— Уверен, он был счастлив, несмотря на то что его жизнь была такой короткой. Ведь о нем заботилась ты… Ты спрашивала, любил ли я кого-либо в детстве. Думаю, если бы мне повстречался кто-то, кто с такой же самоотдачей посвящает себя детям, я был бы намного счастливее. — Он помолчал, но Грейс чувствовала, что это спокойное молчание. Потом он посмотрел на нее и сказал: — Ты приехала сюда, чтобы отдохнуть от работы. Поедем на яхту, и, честное слово, тебе не придется об этом жалеть.
Грейс с самого начала было тяжело в чем-нибудь ему отказывать. А особенно сейчас, после того как он наконец немного ей доверился. Ей казалось, отказ будет выглядеть так, словно она его отвергает. Она не хотела, чтобы он так подумал — ведь она любит его всем сердцем…
Осознание этого заставило Грейс вздрогнуть. Неужели это правда?
Теперь ей еще больше захотелось немного побыть одной. Нужно обдумать все, что произошло, и решить, что ей делать дальше.
— Марко, пожалуйста, пойми. Мне правда надо побыть одной.
— Мне не хочется расставаться с тобой даже на час, а тем более на всю ночь. Но если ты правда этого хочешь, я не буду тебя удерживать.
— Я вернусь завтра утром. Ведь Мигель сможет за мной заехать?
— Конечно, сможет. И заодно захвати свои вещи. Мне почему-то кажется, что вряд ли ты еще вернешься на свою виллу до конца отпуска.
— Да, пожалуй, ты прав.
Грейс не спеша встала с кровати и, обернувшись покрывалом, принялась собирать с пола свою одежду. Она не хотела создать у Марко впечатления, что спешит уйти.
«До конца отпуска». Эти слова все еще звенели у нее в ушах. Ну а чего она еще ожидала? У них нет и не может быть никакого совместного будущего.
Грейс не могла даже представить себе, как Марко отреагирует, если она скажет, что любит его.
Она услышала, как он поднялся с кровати. Обернувшись, она увидела, что он надевает брюки. На его лице было непроницаемое выражение, и, казалось, он глубоко погружен в собственные мысли. Марко запустил пальцы в волосы, посмотрел на Грейс и вздохнул:
— Меня угнетает мысль, что ты весь вечер будешь думать о грустном, а меня не будет рядом, чтобы тебя утешить.
Его слова вызвали у Грейс прилив нежности.
— Я буду думать о том, что ты сказал, и это мне поможет, — произнесла она. — А ты что будешь делать? Поедешь на яхту?
— Наверное, нет. Думаю, что поужинаю с друзьями. Не так уж часто я сюда приезжаю.
— Звучит неплохо. Твои друзья наверняка по тебе соскучились.
Марко ничего не ответил. Он натянул рубашку через голову, не расстегивая, обулся и пошел к двери:
— Я попрошу Мигеля отвезти тебя домой. Он будет ждать во дворе. А утром он тебя заберет.
— Спасибо…
Грейс внезапно почувствовала себя неловко и одиноко. Марко вдруг начал вести себя так отстраненно и по-деловому… И даже не поцеловал ее на прощание. И Грейс оставалось только надеяться, что следующим утром все будет иначе.
Глава 11
Марко не вслушивался в разговоры людей за столом, они доносились до него словно бы издалека. Без Грейс любое занятие превращалось в тягостную повинность. Ее не было всего несколько часов, но они казались ему вечностью. Ему ничего не хотелось есть, и даже для того, чтобы принимать участие в разговоре, требовалось определенное усилие.
«Друзья»… Само слово звучало как издевательство. Он вгляделся в лица людей за столом — лица коллег, бывших и настоящих. Почему, интересно, все его так называемые друзья связаны с его работой? Он приехал сегодня сюда, а не на яхту исключительно потому, что не хотел оставаться наедине со своими мыслями. Да и вообще не хотел оставаться один. Однако общество этих псевдодрузей не очень-то помогало.
Марко задумался о том, что его стремление достичь успеха не позволило ему завести настоящих друзей. Он стремился общаться только с членами элиты, к которой так хотел присоединиться. Если у него и были другие возможности, он их попросту не заметил. Большую часть времени он проводил на работе, на бесконечных деловых встречах, а во всех остальных местах — в гольф-клубе, в казино или на какой-нибудь фешенебельной вечеринке — занимался тем, что обсуждал дела и заключал сделки с другими столь же увлеченными бизнесменами.
Кроме работы и удовольствий, из чего еще состояла его жизнь? Да, конечно, он финансово поддерживал несколько благотворительных фондов, но никогда особенно не интересовался их работой. В отличие от Грейс. А почему?
Ответ пришел удивительно быстро и легко. Всю свою жизнь он словно пребывал в заточении в башне, боясь, что если выйдет из нее, то не сможет нормально взаимодействовать с другими, обычными людьми. Людьми, которые не боятся рассказывать друг другу о своих мыслях и переживаниях. В глубине души он подозревал, что его эмоциональная закрытость лишает его множества настоящих радостей общения, но не хотел себе в этом признаваться.
Однако этот хладнокровный анализ самого себя тоже не помог, — несмотря на то что Марко полагал, что полезно всегда отдавать себе отчет в том, что происходит. Он пришел к выводу, что единственное, что могло бы улучшить его настроение, — это встреча с Грейс. Но это невозможно.
Почему он так легко позволил ей уйти? Надо было уговорить ее остаться. И он даже не поцеловал ее на прощание!
Перед его внутренним взором возникла Грейс, стоящая в его спальне, обернувшись шелковым покрывалом. Этот образ вызвал в нем прилив такого сильного желания, что он на секунду закрыл глаза.
А если она больше не вернется? Решит, что он слишком закрытый и слишком далек от реального мира, чтобы поддерживать с ним отношения?
В задумчивости потянувшись за бокалом вина, Марко его опрокинул, и на белоснежной скатерти расплылось кроваво-красное пятно. Женщины справа и слева от него моментально вскочили, беспокоясь, как бы не запачкать свои дорогие платья, но вежливо приняли его извинения. Марко собрал остатки вина со стола салфеткой, не обращая внимания на то, что вымок рукав его костюма от Армани. Через секунду подоспел официант и принялся уничтожать следы инцидента. В этот момент Марко решил, что ему незачем здесь оставаться.
Извинившись, он положил на стол деньги за свой ужин, пожелал всем доброй ночи, вышел из ресторана и по освещенной лампами дорожке направился к машине.
— Мигель? — произнес Марко, выбравшись из машины.
— Да, сеньор?
— Не хочешь ли выпить?
Шофер коротко кивнул. Марко отправился в винный погреб и взял бутылку красного вина. Вернувшись, он бросил испачканный пиджак на скамейку и уселся в плетеное кресло, жестом предложив шоферу сделать то же самое. Наполнив бокалы, Марко передал один Мигелю и провозгласил тост:
