мизогиния – распространенная вещь, – вздохнула Диди. – И мы все должны с ней бороться».
Си-Ди выглядела очень деловито, темп ее речи был быстрее, чем у большинства людей, да еще и говорила она очень отрывисто. Она подошла к столу, вытащила из портфеля ноутбук и какие-то документы, перекрывая своим голосом голос Расселла, который пытался нас друг другу представить.
– Это лишнее. Вы, полагаю, Дарси, – сказала она, коротко кивнув. – Как дела?
Ответа она ждать не стала, села во главе стола, вытащила телефон, набрала номер.
– Простите, что испортили вам вечер, Си-Ди, – извинился Расселл, и кончики ушей у него порозовели. – Надеюсь, у вас не было никаких важных дел.
Она отмахнулась.
– Дни рождения хороши тем, что случаются каждый год, – сказала она, и глаза у Расселла виновато округлились. Она положила телефон в центр автобусного стола, на букву «е» в «К звездам». – Сейчас подсоединится моя ассистентка, она будет вести записи.
Расселл нахмурился:
– Зачем?
– Чтобы мы одинаково понимали ситуацию, – невозмутимо пояснила Си-Ди. – И потом не возникло путаницы… Сара, ты на линии?
– Я здесь, – откликнулся голос, который я уже слышала в «Серебряном стандарте». Как у всех дела?
– Мне ужасно неудобно, – сказал Расселл, взглянув на часы. – Уже одиннадцатый час… простите, что испортил вам вечер.
– Не одиннадцатый, – уточнила Си-Ди, напяливая огромные очки. – У Сары, по ее времени, начало второго. Она из моих сотрудников в Нью-Йорке.
– Какой ужас, – пробормотал Расселл.
– Все нормально! – бодрым голосом откликнулась из трубки Сара. – Я себе кофе сварила. Все хорошо.
– Зай? – В телефоне раздался сонный и озадаченный мужской голос. – Ты это с кем там?
– Простите, – торопливо вставила Сара. – Это мой друг. Он… сейчас уйдет.
Си-Ди посмотрела на телефон и закатила глаза:
– Сара, перейди в другую комнату.
– Сейчас! – ответила Сара запальчиво. – В другую комнату! Она у нас точно есть. Сию минуту.
– Так, – продолжила Си-Ди, доставая из кучи бумаг рабочий блокнот и переводя взгляд с меня на Расселла. У нее был еще и ноутбук, но меня страшно впечатлило, что настоящие юристы действительно пользуются бумажными блокнотами. Раньше я юристов видела только по телевизору. – Начнем.
Через десять минут мы разобрали историю с гостиницей, и я очень надеялась, что скоро все это закончится. Я почему-то так и не чувствовала усталости, только в животе урчало и казалось, что тако мы ели очень давно.
– Итак, подвожу итоги, – сказала Си-Ди, постукивая ручкой по блокноту. – Изначально вы зашли в гостиницу «Серебряный стандарт», чтобы воспользоваться туалетом. Это, кстати, совершенно законно: лобби является общедоступным пространством и нигде нет уведомления, что пользоваться туалетами могут только постояльцы. Следующий ваш поступок уже сомнительнее, однако, учитывая то, что вы не отказались покинуть территорию бассейна и выполняли все адресованные вам требования плюс предложили снять номер, зацепиться им особо не за что.
– Правда? – спросил Расселл, и на лице его отразилось облегчение. – Так они не будут подавать на нас в суд?
– Ну, – Си-Ди пожала одним плечом, – я же не гадалка. Но если подадут, я очень удивлюсь. «Серебряный стандарт» – часть гостиничной сети «Пиннакль», твой отец согласился исполнить три песни на их корпоративе в следующем месяце, а также целый час общаться с гостями. Так что все довольны. – Она чуть помолчала. – Ну, кроме твоего отца. Я выслушала ваш рассказ, мы все понимаем, что произошло, так что полагаю, в ближайшее время тебя не вызовут в суд в Неваде.
– Здорово! – выдала Сара в телефон, поверх зевка.
– Сара, – приструнила ее Си-Ди.
– А, да, – спохватилась Сара. – Пойду налью себе еще кофе.
– А теперь, – сказала Си-Ди, отложила блокнот и открыла компьютер, – перейдем к делу.
– Ой, – вырвалось у меня, и я покосилась на Расселла. А раньше это что было? – Э-э…
– Вы о чем? – спросил Расселл. – Мы разве не закончили?
