Странно, но правда: лучшее время, которое у меня было как у писателя, — это когда я писала для New Yorker. Еще помню пару недель путешествия с черной группой, исполняющей церковную музыку. Я писала статью об их маленьком мире.
Был момент, когда я вдруг увидела себя со стороны. Мы с группой заехали в какой-то крошечный городок в Джорджии и ужинали в местном кафе. Я не могла перестать поражаться, думая: «Это мое дело. Я в Джорджии с черной церковной группой и разговариваю с людьми, которых никогда в жизни не встретила бы, если это не было бы моей работой».
Я чувствовала восторг от того, что оказалась в альтернативной вселенной. Пойди моя жизнь другим путем, я, может быть, ужинала бы в загородном клубе на окраине Среднего Запада, — но это не так. Я здесь и сейчас. У меня много раз бывало такое чувство, и оно всегда оказывалось очень мощным.
А потом стало тяжело
Самое тяжелое из всего, что мне пришлось пережить за свою карьеру, — затянувшаяся работа над «Рин Тин Тин»; рождение малыша; противостояние издателю, который спрашивал, где же книга; просто подавленность.
Честно говоря, я не уверена, что многие мужчины испытывали подобное: я просто не могла делать все. Я не знаю, как быть писателем и иметь желание завести ребенка. Это стало тяжелейшим и худшим моментом в моей писательской жизни. Забавно, потому что я хотела бы сказать, что моим тяжелейшим временем была борьба с фразами. Но я думаю, эта ситуация извлекла из меня лучшее.
Я получила контракт на «Рин Тин Тин» в январе 2004 года и той весной забеременела. Это было смелым поступком, поскольку книга требовала от меня отдачи всех сил. Мне нравилась идея, но я не знала, как ее воплотить. Это была книга, которой пришлось силой придавать форму. Затем родился Остин, и я поняла, что невозможно с младенцем на руках заниматься подготовкой материала и сбором информации. Время остановилось. Но сроки шли.
Сначала я попросила на книгу два года — срок смешной. Я сказала, что смогу сделать ее быстро, потому что очень хотелось понравиться издателю. Издательство платило мне очень приличные деньги, и мне нужно было убедить их, что они не зря это делают и довольно быстро окупят свои. Они чуть их не потеряли. Я должна была сказать: «Дайте мне лет восемь, потому что я не имею ни малейшего представления, сколько у меня это займет».
Издательство — это твой дружелюбный враг. Вы притворяетесь, что вы в одной команде, но это не так во многих смыслах. Вы не хотите, чтобы они увидели даже малейшую тень слабости, потому что они не должны сомневаться в проекте и в своей вере в вас. Поэтому вместо того, чтобы сказать: «Понятия не имею, как сделать эту книгу, дайте мне больше времени», вы говорите: «Элементарно, я это во сне могу сделать». Я хотела, чтобы они думали, будто я самый беспроблемный автор на земле и все для них будет легко, прибыльно и сказочно.
Я не могу винить издателей; это просто часть моей личности. Я хочу доставлять людям удовольствие. Такое чувство, что всегда должна быть хорошей девочкой. Я не развила в себе способность говорить: «Вы должны озолотить меня, а я за это буду такой стервой, что вам и не снилось».
Я неоднократно просила продлить сроки, потому что идея «Рин Тин Тина» оказалась намного сложнее и книгу было тяжело писать, поскольку я не могла ездить по разным местам, чтобы собрать нужную информацию. И я не видела необходимости посвящать в свои проблемы издателя, чтобы не выглядеть уязвимой.
Мне дважды продлевали сроки, каждый раз на год, потому что я боялась просить больше, намного больше, что мне и было нужно. Поэтому я опоздала раз, а потом еще раз.
В каком-то смысле это было лучшее, что когда-либо случалось со мной. Когда я попросила еще раз продлить срок, издатель отказал, и стало понятно, что они больше не хотели вкладывать деньги в мою книгу. Я разорвала контракт и пошла к другому издателю, который принял книгу и понял, что мне нужно было больше времени. Я потеряла часть аванса, но отнеслась к этому философски. Авансы — это просто авансы. Это не выплаты. И не награды.
Писательство — это и труд, и искусство
Меня коробит называть себя деятелем искусства. Даже если это так.
В каком-то роде я создаю искусство. В то же время я очень практична. И не отношусь к себе как к нежному растению. Писательство — это тяжелый труд, но сей факт не умаляет того, что писательство еще и искусство.
