протереть пыль на всех статуях и отдраить пол в туалете.
Чтобы не мешать посетителям, Аня смогла приступить к «исправительным работам» только после закрытия музея.
Так, с вёдрами и тряпками, в замызганном халате, она, словно Золушка, провела ночь в музее.
Натирая «до блеска» звёзд шоу-бизнеса, Аня делилась с ними своими переживаниями и мечтами о «Бледном» принце. Она уверяла их, что из-за «Матрёшки», вместо того, чтобы сейчас кружиться в объятиях этого «принца» на свадебном балу в шикарном пышном белом платье под марш Мендельсона, она вынуждена в гробовой тишине натирать во всех местах их великие тела.
Во время своих романтических мечтаний Ане казалось, что экспонаты внимательно и терпеливо слушают её, выказывая всем своим видом сочувствие и понимание.
После полуночи она стала развивать мысль о том, что было бы неплохо с почестями похоронить Ленина, а в Мавзолее установить восковую фигуру живого Ильича. Причём, не «лежачую» фигуру, а «стоячую». Чтобы он, действительно, выглядел «живее всех живых», а не «мертвее всех мертвЫх». И вообще, переделать Мавзолей — в «МУЗЕЙ РЕВОЛЮЦИИ» и установить в нём ещё и восковые фигуры Дзержинского, Свердлова, Сталина. Ведь тогда к «Ленину» могли бы приезжать «ходоки» со всей страны и, как в былые времена, беседовать с ним «по душам», как это делает сейчас она с голливудскими звёздами. А обиженные и обездоленные люди могли бы приходить к «Сталину» с «Дзержинским» и жаловаться им на окружающий их повсеместный бардак и беспредел. Анне вдруг стало мерещиться, что экспонаты музея не только её внимательно слушают, но и натужно пытаются уже ей что-то сказать.
А под утро, когда она начала стыдить восковые фигуры и спрашивать их: «Как им не стыдно стоять «под одной крышей» в одном музее с развратной разлучницей «Матрёшкой»?», до Аниных ушей уже стали долетать отчётливые звёздные советы: прыгнуть в «карету» и побыстрее мчать отсюда навстречу своему «принцу», пока от её нытья их головы не превратились в восковые «тыквы».
В итоге, пришедшие утром на работу сотрудники музея с ужасом обнаружили торчащую между ног восковой «Матрёшки» метлу, на голове — пустое ведро и подпись на информационной табличке: «БАБА-ЯГА».
Чтобы вернуть экспонат в прежний надлежащий вид, музей пришлось закрыть от посетителей на один день. А охрану музея, совместно с полицейскими детективами, бросить на поиски сбежавшей в неизвестном направлении «Золушки», по свежим мокрым следам, оставленных на полу её «туфельками».
Глава 8
Первый раз в жизни «Антигриппин» вышел из здания суда свободным человеком. Причём в этот первый и единственный раз его освободили не из-под стражи, а из-под жены, сняв с него супружеские «оковы» прямо в зале суда.
Сделав для себя удивительное открытие в том, что суд может быть и справедливым, новоявленный холостяк, решил этот судьбоносный день считать праздничным днём, и каждый год бурно его отмечать.
Придумав этому празднику звучное название «ДЕНЬ СУПРУЖЕСКОЙ НЕЗАВИСИМОСТИ», он арендовал на всю ночь ресторан и, пригласив на праздник авторитетных «коллег», друзей, и прочую криминальную шушеру, закатил ПИР НА ВЕСЬ МИР.
Но, прежде чем пуститься в беспробудное пьянство и в безудержное веселье, «Антигриппину» хотелось какой-то неофициальной процедуры, наподобие ВЕНЧАНИЯ (которое проходит в церкви), или БРАКОСОЧЕТАНИЯ (какое проводят в ЗАГСе, где в знак объединения сердец и создания брачного союза надевают друг другу кольца).
