Читаем без скачивания Обмен заложниками - Иван Наумов

Тэнс у дверей приободрился. В тамбуре началось какое-то шевеление. Женщина с прямой спиной вдруг засобиралась, подхватила хозяйственные сумки и поспешно перешла в следующий вагон. Парочка тоже исчезла.

Один за другим из тамбура появлялись тэнсы. Расслабленные, самоуверенные и жаждущие активной деятельности. Куртки, на один манер расшитые ти-эф-эйчами, создавали ощущение униформы.

— А, грёбаные гипократы! — почти натурально обрадовался кривоносый детина, выбритый полосками. Он сел на краешек скамьи через проход от Зонца. Недобро щерясь, стал разглядывать Дэйзи и Лекса. — Пристроились под бочком у гуттаперчевых! Все хотел спросить, холуи, из-за кого это моя сестренка осталась без образования, когда ее медучилище сократили. Девочка хотела честно сверлить зубы, ставить пломбы, помогать людям. Четыре года отпахала в отличницах, кусок хлеба на всю жизнь, считай, уже в кармане. А тут добрые дяди — нате вам, земляне, укольчик в десну. Ни кариеса, ни работы.

Дэйзи, игнорируя докладчика, поймала взгляд Зонца и слегка взметнула брови — смотрите, мастер: живой пример всему вышесказанному.

— Ребят, давайте не будем делать глупостей, а? — Лексу совсем не нравилось соотношение «восемь к трем», особенно с учетом того, что из трех одна — девчонка, а другой — резиновая игрушка.

— А скажите, уважаемые, — сказал мастер Зонц, — разве статус гостя, безусловно имеющийся у меня в любой точке этой планеты, не является для вас неким… нравственным барьером, что ли? Для подобного к нам обращения?

— Отошел от своего челна — потерял статус, дядя! — констатировал рыжеволосый вожак с огненными спиралями на щеках, видимо, Мока собственной персоной. — Или ты тётя?

— Мастер Лекс, — демонстративно громко спросил гип, — я обязан соблюдать правило не нападать первым?

— Никак нет, мастер Зонц! Вы вольны действовать по своему усмотрению. Нанесенных оскорблений уже достаточно, чтобы считать их первопричиной инцидента.

Тэнсы жизнерадостно заржали, неторопливо разматывая прозрачные моньки.

— К тебе, гуттаперча, у нас вопросов нет, — подвел итог вожак. — А вот с этими двумя…

Он не договорил, потому что Зонц, до этого сидевший, вдруг выпрыгнул с места вперед с нечеловеческой силой, и, перелетев спинку сиденья, врезался в основную группу тэнсов. В ту же секунду Лекс коротко, без размаха, ударил полосатого собеседника правой в нос, а крюком слева в челюсть обрушил громоздкое тело в проход между лавками.

От удара сбоку монькой по шее перед глазами поплыли цветные медузы, но Лекс повернулся и дотянулся обидчику ногой в пах. Над головой просвистела черная сумка Дэйзи, где одна косметика тянула килограмма на три, и тэнс улетел в кучу-малу у входных дверей, где отважно сражался мастер Зонц. Лекс прыгнул следом.

Тэнсы дрались молча и сосредоточенно. Хорошо дрались, умело. Но не знали, что делать с аморфным, гнущимся во все стороны гипом. Кулаки и палки вязли в его серых щеках, как в подушках, и Лекс мимолетно вспомнил, что в голове Зонца и мозга-то нет, из важного — только рот, глаза и уши, а все органы равномерно распределены по клапанам-перегородкам между воздушными пузырями, из которых состояло все тело гипа. Кто-то сравнил такую структуру с Интернетом… Пропущенная зуботычина напомнила Лексу, о чем стоит думать именно сейчас.

Зато Зонц быстро разобрался, как нанести противнику максимальный урон. Ласты, покрытые с внутренней стороны многофункциональными отростками-щупальцами, при замахе растягивались чуть ли не до полутора метров, и каждая попадающая в цель оплеуха сдирала с лиц обидчиков лоскуты кожи.

Один из тэнсов щелкнул выкидухой и, поднырнув под удар Зонца, погрузил нож по рукоять в его податливый бок. Гип сдавленно свистнул на такой частоте, что у Лекса зарябило в глазах, и поймал нападавшего двумя ластами за голову. Тэнс заорал, пытаясь вывернуться, запахло паленым, и гип отбросил на пол бесчувственное тело с дымящимися волосами.

На мгновение возникла статичная картина: Зонц и Лекс образовали линию обороны поперек вагона, чуть позади в проходе между ними встала Дэйзи, отведя свой боевой снаряд назад для быстрого замаха. Трое тэнсов корчились на полу, четверо в нерешительности замерли попарно напротив гипа и человека. А восьмой тэнс, стоящий далеко позади своих товарищей, деловым и неторопливым жестом выдернул из-за пазухи короткоствольный револьвер, и, почти не целясь, выстрелил перед собой.

