со своим идиотским поведением. Это все эти сплетни про моего отца. И вот сегодня вечером мы сидели в ресторане, и эта чёртова миссис Комптон снова разевала рот.
Она снова развернулась и быстрым шагом пошла к воде. Её хвост покачивался из стороны в сторону, длинные стройные ноги двигались уверенно, а её идеальная задница… ну, скажем так, оторвать взгляд было невозможно.
В конце моей улицы была тропинка, ведущая сквозь деревья к воде. Она уверенно обходила ветки в темноте, словно хорошо знала это место. Видимо, по утрам бегала сюда.
— Что она сказала? Эта старая ведьма всегда была редкостной сволочью, как и её дочь.
Она снова резко остановилась, и я налетел на неё грудью, не ожидая такого резкого торможения. Сквозь высокие ели пробивался свет луны, освещая её красивое лицо.
— Она что-то ляпнула, и это меня взбесило. Потому что, знаешь, это именно то, что все обо мне думают.
— Говори, — сказал я, отводя ветку от лица и делая шаг ближе.
— Она сказала, что я оказалась лучше, чем кто-либо ожидал. Будто бы я должна была превратиться в полный кошмар, и это прям приятный сюрприз, что я чего-то добилась, — по её щеке скатилась слеза, и я стёр её подушечкой большого пальца.
— Да пошла она. Что сказал Клайн?
— Он согласился с ней! — воскликнула она. Развернувшись, она быстрым шагом направилась к небольшому пляжу у воды. Прилив набирал силу, волны мягко накатывали на берег. — Как будто он прекрасно знал, в каком дерьме прошло моё детство, и с радостью запрыгнул в этот поезд.
Я последовал за ней по тропинке, стараясь говорить спокойно.
— Эй.
Она резко остановилась и обернулась.
— Что?
— Да, они сказали это как сомнительный комплимент, но, по сути, они правы, Снежка.
Она упёрла руки в бока, её рот приоткрылся от удивления.
— Так ты тоже ожидал, что я окажусь никем?
Я усмехнулся.
— Нет. Не перекручивай мои слова. Сейчас ты ведёшь себя немного драматично, да?
— Драматично? Да как?! Ты вообще понимаешь, каково это — знать, что все ждали твоего провала? Как утомительно постоянно доказывать, что ты чего-то стоишь? А потом, когда наконец доказываешь, все твердят, как это неожиданно?
— Перестань накручивать себя. Это не имеет ничего общего с твоим детством. Всё, чего ты добилась, это, блин, круто. Ты — национальная чемпионка, Лайла. Лучшая среди всех студенток колледжей по бегу на длинные дистанции в мире. Это охренеть как впечатляет. И мне плевать, был ли твой отец пьян или трезв, было ли у тебя хреновое детство или идеальное. Ты сделала то, о чём большинство даже мечтать не может. К тому же, ты учишься на одни пятёрки в одном из самых конкурентных университетов страны. Так что прими это. Тебе больше нечего доказывать. Просто подними голову, посмотри им в глаза и скажи: «Чёртовски верно, ублюдки».
Её глаза расширились, и она пожала плечами.
— Никогда не думала об этом так.
— Всегда будут люди, которые не рады твоему успеху. Но только ты решаешь, как на это реагировать.
— Справедливо. Но Клайн подхватил эту тему так быстро, будто знает всю мою историю. Никто не знает всей правды, кроме тебя, Трэва и, может быть, Бракса. Остальные слышали только слухи. Они не знают, каким хорошим человеком был мой отец и через что ему пришлось пройти.
— Да и не их это грёбаное дело. И я же говорил тебе, что Клайн тебе не подходит. Так что если ты его пошлёшь, я только за, — ухмыльнулся я.
— Я в этом не сомневалась, Медведь. Ладно, мне пора скинуть одежду и шагнуть в море. Хоть что-то из списка сегодня сделаю.
Я усмехнулся.
— Почему для тебя это так важно?
— Потому что я просто хочу почувствовать себя нормальной хоть раз в жизни. Я столько времени пыталась доказать, что у меня всё под контролем, что перестала жить. Долгое время мною управлял страх. Я впервые напилась только недавно, у меня ещё не было секса, я никогда не принимала душ с мужчиной. Я была так сосредоточена на достижениях, что упускала жизнь. У меня не было много весёлых моментов, — пожала она плечами. — Так что я это меняю.
— Это уж точно, — ухмыльнулся я.
— Так что, ты просто будешь смотреть или составишь мне компанию? — спросила она, расстёгивая свои джинсовые шорты и стягивая их вниз, приоткрывая кружево белых трусиков.
Господи Иисусе.
Я тяжело вздохнул и отвернулся, чтобы стоять к ней спиной.
— Ты в курсе, что твой брат оторвёт мне яйца и вычеркнет меня из жизни за то, что я купался голышом с тобой?
Она разразилась смехом.
— Да ладно, Медведь. Ты ведь сам только что сказал мне не обращать внимания на чужое мнение. Почему бы тебе просто не посмотреть ему в глаза и не сказать: «Чёртовски верно, ублюдок»? — она захихикала, повторяя мои же слова. — И вообще, я уже видела голых мужчин. Просто не спала ни с одним. Не будь таким трусом.
— Я не трус. Я просто пытаюсь быть уважительным, чёрт возьми.
Я видел больше обнажённых женщин, чем среднестатистический мужчина. Но это была Лайла.
— Ну так прекрати. Мы друзья. Давай, я зайду в воду первой, чтобы тебе не пришлось видеть меня, если это тебя так пугает, — сказала она, давясь от смеха.
Я услышал, как листья зашуршали под её ногами, и понял, что она идёт к воде. Поэтому повернулся.
Чтобы убедиться, что с ней всё в порядке, конечно же.
Лунный свет осветил её спину. Чёрт, меня определённо испытывали на прочность, потому что у этой женщины было одно из самых красивых тел, что я когда-либо видел.
Миниатюрное.
Стройное.
Женственное.
Она вошла в воду и вскрикнула:
— Она такая холодная! Напомни мне, почему купаться голышом лучше, чем в купальнике? Потому что мои девичьи прелести, похоже, наиболее чувствительны к этой температуре.
Она правда только что это сказала?
Я стянул с себя футболку и положил её на землю рядом с её одеждой. Сверху лежали её лифчик и трусики, и я чертовски старался не думать о том, что она всего в паре шагов от меня абсолютно голая. Но, очевидно, у моего тела были свои планы, потому что член начал пульсировать в ожидании, упираясь в молнию джинсов. Я скинул ботинки, затем стянул штаны и боксеры. Я нырял голым в воду бесчисленное количество раз. Но делать это вместе с младшей сестрой Трэвиса явно означало пересечь черту.
Из воды раздался её свист, а потом она ещё больше подзадорила меня:
— Вообще-то, это потрясающе!
