class="p1">— Что с двигателями?
— Первый полностью восстановили. Второй удалось перезапустить на половину мощности, но сейчас то какая разница?
— Не знаю. Тут сейчас ничего не ясно. Стоит заблокировать двери в двигательный отсек или это уже не имеет значение?
— Там ещё кто-то остался?
— Да, две бригады.
— Следуйте к точке эвакуации, а мы выведем остальных. Тут ещё две группы имперцев бродят, да и два десантных фрегата явно состыковались. О том, что они потеряли одну из своих групп, думаю уже знают.
— Пусть идут, имперцев ждёт сюрприз.
— Я рад, что не нас, Зеня. И ты себе даже не представляешь насколько. Пусть оборотни ими занимаются, а нам нужно воспользоваться временем и вовремя убраться отсюда. Ты этих видел? — кивнул в сторону ушедших оборотней. — Да как их вообще можно остановить. Ты заметил их возросшую регенерацию? Боюсь, что прямо сейчас на них и транквилизаторы не подействуют.
— Не видел! Оборотней, которые владеют магией здесь не было. Были самые обычные!
— Это ты к чему сейчас сказал?
— Нас эльдарцы принимают на своём крейсере и прикроют от имперцев. Не знаю, как капитан с ними договорился, но я лишних вопросов с их стороны не хочу. А их мозгоправы пытать умеют!
— Ну, тогда не стоит им говорить, что у нас в клетках есть ещё дикие эльдарские ящеры. Если лютый и их выпустит и возьмёт под контроль, то тут резко станет тесно.
Глава 9
Квалификация
По нейросети я видел условно дружеские цели. По всему выходило, что все предписанные к крейсеру члены экипажа и инженеры стремились его покинуть. Они не трогали «меня», то есть оборотней, я решил не трогать их. Пусть бегут, раз решили сдать корабль.
— Они покидают крейсер через спасательные капсулы, — обратила внимание Снежная на то, что я уже и так заметил.
— Это хорошо. Меньше копать придётся, — ответил я ей, не открывая глаз и продолжая отслеживать перемещение оборотней.
— «Спорим, она ничего не поняла? И вообще, это она так намекнуть тебе пытается, что нужно последовать их примеру».
Да мне без разницы, что она там понимает. У меня восемь оборотней, что мне мозг кипятят, лучше бы помогла, вместо издёвок.
— «А я что делаю⁈ Или ты не заметил, что как только они прокусывали им шею, то получали доступ к их ярким воспоминаниям. Вместе с ними и тебя затопил их ворох новой информации, и я успела её заблокировать. Так что кто тут молодец⁈».
— Да, да. Ты молодец.
— «Хвалишь меня, а Снежная думает, что её! Чего это она улыбается?»
А ты ревностно относишься к похвале?
В поле зрения ещё одна группа имперского десанта. Ещё одна пятёрка. Судя по их направлению, они прорывались к палубе управления, которая стремительно пустела. Капитан переводил всё ещё свой крейсер в энергосберегающий режим. Многие палубы переводились в режим консервации, во избежание пожаров и детонации боекомплекта от случайного воздействия.
Оборотни пробежали четыре вскрытые имперцами палубы. Надо отдать должное десанту — работают они быстро и слаженно. Три палубы они взломали и без боя прошли, в четвёртой им пришлось физически устранять противоабордажные системы, но и с этим справились. Оборотни проходили эту палубу, и я «видел», как все турели были раскурочены, система пожаротушения заливала пеной очаги возгорания.
— Мы не одни, — выдал один из них и поднял оружие.
В который раз я уже заметил, что у них «глаза» на затылке. Что в эти их скафы напичкано одному богу известно.
— «И имперским разработчикам».
Оборотням осталось сблизиться, тем самым лишить возможности имперцев вести огонь и использовать тяжёлое вооружение. Вот только столь тонкий контроль над оборотнями мне был не доступен. Я лишь обозначил цель, а они сами ринулись на неё, не считаясь с повреждениями. Им важнее нанести смертельный удар, а то, что они при этом получат повреждение дело второстепенное. Выдержат, а затем восстановятся. Вот и сейчас два оборотня получили тяжёлое ранение, но что произойдёт дальше я уже знал. Лучшее лекарство — это кровь врага. Она позволит залечить раны и восстановиться.
— «А ещё сила вожака».
Да, ещё и сила вожака хорошее лекарство, позволяющая оборотням использовать все свои возможности, ну и часть новых. Вон как легко они стали оперировать молнией, пусть и по очереди. Но главное, что могли и что сами между собой распределяли эту возможность.
Осталась третья группа, но она выполнила свою задачу, лишила крейсер защитного поля и отступила, чтобы обеспечить безопасную стыковку подкрепления.
А мне ждать больше некогда, пора перехватить управление крейсером. Он. МОЙ. Будем им обязательно, уже скоро. А сейчас без моего согласия отдельные системы проходят процедуру консервации, а воевать мне чем прикажите⁈ Мечом, которого нет?
— «Управлять крейсером и оборотней одновременно ты не сможешь».
Знаю. Оборотней тоже нужно отправить на… «консервацию». Я построил им маршрут и отправил в трюм к другим животным, что там находились. Самое безопасное и защищённое место. На счёт всех крейсеров не скажу, но пиратам защитить свой груз было важнее всего, так что грузовой трюм располагался в центральных палубах.
Мне требовалось время, чтобы восстановиться после контроля над оборотнями. Накатила слабость и организм потянуло в сон. Огонька ему не хватает, но это поправимо. Открыл глаза и оглянулся. Заметил изменения кругом. Пока я выпиливал десант, Снежная нашла нам защитную амуницию.
— В случае разгерметизации и падению давления, шлем сформируется автоматические, — посвятила она меня не много в работу комбинезона.
Хотя с такой функцией его смело можно отнести к скафандрам.
— Эльдарцы здесь и тебя ищут, — сообщил я-то, что она естественно знала. С кем ещё она по зову могла общаться. Пользоваться скафандром жизнь меня не учила, и Снежная помогала, сама она при этом уже облачилась самостоятельно. — Почему ты ещё здесь? Они ждут тебя.
— А ты?
— Это мой крейсер, — повторил в который раз. — Он мне нужен, чтобы вернуться домой.
— Координаты тебе мало что дадут. Примерный сектор теперь и мы сможем рассчитать. Навигаторы на эльдарском крейсере легко справятся с такой задачей. А при наличии информации с членов экипажа этого крейсера — тем более. Пойдём со мной.
— Чтобы «сломать» искин крейсера мне приходится создать с ним близость. Вложить в него частичку своей души. Я не могу его бросить, не могу просто взять и разорвать эти связи. Тоже самое и с оборотнями. Одна эта мысль вызывает внутренний протест. Считай, что они стали мне столь же близкими, как питомцы, что ты могла бы растить с самого детства. Они готовы умереть за меня, так же, как и я за них. Пока есть шанс я попытаюсь их спасти.
— Шансов нет.
— Я это проверю.
— Как? Их же четверо? А Беглец уже не боец. Был бы он полностью в
