— Как тебе это пришло в голову? — взвилась Бетси. — Я его ненавижу.
— Стало быть, он тебе не безразличен, — заметила бабушка как-то обыденно, почти равнодушно.
— Неужели он может быть мне безразличен, если так подло обошелся со мной? — возмутилась Бетси. — Да я его ненавижу. — Она гордо вскинула голову и заложила прядь за ухо. — Пусть он только когда-нибудь случайно мне попадется, я ему выдам. Я с ним так разделаюсь, что он позабудет, как его зовут. — Бетси вошла в такой раж, что одним шлепком прихлопнула москита, имевшего неосторожность присесть на ее голую руку.
Кот испуганно спрыгнул на землю и осуждающе посмотрел на нее. Бабушка с трудом сдерживалась, чтобы не рассмеяться.
— Любовь и ненависть часто ходят бок о бок, детка. Поверь старухе — ты его любишь. Конечно, мне трудно судить о его чувствах к тебе, я слишком мало знаю Пита. Но мне кажется, он тебе сразу позвонит, как только уладит свои неотложные дела. Увидишь, он будет долго перед тобой извиняться. Ну а потом вы решите, что делать дальше. — Она вздохнула, откинулась в кресле и отпила глоток чаю.
— Вот здесь ты сильно заблуждаешься, бабушка, — зловеще прошипела Бетси. То, что она избежала в обращении привычного «ба», было явным признаком раздражения. — Никаких извинений и примирений не будет. Я покончила с Питом. И больше мне сказать нечего. — Она порывисто встала и направилась в дом.
— А как с нашим сегодняшним выходом? — крикнула ей вслед ба.
Бетси медленно повернулась.
— Это очень мило с твоей стороны, но сегодня я бы хотела остаться дома. Может быть, завтра, — вяло прибавила она, увидев, что бабушка только грустно кивнула.
В своей комнате Бетси упала на кровать, уткнулась в подушки и зарыдала. Только этого ей не хватало. Теперь она обидела свою ба. И как это ее занесло?
В душе Бетси чувствовала, что бабушка права. Она все еще любит Пита. Но правда причиняла боль, и она не хотела ее слышать.
Бетси жалела себя — страшно одинокую и беспомощную. Она точно знала, что самое лучшее, что можно сейчас сделать, это пойти к ба и попросить прощение за свою несдержанность. Но ее словно парализовало. Она продолжала неподвижно лежать в постели, тупо уставившись в потолок.
Сколько времени она пробыла в такой позе, Бетси потом не могла вспомнить. Должно быть, несколько часов.
Вдруг на подъездную аллею свернул автомобиль. Она вскочила и помчалась к окну. «Пит, — лихорадочно подумала Бетси. — Он вернулся!»
Но это было всего лишь такси. Бетси увидела, как ба садится на заднее сиденье. Она переоделась и смотрелась очень элегантно в платье из розового шифона и модной шляпке, кокетливо сдвинутой на лоб.
Бетси растерянно проводила взглядом автомобиль. Но она же сама этого хотела, поэтому теперь осталась действительно одна.
Бетси лениво пошлепала в ванную, чтобы умыть заплаканное лицо. Одежду она небрежно бросила на маленькую банкетку. Холодная вода немного освежила ее. Мелькнула мысль, не наложить ли на лицо маску, но на такое усилие она оказалась не способна.
Она легла голая на постель и включила небольшой телевизор. Ей было абсолютно безразлично, что там показывают.
Шло бесконечное повторение популярного ток-шоу. Совершенно опустошенная и обессилевшая, Бетси была не в силах сменить канал. Под бормотание голосов, доносившееся из ящика, она крепко уснула.
Проснулась она где-то среди ночи. Было темно, только мерцание экрана призрачно освещало комнату. Бетси потребовалось какое-то время, чтобы припомнить события вчерашнего дня.
Она бросила взгляд на часы, стоявшие на прикрепленной к стене подставке у кровати. Было около трех.
Неожиданный приступ голода скрутил Бетси желудок, и она решила выпить молока, чтобы успокоить жестокие спазмы.
Накинув махровый халат, она потащилась на кухню. В доме стояла гулкая тишина. Ба, наверно, уже спала.
«Утром надо поговорить с ней и извиниться», — решила Бетси.
Налив стакан ледяного молока, она вернулась в свою комнату. По телевизору шел старый фильм с Бетт Девис и Эрролом Флинном, который она много лет назад видела в кинотеатре.
Бетси села на край кровати, закинула ногу на ногу и стала мелкими глотками пить молоко. На экране Эррол страстно обнимал свою возлюбленную Бетт и клялся ей в вечной любви.
Они, отчаянно жестикулируя, многословно прощались друг с другом, когда в дверь ворвались экранные злодеи, чтобы схватить бедного Эррола. Смелый прыжок в окно — и герой, как и следовало ожидать, оказывается в безопасности.
Романтическую историю плаща и шпаги прервала реклама корма для собак. Бетси выключила телевизор. Она уже забыла подробности фильма, но финал помнила хорошо — счастливая Бетт заключит своего Эррола в объятия.
— Как ты мог со мной так поступить, Пит? — тихо прошептала Бетси и, обливаясь слезами, погрузилась в беспокойный сон.
Утром она проснулась усталая и разбитая. Ей казалось, что она не спала ни минуты. А хуже всего было то, что в голове сразу завертелись мысли о Пите.
Что он теперь будет делать? Будет ли хотя бы вспоминать о ней? Тоскует ли он без нее? Жалеет ли, что так жестоко с ней обошелся?
Бетси бросилась в ванную и встала под ледяной душ. Она должна немедленно взять себя в руки.
Холодная вода подействовала как шок. У Бетси перехватило дыхание. Хорошенько растеревшись, она почувствовала себя значительно лучше.
«Вообще-то, можно было бы сегодня сходить в парикмахерскую», — подумала Бетси и, улыбнувшись своему отражению в зеркале, начала прикидывать различные фасоны причесок. Она то собирала волосы на затылке и приподнимала их, то зачесывала свои кудри набок. Наконец она пришла к выводу, что стоит разок попробовать короткую стрижку и наконец разрешить проблему с завитками, постоянно падающими на лоб.
Бетси заметила, что настроение у нее значительно улучшилось. Она достала из ящика, где хранилось белье, обтягивающие трусики, натянула тонкие брюки из голубого шелка и надела через голову хлопчатобумажный пуловер собственной вязки. По выходным она всегда одевалась просто и удобно, по возможности избегая даже бюстгальтера.
На кухне ба как раз пила вторую чашку чаю. Она одобряюще улыбнулась Бетси, которая после секундного замешательства подбежала к бабушке и обняла ее, потом прислонилась щекой к плечу ба и крепко прижала ее к себе.
— Извини, пожалуйста, за то, что я вчера так глупо себя вела. Я совсем потеряла голову и не знала, что делать.
— Пустяки, детка. Я тебя понимаю. Но ты меня скоро совсем придушишь, — засмеялась миссис Фонтено, высвободилась из тисков внучки и аккуратно поправила вишневого цвета полотняное платье, сбившееся в объятиях Бетси.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
