себя признанным, пусть и не так, как он мечтал.
Джаред, видя, что все его планы и разрешения пошли прахом, но вечеринка все равно удалась, пожимает плечами, снимает галстук и присоединяется к танцующим гномам, неуклюже пытаясь повторить их движения.
Кассандра стояла у края поляны, наблюдая за хаотичным танцем огней и теней. Магический фейерверк раскрашивал небо всеми цветами радуги, отражаясь в глазах танцующих гномов-байкеров и мирно пасущихся радужных овец. Она видела, как один из гномов, перебрав пива Бахуса, споткнулся и полетел прямиком в бассейн с шипучим лимонадом, который Дракончик создал из остатков шампанского. Инстинктивно она шагнула вперед, схватила гнома за кожаную куртку и вытащила его из липкой пучины.
– Ох, спасибо, эльфийка! – проревел гном, поправляя свою бороду, из которой стекали капли лимонада. – Чуть не утонул в этой газировке!
Кассандра кивнула, чувствуя, как уголки ее губ приподнимаются в легкой улыбке. Она сама не ожидала от себя такой реакции. Обычно она предпочла бы наблюдать за подобным зрелищем издалека, с саркастичным комментарием наготове. Но сейчас, глядя на этого благодарного, пусть и пьяного, гнома, она почувствовала что-то новое. Что-то… теплое.
Она огляделась. Вокруг царил полный хаос, но это был хаос радостный, живой, наполненный смехом и весельем. Радужные овцы, казалось, наслаждались всеобщим вниманием, мирно пощипывая траву под вспышками фейерверков. Даже Бахус Младший, Бог Пива, выглядел довольным, разливая свой божественный эль всем желающим.
Кассандра вспомнила, как совсем недавно этот же лес казался ей унылым и безжизненным. Как она мечтала вернуться в свою тихую хижину, подальше от этих безумных авантюристов и их нелепых приключений. Но сейчас, глядя на эту феерию, она поняла, что хаос, каким бы он ни был, может быть и объединяющим, и даже красивым.
Она нежно погладила радужную овцу, которая прижалась к ее ноге. Шерсть у нее была мягкой и теплой. Кассандра почувствовала себя частью этого безумного праздника, частью чего-то большего, чем она сама.
Финн стоял у стола, заваленного сладостями, и с гордостью наблюдал за тем, как гости расхватывают его взрывающиеся капкейки. Он всегда считал себя одиночкой, вором, который заботится только о себе. Но сейчас, видя, как его кулинарные шедевры приносят радость другим, он чувствовал себя по-настоящему счастливым.
Он вспомнил, как с жадностью прятал свой секретный запас лучших сладостей, боясь, что кто-то отнимет их у него. Как он мечтал в одиночестве насладиться каждым кусочком, каждым взрывом вкуса. Но сейчас, раздавая свои капкейки всем желающим, он понял, что радость от дарения намного больше, чем от потребления.
Вдруг он заметил маленькую девочку-эльфа, которая безуспешно пыталась дотянуться до одного из самых больших и сочных капкейков. Она подпрыгивала и тянула ручки, но капкейк стоял слишком высоко. Финн, не раздумывая, взял этот капкейк и протянул его девочке.
– Держи, малышка, – сказал он, улыбаясь. – Это тебе.
Девочка радостно схватила угощение, ее глаза засияли от восторга. Она откусила кусочек, и ее лицо расплылось в счастливой улыбке. Финн впервые в жизни испытал удовольствие не от поедания чего-то вкусного, а от того, что сделал кого-то счастливым.
Он понял, что делиться – это не так уж и плохо, особенно если это взрывающиеся капкейки.
Он начал ходить между танцующими гномами и эльфами, предлагая им свои сладости. Он видел, как их лица озаряются улыбками, как они благодарят его и хвалят его кулинарное мастерство. И в этот момент Финн почувствовал себя не вором-одиночкой, а частью команды, частью этого безумного, но прекрасного праздника.
Мелисса, обычно погруженная в свой телефон, отложила его в сторону и огляделась. Она увидела старого орка, который потерялся в толпе и отчаянно пытался найти своего внука. Обычно она бы проигнорировала его, сосредоточившись на своем прямом эфире и количестве лайков. Но сейчас, глядя на его растерянное лицо, она почувствовала укол сочувствия.
– Вам нужна помощь? – спросила она, подходя к орку. – Вы кого-то ищете?
Орк кивнул, и его глаза наполнились тревогой.
– Я потерял своего внука, – прохрипел он. – Мы только приехали, и он куда-то убежал.
Мелисса, отложив телефон, начала помогать ему. Она использовала свои навыки организации и коммуникации, чтобы опросить гостей и скоординировать поиски. Она кричала в микрофон, прося всех обратить внимание на потерявшегося мальчика.
Вскоре она нашла внука орка, маленького эльфа с большими зелеными глазами, который стоял в стороне и плакал. Мелисса подвела его к дедушке, и орк, благодарно обняв ее, сказал:
– Спасибо тебе, девочка. Ты настоящая героиня.
Мелисса впервые почувствовала, что ее навыки могут приносить реальную пользу, а не только виртуальную популярность. Она поняла, что лайки и репосты – это, конечно, приятно, но ничто не сравнится с искренней благодарностью человека, которому ты помог.
Она посмотрела на свой телефон, который лежал на столе и мигал уведомлениями. Обычно она бы сразу схватила его и начала проверять, сколько лайков и комментариев она получила. Но сейчас она просто улыбнулась и отвернулась.
Сегодня она была настоящей героиней, и это было гораздо важнее, чем все лайки мира.
Брогар стоял на сцене, освещенный ярким светом прожекторов, и смущенно улыбался. Толпа гномов-байкеров, напившись эля Бахуса, скандировала его имя и просила его прочитать еще стихи.
Он всегда мечтал о признании, о том, чтобы его стихи трогали сердца людей, чтобы их обсуждали и цитировали. Но вместо этого он получал только насмешки и презрение. Его стихи считали слишком пафосными, слишком нелепыми, слишком… плохими.
И вот сейчас, стоя перед этой пьяной толпой, он почувствовал себя признанным. Пусть и не так, как он мечтал, но все равно признанным.
Он откашлялся и начал декламировать свою самую пафосную и нелепую поэму, посвященную "величию хаоса и красоте абсурда". Он читал с чувством, с выражением, вкладывая в каждое слово всю свою душу.
Гномы ликовали, аплодировали и бросали в него зефир и конфетти. Они скандировали его имя и просили его читать еще и еще.
Брогар чувствовал себя счастливым. Он понимал, что его стихи, возможно, никогда не станут классикой, что их, скорее всего, забудут уже завтра. Но сегодня, в эту безумную ночь, они принесли радость этим пьяным гномам, и это было все, что имело значение.
Он закончил свою поэму и поклонился. Толпа взорвалась аплодисментами. Брогар улыбнулся и поблагодарил своих слушателей.
Он понял, что иногда не нужно стремиться к великому, чтобы быть счастливым. Иногда достаточно просто быть собой, пусть и нелепым, пусть и пафосным, но искренним.
Джаред стоял в стороне, наблюдая за всеобщим безумием. Он всегда был человеком порядка,
