результаты экспертизы по запонке. Они действительно дорогие, входят в комплект и сбывались в единственном экземпляре. Есть адрес магазина, если хочешь, можем прямо сейчас съездить.
Я кивнула, поднялась с места и взяв обе папки направилась на выход, зная наверняка, что Прокопенко догонит в два шага.
Меня всё не покидало неприятное чувство. Появление Аргена сулило крупные проблемы, о которых нам вскоре предстоит узнать. Если этот урод серьёзно входит в состав запрещённой группировки, то мне нет другой дороги, кроме как в ЦСН. Я хочу разобраться с этой сволочью.
В магазине, где был куплен туалетный набор удалось выяснить имя. Некая Тереньтева Ольга Владимировна, чьи паспортные данные так же оказались в базе клиентов с целью страхования ювелирного изделия.
Надежда найти урода, связанного не только с убийством, но и с организацией теракта, росла как снежный ком, грозящий разнести к чертям всё, что подвернётся в конце пути. Появился охотничий азарт, заставивший позабыть про время.
На поиски женщины мы потратили два дня, в которые мне удавалось вырваться в госпиталь, посетить главного врача и сдать анализы. Времени катастрофически не хватало. К тому же ребята оперативно поставили наблюдение сразу после допроса, на котором выяснилось, что украшение покупалось для начальницы на работе. А работает наблюдаемая товароведом на складе фармацевтики. Вопрос «Откуда такие деньги» на подарки отпал, когда выяснилось кому именно поставили запонки. Заместитель директора фармацевтической компании имеет хороший доход, но вот связаться с ней практически невозможно, поскольку она постоянно в разъездах. Поймать эту птицу взял на себя смелость сам Прокопенко, пообещав, что не налажает. Впрочем, в нём-то я была уверена, а вот на попытки Потапова вклиниться в расследование, смотрела исподлобья. Не нравилось мне, что он рвался в это дело.
Обследование я прошла к концу недели. Больше всего, конечно, порадовал психиатр, швырнувший в меня карандаш, как только вошла. Канцелярское изделие поймала, а вот удивлённой физиономии сдержать не смогла. Не привыкла к такому цирку.
— Весело тут у вас, — хмыкнула, протягивая предмет.
Мужчина усмехнулся и этим же карандашом сделал пометку в моём личном деле. Узнала себя по фото в развёрнутых документах.
— Уж лучше весело в сарказме, чем действительно.
Шутка была не смешная. Я села на предложенный жестом стул и без особого интереса посмотрела на специалиста, который собирался устроить мне допрос.
Начал он с закрытых вопросов, на которые нужно отвечать односложно. В духе: «Сколько вам лет?» или «где вы работаете?». Интересно, что на вопросе «Планируете ли вы рожать в ближайшие пять лет?», я зависла. Не планировала, конечно, но на миг представила, что это возможно. Хотела бы я иметь детей? Свою кроху, которую нужно не только обеспечить, но и защитить, воспитать достойно?
Мне уже далеко не восемнадцать. Возраст как раз тот, когда пора задуматься, ведь через пять лет будет сложнее переносить беременность. Таких, как я в родильных домах уже называют старородками. Не хочу даже думать о том, какое звание у них можно получить к сорока годам, которые мне светят через десяток лет.
— Елизавета?
Поморщилась, услышав свое полное имя.
Мужчина прищурился на миг и продолжил задавать вопросы, после чего предложил пройти несколько тестов на своём ноутбуке. Тест Равена на интеллект я смутно помнила. Шестьдесят заданий с картинками. В прошлый раз несколько из десятка последних выполнить не удалось, а в этот случайно ткнула не туда, потеряв очки.
— До высокого не дотянули пару баллов, — врач внимательно следил за моей реакцией, но я только безразлично кивнула. — Вы понимаете, что это заурядный уровень?
— Это играет какую-то роль?
— Нет, — он улыбнулся. — Вы очень спокойны.
— Должность обязывает посещать психиатра. Человек ко всему привыкает.
Мужчина кивнул, и мы продолжили. Меня ожидало ещё несколько тестов и беседа на тему предстоящей работы. У него был немного иной подход, потому что постоянно пытался вытащить меня на неудобную дорожку в беседах. Я к такому не привыкла, поэтому, когда речь зашла о родителях несколько… занервничала.
Глава 7
— Ну чё, пацаны? Задайте там чеченским жару!
Мне ничего не оставалось, кроме как, улыбнуться. Ярыч на больничном ещё, но всё равно припёрся проводить группу. Даром что живёт дальше всех от штаба в ЦСН.
— За удачу, спасибо, конечно, но ты в курсе, что этих зверей ещё никто сделать из наших не смог? — ответил Волк, сгружая в сумку снаряжение. — Отбор только для виду, на международку всё равно они поедут.
— А ты поменьше болтай и побольше работай, — хмыкнул Гвоздь — глядишь и мы, когда-нибудь съездим.
Мы с Демоном переглянулись и дружно ухмыльнулись, потому что нам это событие никуда не упёрлось. Чеченцы пусть и ездят, у них хорошо получается иностранных коллег запугивать. Только и слышно потом вопли о том, какие русские страшные, выносливые и неприхотливые.
— Давайте шустрее уже. Через час вылет, а нас Арестов на ковёр зовёт, — влетел в раздевалку Анчар. — Вроде, новобранца притащил.
Заявление возбудило в нас интерес. Мы не очень любим принимать новичков в коллектив, но так уж сложилось, что Арестов едва ли не весь штаб созывает. Ему важно, чтобы своих коллег мы знали лично.
— Надеюсь, не к нам в группу? — спросил Волк.
— Да нет. В отдел аналитики. Давно просили человека, у этих вечно работы по горло, рапорты обрабатывать времени нет, а с нас двойной спрос.
Хмыкнул, проверяя АПС. Слишком уж быстро замену подыскали. Обычно долго изводят, а тут… Всего два месяца, как место освободилось. Хотя, последние рапорты мы лично Арестову сдавали, потому что до него все детали с длительной задержкой шли. Пока они там проанализируют, выпишут заключение, забьют в базу… В общем, понять его нетрудно.
Забросив сумку в личный шкафчик, дождался, когда соберутся ребята, после чего, слушая трёп о том, как прошли выходные, отправился наверх. В кабинет Арестова.
Не терпелось уже свалить из города. Выветрить мозги, забыться хоть как-то, погрузившись в тренировки. Полторы недели прошло. Всего полторы, а такое чувство, что время тянется, как жёваная резина. Хочется его торопить, чтобы скорее забылось то, отчего до сих пор реагирую, как одержимый параноик.
Глубоко вдохнул, когда перед глазами мелькнуло призрачное воспоминание стройного тела на простынях. Провёл пальцами по встопорщенным волосам на затылке и толкнул нужную дверь, не пытаясь вникнуть в причину смеха парней, идущих позади.
И замер.
Замер прямо в дверях, во все глаза разглядывая хмурое лицо. Сердце глухо ударилось о рёбра и бросилось вскачь.
— Сор, ты чего застыл? — толкнул кто-то в плечо.
А я словно оглох, ослеп, обледенел
