Живот втяни! Рот закрой!
Обиженный основной захлопнул варежку, так и не успев мне ничего возразить. Ничего себе я лютую, но мне же не привыкать? Это же не школьники, это взрослые люди! Я покачала головой и выдохнула.
— На первый-второй рассчитайсь!..
М-да… тридцать три человека. Поваров, медперсонал и других специалистов и не очень специалистов, с которыми я еще не была знакома, в расчет не берем. Плюс дневальные, дежурные, естественно, караульных здесь нет и тех, кто кукует в госпитале… Ну, в итоге где-то пятьдесят? Тридцать с хвостиком запасников и не больше двадцати основного отряда. Негусто, так скажем, но лучше, чем ничего. Хотя чего это я? Совсем с ума сошла? Что бы я делала с сотней человек?.. Тут этих уму-разуму научить бы.
— Кхм. Для тех, кто меня еще не знает: я лейтенант Аннет Гонзо, и я научу вас родину любить! — Нет, не то у меня вырвалось. Вспомнить бы, как эта родина называется, а то подумают, что я и вправду с катушек слетела. Но говорить надо было продолжать, пока внимание ко мне приковано. Зубы им заговаривать. — Мы будем заниматься строевой и физической подготовкой, потому что у кого с первым, у кого со вторым… у нас с вами… беда. — Я обвела всех тяжелым взглядом. Непедагогично, но мне тоже так-то не очень легко. — Что я вижу? Никакой дисциплины. Никакой боевой формы. — Я нашла в ряду паренька, который вчера за мной прибегал дважды. — Пробежали пятьдесят метров — дыхалка потеряна! А если боевые действия?
— Но мы же…
— Команды открывать рот не было! — нелогично рыкнула я. Ой, я иду по неверному пути ротных из анекдотов… но с другой стороны. Может, иначе никак? — Вот ты, — я подошла к первому попавшемуся запаснику. — Почему ты пошел в армию?
В принципе понятно, зачем пошел основной отряд, тут хотя бы тренировки видны и опыт, хотя и полное отсутствие дисциплины, а запасники?.. Я узнала паренька, который вчера в душевой лопал булки. Ну, маг, допустим, развить талант может, а дальше?
— В армии хорошо, — расплылся он в довольной улыбке. — Можно спать аж до шести утра! И отдыхать можно!
У меня отпала челюсть, как-то не совсем такого ответа я ожидала, а паренек продолжал:
— Дома-то мы с рассветом встаем! Деревенская жизнь, лейтенант, она та…
— Понятно, — скупо обронила я. — Можешь не продолжать. Итак. Весь личный состав, не занятый на рабо… — Тьфу, да откуда эти инструкции я вообще вспомнила? И пристало же! — Свободный от выполнения боевой задачи, жду через полчаса на этом плацу.
Я развернулась и как могла чеканным шагом отправилась обратно на кухню. Пыль, у меня дома, то есть в казарме, что по существу без разницы, голодная Пыль. Пусть я и дала указание убрать все, что кошка из себя произвела, и накормить, вряд ли мясо кто-то из дневальных нашел.
Навстречу мне неслись Аттика и Ким. Повар меня словно и не заметил, а вот Аттика пробежала вперед метров двадцать, развернулась и кинулась ко мне.
— Лейтенант! Там обоз прибыл!
— А что, мое присутствие обязательно? — озадачилась я, а сама задумалась, может, кто-то из дежурных мухлюет или даже водитель торговой телеги. А что, чем не достойная добыча — нормальный армейский вариант… Как говорил один родитель, «даже если дальнобой у тебя получает как директор Газпрома, ты должен ему позволить стащить хоть пятьдесят литров соляры, иначе он будет считать, что его обокрали»… Это он, конечно, по поводу родительских чатов сказал, но здесь иначе должно быть? Вряд ли.
— Нет, лейтенант! Но бывает, хотя и редко, ну, знаете там, телега сломается или бронезавр откажется идти, это же не крылокони, они упрямые!
— Они жуть какие упрямые, — со знанием дела кивнула я, отмечая, что это, наверное, и есть причина, почему бронезавров в армии нет. Наверное, это как локальные ослы. А вообще тут много ослов, злорадно подумала я, вспомнив про маршала.
— Так что вы, лейтенант, быстро своим авторитетом все наладите! — тарабанила Аттика, кажется, и правда у них возникали проблемы с доставкой.
— Пошли.
Я упругим шагом направилась в указанном направлении и мысленно даже руки потерла. Принимать еду! Хорошо, что меня позвали, а то пришлось бы только в следующем месяце ловить этот обоз. Вроде бы основной паек только раз в месяц привозят?..
Зато я сейчас одним выстрелом убью сразу двух зайцев. Посмотрю, сколько привозят еды, как ее хранят, и выясню, не налажен ли у кого-то из гарнизонных натуральный обмен с деревенскими. Ким, конечно, был невозмутим, Аттика тоже, но — ой, бойцы, я вас уверяю, вы имеете дело с человеком, который шесть лет был классным руководителем, и родительский чатик меня боялся не потому, что я физрук и рука у меня тяжелая, а потому что у меня в голове ого-го мозги!
— А, опять размыло, — сказал вдруг Ким и остановился. Аттика тоже, и мне пришлось также встать и уставиться на нечто, смахивающее на раскопки: ямину, вокруг которой валялось всякое.
Аттика осторожно пригладила волосы, Ким вытянул шею и нервно потряс планшетом, который он держал в руках. Я все еще ничего не понимала и поэтому сделала пару шагов поближе к яме.
— Осторожно, лейтенант, — попросила Аттика. — Не упадите туда, это наша свалка отходов.
— Почему не прикопана? И барьера никакого нет? — рявкнула я.
— А надо? — спросил Ким.
— Угу, еще как надо, вдруг кто оступится и руки-ноги переломает? — Несмотря на предупреждение Аттики, я заглянула в ямину. Ну… да, прибросать слегка песком хотя бы и заборчик сообразить, чтобы не портило окружающий вид. Не то чтобы тут много всего, доски, вон скорлупа яичная, по идее все должно разложиться и…
— Где он? — растерянно и как-то даже испуганно пробормотал Ким, посматривая то в одну, то в другую сторону. — Куда он… делся?
— Кто? — я нахмурилась, Аттика тоже, так фирменно, как она это умела. Я от зависти от нее отвернулась. — Тут что, тоже дежурный стоит?
— Нет, — замотал головой Ким. — Но, может, поставить?.. Лейтенант, а осетр-то где?.. Мы же его сюда выбросили. Он же не мог уйти?..
Глава тринадцатая
А и правда. Где осетр? Если он, конечно, тут был, так-то я