– Почти, – невозмутимо откликнулась Си-Ди. – Осталось прояснить пару моментов, и можно расходиться, хотя нам и здесь очень хорошо. – Она посмотрела на нас по очереди с улыбкой, только глаза не улыбались. – У вас, похоже, выдался головокружительный вечер! Внезапные романтические отношения.
Я почувствовала, как у меня горят щеки. Мне даже самой было стыдно вспоминать, что случилось между мной и Расселлом, а уж обсуждать это с незнакомкой в деловом костюме… Да еще и с ее ассистенткой на телефоне (не исключено, что и с бойфрендом ассистентки).
– Э-э… – начал Расселл и густо покраснел. Судя по виду, он чувствовал то же, что и я, – желание немедленно провалиться сквозь землю. – Я не совсем понимаю, какое это имеет отношение к…
– Видишь ли, дружок, твой отец платит мне за то, чтобы я рассматривала каждую ситуацию во всех ракурсах, – сообщила Си-Ди и в кои-то веки улыбнулась с искренним сочувствием. Потом повернулась ко мне – и доброту как рукой сняло.
В конференц-зале было довольно холодно, но я почувствовала, как у меня вспотели ладони. Я поняла, что не нравлюсь этой женщине – и она не на моей стороне.
– Ну, Дарси, – она выделила мое имя голосом, что меня слегка взбесило, – вы утверждаете, что познакомились с Расселлом сегодня на автовокзале.
– Э… да, – ответила я, глядя на Расселла через стол. – Я… все так и было.
– А раньше вы не встречались?
– Нет, – ответил Расселл, явно озадаченный не меньше моего. – Никогда.
– Вы оба живете в Лос-Анджелесе, – произнесла Си-Ди, открывая и прокручивая какой-то документ.
– Вот и нет. Расселл живет в Охае… – Тут я осеклась и снова глянула на него. Он разглядывал свои руки, и я тут же сообразила, что он и здесь мне соврал. – Ты не живешь в Охае, – добавила я без знака вопроса.
– Так-так, – хмыкнула Си-Ди, продолжая что-то прокручивать на экране. – Вы живете с отцом, мать в Англии.
Я вздернула голову, метнула взгляд на Расселла – выходит, он все это рассказал Саре, когда общался с ней по телефону. Я хотела было поправить Си-Ди, но передумала. Зачем мне что-то уточнять, если Расселл только и делал, что врал?
– Вы с Расселлом одногодки, оба закончили школу, и, если верить вашим, Дарси, аккаунтам в соцсетях, у вас есть общая знакомая, Уилла Куртис.
Я наклонилась и попробовала взглянуть на экран компьютера Си-Ди. Но борт у автобуса длинный, длинным был и стол.
– Откуда ты знаешь Уиллу? – спросил у меня Расселл.
– Мы вместе волонтерили.
Я вспомнила эту Уиллу: смешливая, с синими волосами и пирсингом в носу. На экоуборке пляжа мы попали в пару. Она училась в Гарвард-Вестлейк, одной из частных школ. Что – это до меня дошло секундой спустя – видимо, означало, что там учился и Расселл. Я поняла, что он живет очень близко и ко мне, и к людям, которых я знаю, – и боль от обмана стала еще острее.
– А, – сказал Расселл. – Мы с Уиллой одноклассники. То есть теперь уже бывшие.
– Значит, связующее звено между вами есть, – отметила Си-Ди, кивнув.
– Погодите… а почему вы смотрите в мои аккаунты?
– Они же у вас открытые, верно?
– Ну… да. – Я сглотнула.
Мне никогда не приходило в голову, что вещи, которые я выкладываю в соцсетях, могут заинтересовать кого-то, кроме моих знакомых. Там все было очень личное и только для своих – фотографии Диди и Кэти. Несколько видосов, где я с ненастоящим французским акцентом рассказываю про бутерброды, которые ела на обед, и оцениваю их по совершенно дурацким, постоянно меняющимся параметрам. Слишком много (по мнению Диди) фотографий жакаранды в конце нашей улицы. Кому вообще это может быть интересно?
Зато теперь я наконец поняла, что такое открытый аккаунт. Это значит, что все, что я туда помещаю исключительно для друзей, доступно любому человеку, у которого есть выход в интернет и желание что-то про меня узнать. У юристки, похоже, было и то и другое.
– Почему вас интересует Дарси? – спросил Расселл. – Я думал, вы здесь только из-за истории в гостинице.
– Моя работа – защищать интересы Уайли Сэндерса и исключать любую возможность возникновения к нему претензий, – сообщила Си-Ди. – Сюда же входят и интересы Расселла. Так что, – она посмотрела на меня поверх очков, – придется разобраться в том, как вы вписываетесь