Когда я была в начале писательского пути, я думала: «Мне по-настоящему важно писать очень много, пусть из последних сил. Если придется писать для журналов мод, я буду писать, пусть даже это не то, о чем я мечтала когда-то. Я все равно сделаю это хорошей работой. У меня были друзья, которые говорили: „Как ты можешь писать для женских журналов?“ Я думала: „Как мило с твоей стороны быть таким избирательным. В любом случае я напишу отличную работу, вне зависимости от того, где ее опубликуют“».
Я думаю, что содержание важнее контекста. И я поняла: оттого что я писала хорошо, я смогла выбирать, где публиковаться. Я могу написать действительно хорошую вещь для Vogue, или Mademoiselle, или любого другого журнала, и я уверенно говорю, что дело не в упаковке. Моя гордость — сама история. Это весьма практичный подход, и я рада, что продолжаю его придерживаться. Он мне сослужил добрую службу. Это мое отношение и к жизни.
Сьюзан Орлин делится профессиональным опытом с коллегами
• Нужно просто любить писать и напоминать себе почаще, что любишь это.
• Следует как можно больше читать. Это лучший способ научиться писать.
• Нужно ценить возможность делать такое удивительное дело, как создавать тексты. Нужно быть практичным и умным, следует найти хорошего агента и работать очень усердно. Но еще стоит быть наполненным трепетом и благодарностью к этому потрясающему способу существования в мире.
• Не стесняйтесь пользоваться словарем. Я могу весь день провести за чтением «Тезауруса Роже»! Замечательный момент в жизни, когда спешишь писать и нужное слово необходимо найти немедленно.
Глава 13
Джоди Пиколт
Однажды в субботу, солнечным прохладным сентябрьским днем, когда мне было семь, я увидела, как мой папа свалился замертво. Я играла со своей любимой куклой на каменном заборчике вдоль подъездной дорожки к нашему дому, а папа стриг лужайку. Вот только он стриг лужайку — и в следующее мгновение уже лежит, уткнувшись лицом в землю, а газонокосилка продолжает неспешно спускаться по пригорку на нашем заднем дворе.
«Особые отношения»[38] (Sing You Home, 2011)
За последние двадцать лет Джоди Пиколт опубликовала двадцать романов, последние шесть имели бешеный успех. По четырем книгам компанией Lifetime были сняты телевизионные фильмы, по одной сняли художественный фильм. Джоди Пиколт — завсегдатай списка бестселлеров New York Times, по всему миру продано более четырнадцати миллионов экземпляров ее книг.
Романы Пиколт сразу нашли своего читателя — о таком мечтает каждый издатель и каждый автор. Ее книги связали самые актуальные социальные проблемы нашего времени — от стрельбы в школе до донорства органов и аутизма — с глубочайшими, наиболее универсальными эмоциональными дилеммами.
С публикацией «Особых отношений» в 2011 году Джоди Пиколт приподняла писательскую завесу и стала страстным защитником прав сексуальных меньшинств — проблемы, лежащей в основе романа и в основе ее семьи, в которую входит ее сын-гей. Пиколт активно пользуется «Твиттером», в профиле помещена ее фотография, где она изображена с серебряной липкой лентой на рту, надписью «Нет ненависти» на щеке и пальцами, сложенными сердечком.
Биографические данные
Дата рождения: 19 мая 1966 года.
Родилась и выросла: Лонг-Айленд, Нью-Йорк; Нью-Гэмпшир.
Ныне живет: Гановер (Нью-Гэмпшир).
Личная жизнь: Тим Ван Лир.
Семейная жизнь: трое детей (Саманта, Кайл и Джейк).
Образование: Принстонский университет (1987); Гарвардский университет, степень магистра по педагогике; Университет Нью-Хейвена, степень почетного доктора; Дартмутский университет, степень почетного доктора.
Основная работа: нет.
Награды, премии, членство, степени (неполный список): New England Book Award в области художественной литературы; Alex Award; Бриллиантовая награда Book Browse; премия за жизненные достижения от Ассоциации писателей-романистов Америки; Fun Fearless Fiction Award журнала Cosmo; Green Mountain Book Award; премия «Выбор читателей Вирджинии».
Интересные факты
• Первый рассказ Пиколт «Лобстер, который все понял неправильно» был написан им в пятилетнем возрасте; естественно, не опубликован.
• Хотя Джоди Пиколт известна как один из самых продаваемых авторов Америки, только десятая ее книга впервые попала в список бестселлеров.