Поскольку слово «развод» ассоциировалось у него с какой-то подставой, он придумал своему «развенчальному» мероприятию другое наименование — «ПЕРЕПЛАВКА БРАКОВАННЫХ КОЛЕЦ» («бракованных» — имеется в виду брачных, но несчастливых обручальных колец). Эту праздничную церемонию должен был проводить очень уважаемый «золотой» человек, относящийся к благородному металлу как к святыне. И как считал «Антигриппин», на роль «СВЯТОГО золотого ОТЦА» идеально подходил «Властелин золотых колец и цепочек», а также кулонов, браслетов и серёжек Всея Руси — КАРЛ ЛЬВОВИЧ ЦАЦКИН, известный в криминальных кругах как «ГОЛДМЕН» (золотой мужчина, золотой человек).
Карл Львович не имел никакого отношения к ФОРТ-НОКСУ и другим золотым запасникам Земли. Он был королём «рассыпухи». Королём потерянных, краденных и добровольно-сдаваемых изделий из золота, попадаемых в его «паутину» как через уличных «паучков», так и через официальные «сети» натянутые по всей стране и именуемые «Ломбардами». И если бы в криминальном мире проходили международные соревнования «профессионального мастерства», то в своей «профессии», он обязательно бы завоевал титул «МАСТЕР ЗОЛОТЫЕ РУКИ» и вырвал бы ЗОЛОТУЮ МЕДАЛЬ у любого, лишь только потому, что эта медаль была бы сделана из чистого золота.
Манеру говорить, походку, причёску, этот пожилой, худосочный «Златоман», пытался перенять у своего любимого актёра Гэри Олдмена и скорее всего не потому, что Карлу Львовичу нравились герои, которых играл Гэри Олдмен, а потому, что сокращённое до инициала актёрское имя ГЭРИ с фамилией ОЛДМЕН образовывали его прозвище «Г.ОЛДМЕН». А вот его любимым фильмом, несмотря на то, что в нём не снимался его любимый актёр, был «GOLDMEMBER», кинематографическая история о бандите с золотым членом, которому противостоял Остин Пауэрс. В общем, всю жизнь его интересовало одно только золото и всё, что было связано с ним.
Свою криминальную карьеру юный Карл начал в студенческие годы, подрабатывая в выходные дни на рынке «напёрсточником». За его революционные идеи ПОРОВНУ делить прибыль, «коллеги» прозвали его «МАРКСОМ», а его напарника, чтобы не путаться, «ЭНГЕЛЬСОМ».
Если кто не знает или не помнит суть этой народной забавы под названием «НАПЁРСТКИ», объясню на примере этого «дуэта», как сиюминутно зарабатывали нечестные деньги алчные студенты, не желающие долго учиться для того, чтобы в будущем зарабатывать честно, медленно и мало. Так вот…
Молодой человек по имени Карл и по прозвищу «МАРКС», располагался в людном месте, усаживался на корточки и, расставив на небольшой плоской картонке три самых обыкновенных металлических напёрстка, начинал громко и зазывно орать:
— Кручу, верчу, запутать хочу! Острое зрение — денежная премия! Кто мой шарик здесь найдёт — тот богатеньким уйдёт! — без устали вопил «МАРКС», ловко перекатывая между трёх напёрстков маленький угольный шарик перед толпой зевак.
Большинство зрителей понимали, что в этой мини-рулетке есть какой-то фокус, благодаря которому, шарик вдруг оказывался не под очевидным напёрстком, а под совершенно другим и неохотно шли на игру. Но на вооружении мошенников, были запасные приёмчики для вовлечения граждан в игру. Например, среди «зрителей» стояли несколько сообщников «напёрсточника», которые действовали по отработанной схеме: во время игры, один из сообщников, в самый разгар игры отвлекал «напёрсточника», а другой (в этом дуэте это был как раз «ЭНГЕЛЬС») тем временем подглядывал под каким из трёх напёрстков шарик. Конечно,
