- Договорились, Серый линзмен! Чистого вам космоса!
Киннисон на такси добрался до угла узкой улочки, на которой находилось его убогое жилище работяги-докера. Это был отчаянно смелый, безумно дерзкий трюк, но именно в безрассудности, парадоксальности и заключалась его сильная сторона. Возможно, какой-нибудь хитроумный бос-конец и мог бы отгадать загадку, но, как надеялся Киннисон, У тех, кто, возможно, станет следить за ним, на раскрытие таких трюков мозгов не хватит. Расплатившись с таксистом, Киннисон с самым беззаботным видом сунул руки в карманы драных штанов и, насвистывая, направился по узкой улочке к себе домой. Актерская работа была превосходной, лучшая за всю непродолжительную карьеру Киннисона-лицедея, и исполняемая им роль забулдыги-докера сыграна тем более превосходно, что он не знал, есть ли у него хоть один зритель. Но при всей внешней беззаботности Киннисон был внутренне напряжен до предела. Его сверхчувственное восприятие как бы накрывало его полусферой, а находившийся в состоянии постоянной готовности мозг мог мгновенно привести в действие напряженные мышцы.
Между тем в тщательно охраняемой комнате сидело человекоподобное существо, гуманоид, так сказать, до восьмого знака после запятой. В течение двух часов гуманоид неотрывно следил за экраном детектора, наблюдая со все возрастающим беспокойством за непонятной лихорадочной активности землян на базе Галактического Патруля. В течение нескольких минут взгляд его задержался на человеке, севшем в такси, и беспокойство переросло в панику.
- Да это же линзмен! - воскликнул наконец он, - С Линзой или без Линзы, но линзмен и никто другой! И ему еще хватает выдержки вернуться к себе домой на такси, твердо зная, что он засечен?
- Так в чем дело? Возьмем его, и вся недолга! - посоветовал компаньон. - У нас же все готово.
- Но такого просто не может быть! - взорвался шеф. - У линзмена должна быть Линза, на то он и линзмен, а Линза не может оставаться невидимой. А у парня нет никакой Линзы, да и вообще нет ничего, кроме драных штанов! Понимаешь? Ничего! Линзмен, за которым мы охотимся, не стал бы слоняться по городу - он просто бесследно исчез.
- В таком случае плюнь на этого докера и последи за кем-нибудь еще! посоветовал компаньон.
- Но ведь поблизости нет никого другого, кто был бы похож на проклятого линзмена, - зарычал раздраженно шеф. Его одолевали сомнения, и он никак не мог принять решение. Ситуация оказалась необычайно запутанной, под каким углом ее ни рассматривай.
- Парень должен быть линзменом, больше некому. Я проверял и перепроверял его. У меня нет сомнений. Он считает, что находится в безопасности. О нас ему ничего не известно, он даже не предполагает, что мы существуем. Кроме того, его двойник Фордайс, которого я подозревал с самого начала, нигде больше не появлялся.
- Наверное, все еще находится на территории базы. Может быть, настоящий линзмен ускользнул, пока ты тут следил за типом в такси.
- Да замолчишь ли ты, наконец! - заорал взбешенный шеф и потянулся было к переключателю, но рука замерла в воздухе.
- Зачем тебе брать ответственность на себя? - невозмутимо продолжал компаньон. - Сообщи наверх, и пусть они сами расхлебывают. Тут явно пахнет жареным.
- А потом мне отрежут уши... Что-нибудь вроде "ваш отчет не полон и выводы не обоснованы". Ты этого хочешь? - негодующе фыркнул шеф. - Чтобы меня сместили за некомпетентность? Нет, мы должны все распутать сами, и распутать до конца... Но, как ни крути, он не линзмен! Да просто не может быть линзменом, вот и все!
- Тебе виднее, шеф! И прекрати говорить "мы должны". Это твое дело. Твое и ничье больше. Раз ты решил взяться за него, то ты босс, а не я, - возразил компаньон. - И браться нужно за дело сейчас, не откладывая.
- А я и принимаюсь, - угрюмо заметил шеф. - Есть у меня один проверенный способ. И не таких раскалывали.
Способ действительно был. Один-единственный. Парня нужно взять живым и заставить рассказать все как на духу.
Босконец в задумчивости потрогал головку винта на ножке стола.
- Не вздумай убить его. Он нужен мне живым. Если случайно убьешь, я сам пристрелю тебя, так и знай.
Серый линзмен не спеша шел по узкой улочке, немузыкально насвистывая и всем своим видом показывая, что находится в полной гармонии со вселенной.
Нужно сказать, что для того, чтобы так спокойно идти в западню, ни единым жестом не выдавая внутреннего напряжения, требуется немалое мужество. Еще больше самообладания необходимо, чтобы ни единым движением не показать, что ты ожидаешь нападения, даже в тот момент, когда увесистая дубинка в мускулистой руке опускается тебе на затылок. Но какими бы качествами ни должен обладать человек, чтобы безукоризненно сыграть роль ничего не подозревающего подвыпившего докера, у Киннисона они были.
Ничем не выдав своего состояния, он успел в самый последний момент, когда дубинка уже находилась на волосок от его головы, совершить незаметно для нападавшего рывок вперед и тем самым несколько смягчить силу удара.
Но вот дубинка достигла цели. У линзмена от удара из глаз посыпались искры. Он упал ничком, слабо дернулся и затих.
Глава 8
ОЛЬГОНЫ
Как уже говорилось, Киннисон успел в последний момент совершить незаметный рывок вперед и вниз, несколько смягчив силу удара. Все же удар был настолько силен, что нападавший ничего не заподозрил. Ему казалось, что дубинка опустилась на голову линзмена со всей страшной силой. К тому же, хотя Киннисону и удалось слегка смягчить удар, все же линзмен был оглушен, но не терял сознания. Он не оказал сопротивления, когда нападавший и его сообщник перекатили его на спину, связали ремнем ноги, скрутили руки за спину и затолкнули в машину. Киннисон в полном сознании следил за действиями бандитов.
Через полчаса линзмен довольно реалистично изобразил, будто он приходит в себя.
- Полегче, приятель, - проговорил тот из бандитов, который нанес ему удар, поигрывая перед глазами Киннисона дубинкой. - Попробуй только крикнуть или подать какой-нибудь другой сигнал, и я живо тебя успокою. Если у тебя есть одна Линза, то я навешу тебе еще и другую.
- Какого дьявола ты меня куда-то тащишь? - яростно заорал "докер". Думай, что делаешь, дубина стоеросовая...
И докер принялся долго и со знанием дела поносить своего неприятеля.
- Лучше заткнись, а не то он сейчас тебя двинет, - посоветовал Киннисону подручный громилы, который вел машину. Киннисон послушно умолк.
- Не скажу, чтобы ты действовал мне на нервы, - продолжал подручный, - но от тебя слишком много шума.
- А в чем дело? - спросил Киннисон уже спокойнее. - Какого черта он меня ударил, а теперь еще куда-то везет? Я ничего плохого не сделал. Чего он на меня взъелся?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
