговаривал, кажется, лишь капитан.
Вопреки беспокойству Глен никто, очевидно, не заметил отсутствия Джесса и не собирался давать ему никаких заданий, так что он воспользовался моментом, чтобы насладиться сном, которого ему так не хватало, а затем решил заняться чтением. Когда Джесс вышел в коридор, то осознал, что дверь комнаты, расположенной наискосок от его собственной – комнаты Тарика, – распахнута настежь. Джесс уже было сделал несколько шагов вперед, чтобы зайти поздороваться, когда вдруг в его голове ожило воспоминание того, как бездыханный Тарик лежал у каменной стены. «Тарик мертв», – и кто-то другой находится в его комнате. Джесс тут же замер на полпути.
В комнате оказались близкие друзья Тарика, Ву и Брансом, которые собирали его немногочисленные вещи. Джессу казалось, его бьют по сердцу молотком, когда он наблюдал, как солдат Брансом, коренастая и мускулистая юная девушка, похожая чем-то на Глен, вытирает слезы, взяв в руки личный журнал Тарика с его именем, выгравированным на обложке. Обложка даже издалека, откуда наблюдал за происходящим Джесс, явно была испачкана кровью, и Брансом начала нещадно ее оттирать рукавом собственной рубашки. У нее дрожали руки.
«Кто-нибудь запишет финальные строки в этот журнал, – подумал Джесс, – в деталях описав время и обстоятельства, при которых погиб Тарик». Быть может, там даже упомянут имя Джесса. А потом все это прочтут родные Тарика, будут плакать, зачитывать строки на церемонии
