— Да, Боже мой. В любом случае, я уже потерял нить пьесы, поэтому могу вернуться в любое время. Ладно, забирай свою шаль и пошли.
Гордон шепнул пару слов на ухо Эдисону, и они с Кетти вышли из театра. Когда брат и сестра добрались до Кинг Чарльз-стрит, Гордон сказал:
— Если хочешь узнать, что случилось, жди меня в кабинете. Мы можем там поговорить, никого не беспокоя.
— Да, мне хотелось бы узнать, что случилось. После всего, что она узнала, уснуть было невозможно, а кабинет подходил для ожидания лучше, чем любое другое место.
Леди Лайман уже спала, когда Кетти добралась до дома. Кетти с облегчением была избавлена от необходимости улыбаться и притворяться, что у нее был замечательный вечер. Она прошла в кабинет и разожгла камин, который был приготовлен на утро, затем налила бокал шерри и потягивала его, глядя на огонь. Пляшущее пламя не согревало ее. Она чувствовала холод и пустоту внутри. Костейн оказался предателем, и ее долг — сообщить об этом. У нее не было никаких мыслей по поводу того, когда вернется Гордон, но примерно через час она свернулась в кресле и попыталась устроиться поудобней.
Она провалилась в приятную дрему, когда в дверь кабинета постучали. Гордон решил вернуться таким путем. Кетти поднялась и поспешила впустить его. Когда она открыла дверь, лорд Костейн без приглашения шагнул в дом.
— Мисс Лайман, я знаю, что уже поздно, но нельзя ли мне занять немного вашего времени.
Глава 10
Кетти вытаращила глаза, не в силах вымолвить ни слова. Она была не столько испугана, сколько ошеломлена его внезапным появлением. Костейн смотрел на ее дрожащие губы и широко раскрытые от страха, нервно блестящие глаза.
— Что я за идиот! Я испугал вас до полусмерти. Извините, мисс Лайман. Это просто ваш драчливый старый Лев, — сказал он, улыбаясь, чтобы смягчить ее страх, а затем протянул руки в перчатках и взял ее за запястья, чтобы успокоить.
— Вы себя здесь заморозите. Давайте закроем дверь, — сказал он и, обняв ее за плечи, провел в кабинет.
Кетти вырвалась из его рук.
— Что вы здесь делаете? — требовательно спросила она прерывающимся от волнения голосом.
— Не смотрите на меня так грозно. Я пришел не за тем, чтобы красть ваши книги, — ответил он оскорбленно. — Когда я увидел, что у вас горит свет, я подумал, что, возможно, вы ждете меня. Я заметил, как вы наблюдали за мной в театре, — на его благородном лице мелькнула улыбка, а сам он тем временем снимал плащ и складывал его в стороне, уверенный в том, что его прихода ждали. — Ах, как хорошо!
— Я так и знала, что в той ложе были вы, — сказала Кетти.
Она села на диван, и Костейн присоединился к ней. Она не знала, как себя вести, но вскоре решила держаться как можно естественней. Он думает, что улыбки и игривых слов достаточно, чтобы надуть ее. Пусть себе думает! Его заблуждение может сослужить ей хорошую службу.
— Я был там с мистером и миссис Леонард, — сказал он. — Вы могли узнать Елену Прекрасную. А старик — это Харольд. Она кивнула:
— Я так и подумала. А кто была та пожилая леди?
Костейн протянул свои длинные ноги к камину и удовлетворенно вздохнул:
— Соседка и родственница, миссис Ньюарт. Вам, наверное, будет интересно узнать, как я оказался с Еленой?
— Я удивилась, почему вы были с Леонардами, — сказала она, не усиливая множественное число, но произнося его умышленно.
Он приподнял бровь и тут же отпарировал:
— Намек понял. Харольд тоже там был, хотя я про него как-то совсем забыл.
— Я заметила, что в антракте вы забыли его в ложе.
— Ох, это было умышленно. Я не настолько забывчивый. Но мы начали с середины. Позвольте мне начать с начала. Я решил продолжить слежку за Гордона и присмотреть за миссис Леонард сегодня вечером, — объяснил Костейн. — Вот почему я не навестил вас. Я проследовал за Леонардами до «Роял Кобурга» и вошел туда за ними, надеясь присоединиться к их компании. Ложи были распроданы, и когда мистер Леонард увидел, что я повернул обратно, он предложил мне запасное кресло в их ложе. Естественно, я ухватился за эту возможность.
— Естественно.
— Козни дьявола, вы же видите, — сказал он скромно, но явно забавляясь ситуацией. — В антракте миссис Леонард сказала, что плохо себя чувствует:
— Его брови поднялись, как будто он приглашал Кетти разделить его сомнения. — И я, как истинный джентльмен, предложил ей выйти подышать воздухом.
— А что, мистер Леонард неистинный джентльмен, если не мог понять состояние своей жены?
— Конечно, он джентльмен, но джентльмен определенного возраста и определенного самочувствия. Не только дамы бывают отягощены лишними годами. Он предложил проводить ее, но его жена выказала огромную заботу о его здоровье. Итак, чтобы побыстрее добраться до сливок, я отвел миссис Леонард вниз, во дворик, и приоткрыл дверь, чтобы дать ей возможность подышать, но в то же время стараясь, чтобы бедная леди и бедный я не замерзли.
— Странно, что она не захватила шаль.
— Вы пользовались биноклем для лучшего эффекта! Или Гордон сказал вам? Если он всегда следит за миссис Леонард так неуклюже, как сегодня вечером, я боюсь, что для нее может перестать быть секретом, что она обзавелась тенью. Я скажу, чтобы Гордон перестал наблюдать за ней.
Кетти не ответила на вопрос.
— Вы узнали что-нибудь интересное? — спросила она.
— Миссис Леонард безвредна, — ответил Костейн, грациозно взмахнув руками и как бы отказываясь от этой идеи.
— А ее длительные визиты в заведение мадам Дютро тоже безвредны? Должно быть, у нее большая любовь к шляпкам.
— Разве это не свойственно каждой леди? Она действительно обожает шляпки и еще обладает талантом придумывать новые фасоны. Она работает у мадемуазель Дютро, чтобы получить немного денег и добавлять недостающее к заработку Леонарда.
Что-то в его манере раздражало Кетти. Возможно, это была улыбка восхищения, когда он говорил о миссис Леонард.
— Как вы все это узнали за столь короткое время, милорд.
— Я умею задавать нужные вопросы и получать исчерпывающие ответы. — Он засмеялся. — Не только дамы достигают совершенства в сплетнях. Мы тоже болтаем о том, о сем. У миссис Леонард жизнь сложилась непросто. Она уже была один раз замужем. Мистер Фотерингтон скончался, оставив ее без всяких средств. Она работала галантерейщицей, когда встретила мистера Леонарда на скромном дружеском вечере. Он был вдовец, она — вдова, оба одинокие и оба в стесненных обстоятельствах. Сейчас кажется, что так и должно было случиться. Я думаю, что это брак по расчету, но с настоящей любовью с его стороны, и тем, что наши старики называют уважением, с ее стороны.
