Довольно долго пришлось Даниле ждать у дверей дома Львовых, когда он прибыл в сопровождении офицеров. Неторопливый слуга указал обождать и скрылся за дверями, заперев те на ключ. Однако сам Львов всё же вышел, и Данило снял кивер...
-Вы ещё не в полку?! - с усмешкой удивился Львов.
-Разрешите хотя бы взглянуть на Софью,... Семён Константинович, - не скрывал волнения Данило.
-Я уж отписал жалобу и на Вашего Андрея Александровича. Ой, несдобровать ему будет, коль позволил сие отлучение из армии, - высказал тот. - А Софью никогда не позволю тронуть больше. Вы,... бесчестный тип,... не смейте даже имён наших произносить!
-Вы не понимаете, что творите, - усмехнулся Данило. - Я же готов под венец с Софьей идти. Мне не жить без неё. Любим мы друг друга.
-Знаком я с любовью Протасовых, - засмеялся Львов и развернулся, чтобы уйти в дом, но Данило тут же сорвался с места и вбежал в холл:
-Софьюшка!
-Пошёл прочь! - взревел громогласным басом Львов, а шагнувшие в дом следом за Данилой офицеры так же сняли кивер, выполнив краткий поклон.
-Предатели! Вам всем не поздоровится за подобное своеволие! - указывал Львов на дверь и уже почти кричал, чтобы прогнать офицеров вместе с Данилой прочь.
-Вернёмся, - молвил еле слышно Даниле один из тех.
Но Данило отчаянно смотрел вокруг в столь кажущемся тихом доме, где не было ни видно, ни слышно, где укрыта любимая. Не выносивший более терпеть происходящее Львов взял стоящую в углу трость и тут же ткнул ею в грудь Даниле:
-Прочь!
На защиту хозяину прибежал с ружьём в руках и слуга, тут же прицелившись на Данилу, который уже не находил иного выхода, как уйти... Однако не уезжал он. Дом покинул, двор... Остался за воротами, умоляя офицеров ещё немного обождать, и стал смотреть на окна дома Львовых, чтобы может где заметить выглянувшую милую.
Тем временем за разгневавшимся отцом, который захлопнул за Данилой и офицерами дверь, следила из-за шторы входа гостиной Анна. Взволнованная от всего, что в эти дни узнала и повидала, она терялась в чувствах...
-Ничего, Аннушка, - заметил тяжело дышавший её отец и сел в кресло холла, поглаживая грудь, дабы успокоить бешено бившееся сердце. - Ничего... Привыкнет сестра твоя... Поймёт всё, узнает всё. Мы докажем, каков подлец Протасов... Не зря родственника их даже государыня в своё время удалила... Матушка с нею?
-Да, папенька, - тихо молвила та.
-Ступай и ты, ступай, - поднялся он, медленно войдя в свой кабинет. - А я отпишу ещё... Они все получат...
Развёл руками слуга, когда Анна взглянула на него, и ушёл от дверей, унося на плече ружьё. Анна смотрела некоторое время на дверь, но, недолго думая, выкралась из дома.
Скорее прошла она в сад, заметив у ворот Данилу с офицерами. Делая вид, что прогуливается у садовых деревьев, Анна встала за кустарником, поближе к следившему за нею Даниле. Тот смотрел с надеждой, что может это любимая, но по глазам увидел — нет...
-Вы, - сглотнула с волнением Анна, но продолжила речь. - Вы отправляйтесь с Богом, сударь... Вы напишите ей, но... адресуйте мне, будто то от кого иного, а не от Вас,... понимаете? - волновалась она, и Данило кивал, еле сдерживая в себе подступающее разочарование, что не увидеть перед разлукой милую, не обнять её.
-Уходите теперь, - смотрела с жалостью Анна. - Я обещаю передавать Софье письма. Она будет ждать.
-Как она? - вопросил наконец-то Данило.
-Плачет,... не ест, - оглянулась с опасением на дом Анна. - Мне пора. Худо будет, если нас здесь застанут.
-Хорошо, - кивнул Данило. - Где её окно? Увидеть бы её.
-Я сообщу ей, выглянет, - обещала Анна и указала на окна второго этажа. - Справа, видите балкон? Мой балкон слева, у Софьи — справа... Так всегда мечтали наши родители, и комнату её никак не использовали, надеясь, что однажды вернётся, и вот...
-Вернулась, - договорил Данило.
-Обождите здесь, коль сможете, - спешила Анна. - Я сообщу ей, выглянет.
-Передайте Софье, что люблю, верен буду и вернусь! Ладанка её при мне, не сможет быть иначе, - напоследок просил Данило.
Анна кивнула в ответ и ускорила шаг, вскоре вовсе побежав обратно в дом...
Глава 30
Спешила Анна скорее наверх, к комнатам, а выглянувший из кабинета отец вопросил:
-Ты куда это так спешишь? Где ты была?
-В саду гуляла, папенька, да слышу плач сестры, не могу так больше. Пообщаться с нею желаю, - оглянулась на ступенях Анна.
-Ну,... ступай, пообщайся. Ты права, - чуть поразмыслив, будто успокоился отец и вернулся в кабинет.
-Господи, спасибо, спаси и сохрани,... прости, Господи, - перекрестилась быстро Анна и побежала дальше наверх.
Она громко постучала в дверь спальни, где должна была быть Софья, и её матушка открыла:
-Что случилось? - удивилась она взволнованному виду Анны.
-Нет, матушка, всё хорошо, - попыталась та улыбнуться и заглянула в комнату, заметив сидевшую на кровати Софью, которая уставилась в сторону и не шевелилась. - Позволите?
-Прошу,... может у тебя получится что, - пропустила её мать, а сама, оглянувшись на Софью, тихонько закрыла дверь.
Оставшиеся наедине сёстры молчали... Анна быстро отошла к окну, встав чуть в стороне за шторой, и сказала:
-Он там,... у ворот.
От её слов Софья вскочила с места и прильнула к окну, распахнув его:
-Данилушка, - прошептала она, прижав руки к груди, будто молилась.
Она смотрела на него и подчинялась сестре, выводящей её на балкон:
-Покажись ему. Ждёт тебя увидеть. Ладанка, говорит, при нём. Говорит, вернётся к тебе обязательно, - лепетала тихо Анна. - Сказал любит, верен будет.
-И я буду верна.