Реакция гипа оказалась лучше, и он сдвинулся в проход, загораживая собой застывшую Дэйзи. Пуля вошла ему в грудь, и мастер Зонц крутанулся на месте, пытаясь удержать равновесие. Словно испугавшись случившегося, тэнсы устремились к выходу.

— Зо, ты цел? — спросила странным клекочущим голосом Дэйзи, и, обернувшись, Лекс увидел маленькое растрепанное отверстие в ее дутой куртке ровно на уровне сердца.

Тыльной стороной руки Дэйзи недоуменно вытерла струйку крови, сбегающую из угла рта, и рухнула лицом вперед. Поезд начал тормозить перед следующей остановкой.

Гип потускневшими глазами посмотрел на упавшую девушку.

— Я слишком мягкий! — сказал он, словно пытаясь извиниться перед ней, перед Лексом, перед пулей, которую не смог остановить собой. — Центр, вызывает мастер Зонц…

Лекс выволок на платформу потерявшую сознание Дэйзи, а гип лунатично обошел место схватки, прихватив сумки обоих и бесхозную моньку, выкатившуюся в проход. Челн упал на платформу искрой с неба, и уже по посадочному виражу Лекс мог сказать, кто за штурвалом.

— Жива?

— Как ты успел так быстро? — выдохнул Лекс.

— Я лучший, — коротко ответил Пакс.

Кровь пропитала одежду Дейзи, и каждый ее хрипящий вздох сопровождался густым хлюпанием.

— Диагностику. Хаджат, — сказал мастер Зонц.

Сухие слова прогнали шок, и происходящее мгновенно улеглось в стандартную схему. Пакс молча смотрел, как пучок игл погружается в перемазанное кровью горло Дэйзи. В руках Зонца заискрился баллон, и голубое марево хаджата хлынуло в тело девушки.

— Домой, — тихо сказал гип.

Полет прошел в тишине. Пакс, разговаривая сам с собой, нервно поводил головой, Зонц отвернулся к окну. Лекс машинально тер сбитые костяшки и беззвучно звал. Кара, детка, слышишь? Мы же знаем с тобой лучше всех, что люди просто так не умирают, ты же помнишь это, Кара? Никакая дурацкая пуля не может сломать нас насовсем, пока есть Центр. Девочка моя, спи, спи, спи, пока мы не соберем тебя по частям, не склеим твое сердце, не соединим ткани, и будет лучше, чем было, мы же теперь можем все!..

Лекс почувствовал, что его начинает трясти, и засадил себе кулаком в подбородок. Челн начал клониться к залитой светом посадочной крыше Центра починки.

Лекс сплел пальцы и сжал их с такой силой, что выступили слёзы. И вроде бы уговорил себя, что все волнения уже позади. Кстати, совершенно напрасно, потому что основное потрясение ждало его дома, когда он открыл свой саквояж и на самом дне обнаружил тусклый металлический цилиндр, чуть потолще обычного баллончика с лаком для волос или пеной для бритья. Хаджат.

Ах, Дэйзи, Дейзи… Теперь понятны все твои странные взгляды. Зачем, ради всего святого, тебе понадобилась эта хрень? Кому ты ее собиралась передать? Почему положила именно в мою, а не свою сумку? Какие новые сюрпризы ты мне готовишь?

Лекс метнулся в спальню, вытряхнул из стопки летних рубах конвертик «на черный день», захватил две смены белья, зимние ботинки, серебристый чайный пакетик, где хранились документы. Остальное, в принципе, и так жило в саквояже.

Выглянул из-за шторы, оглядел двор. Пусто, как всегда в это время. Собаки с соседней стройки копошатся у мусорных баков. Лужи блестят первым ледком. С неба сыпется — снег, не снег — так, демо-версия предстоящих метелей.

Время сказочных случайностей и невероятных совпадений прошло, мастер Лекс. Если у тебя на кухонном столе лежит самый желанный для любой разведки мира предмет, золотой ключик к неимоверно сложной технологии, семечко райского яблока, то это не просто так. Если твою дверь еще не снесли с петель, то сделают это в самое ближайшее время.

И гипы не простят. Это предательство всего того, что делалось последние годы. Глупая, зачем?! Даже злясь на Дэйзи, Лекс все равно думал о ней, как о маленькой девочке, взбалмошной и доверчивой. Как ее угораздило?! Выздоровеет — прибью!

Зонц пообещал, что Дэйзи положат на стенд уже сегодня и починят за неделю. До этого времени вся команда в отпуске, и значит…

Лекс запер дверь, оставив в квартире свет, и, перепрыгивая через две ступеньки, устремился вниз.

…и значит, ее начнут допрашивать не раньше, чем через пять дней. Если до этого времени вернуть хаджат, попробовать все замять…

К ночи изрядно подморозило. Без перчаток ушел, россомаха… Вернуться? Лекс пересек двор в направлении доисторической ярко-красной телефонной будки. Выудив из кармана смятый прямоугольничек самодельной, на принтере распечатанной визитки, набрал номер. Гудок… два…