Не могу обнимать тебя и не испытывать влечения. Я с ума схожу. Думаешь просто знать, что ты ощущаешь мои эмоции, но остаёшься всегда такой спокойной, отстранённой? Бездна! Это не претензия, я люблю тебя такой, какая ты есть, но это нечестно – быть всё время открытым перед тобой, когда ты сама стремишься держать дистанцию, – эмоционально высказался муж, развернув меня лицом к себе.
– Любишь? Не рано говорить о подобном? – от страха ухватилась я за эти громкие слова.
Если бы раньше кто-то сказал, что меня испугает признание красивого и желанного мужчины, я бы посмеялась над подобной глупостью, но сейчас мне было не смешно. Сердце бешено стучало в груди, оглушая меня. Наверное, стыдно бояться эмоций, будучи уже взрослой и опытной женщиной, тем более эмпатом, но чувства не желали поддаваться здравому смыслу. Когда-то в юности любовь казалась сказкой, вечным праздником, а сейчас я знала, что это привязанность, которая прочнее канатов, и власть над собой, что самостоятельно вкладываешь в руки любимому.
– Знаешь, в моих отношениях с Вайолой всё проходило по чётко продуманному мною сценарию: я заранее решил, что признание будет произнесено на первую годовщину, на красивом острове, под музыку живого оркестра. Я так и сделал, за что получил свою порцию ненатурального восторга и лживых слёз радости. С тобой… Бездна, Кира, с тобой не может быть никакого плана! Даже не знаю, не пошлёшь ли ты меня после всех этих речей, но не могу больше молчать. Я пытался понять, в какой момент ты стала для меня всем, но понял, что каждый миг с тех пор, когда открыл глаза и обнаружил тебя, лежащей на мне, был бесценным, – крепко прижимая меня к себе, хриплым от волнения голосом, сказал Эрс.
– Пф! Скажешь тоже! Я помню, как ты недовольно морщился и рычал на меня, – со смешком припомнила я, пытаясь снизить пафосность момента.
– Только лишь потому, что уже тогда ощущал, что не могу сопротивляться влечению к тебе, – возразил муж.
– Эрс… – простонала я, пряча лицо на крепкой мужской груди.
Что хотела этим сказать, не знаю сама. Возможно, просто хотела услышать его имя, понять, что этот гордый сильный мужчина – не тот сборник комплексов, кому я когда-то стремилась подарить всю себя, а взамен получала лишь упрёки и холодность.
– Ты хочешь меня чувствовать? Я не буду больше носить блокатор дома, – по-своему понял мои метания Эрс. Он снял браслет и отбросил его в сторону дивана. Эмоции мужа оглушили меня своей остротой и яркостью. Так много всего. Они были зеркальным отражением моего собственного эмоционального шторма: та же надежда, радость, боль и тот же страх оказаться ненужным, а ещё нежность, страсть и ещё щемящее чувство, от которого кружиться голова и перехватывает дыхание. – Не молчи. Скажи хоть что-нибудь, – попросил муж, окатывая меня новой волной паники.
– Я тоже хочу тебя, Эрс, – призналась я в самом безопасном из своих чувств и желаний.
Его резкий вздох и напряжённая дрожь стали единственным ответом мне.
Эрс молчал, а по эмоциям разливалась горечь, густо смешиваясь с взрывным коктейлем чувств и желаний, что терзали нас обоих.
– Прости меня. Я всё понимаю. Ты мне очень дорог, я впервые за много лет так сильно хочу близости во всех смыслах, но пока не могу… дать тебе большего, – сбивчиво говорила я, цепляясь пальцами за полы его пиджака.
– Люблю тебя, Кира, даже если ты не веришь, – тихо сказал мужчина, делая полшага назад.
– Не уходи, пожалуйста. Давай попробуем. Я просто боюсь. Никогда не была слишком хороша в этом во всём. Не умею открываться так, как ты. Наверное, в чём-то мой бывший был прав, называя меня снулой рыбой, – горько усмехнулась я.
– Никогда не говори так! Ты лучшая и ты моя. Прости меня, Кира, но я никогда тебя не отпущу, – покрывая моё лицо лихорадочными поцелуями, хрипло шептал Эрс.
Туго натянутая струна его эмоций лопнула, оставляя только ослепляющую жажду обладать мной, слиться, сделать своей, а я… Видимо мне не хватало именно этого – его решения идти до конца, не сомневаясь и не спрашивая.
Время разговоров кончилось – это я поняла, когда муж подхватил меня на руки, спеша унести меня в спальню.
Мы торопливо срывали друг с друга одежду, целовались, как несдержанные подростки, дрожали от нетерпения, стремясь к древнему, как сама жизнь единению мужчины и женщины.
С ним всё для меня было впервые. Как будто раньше и не было в моей жизни любовников. Хотя, в какой-то мере так и было – ни мой первый парень, ни Игорь, не были по-настоящему Мужчинами, такими, как Эрс. Безумие! Так сладко, нежно, остро. Наслаждение было настолько сильным, что почти причиняло боль, а по щекам щекотно скользили слёзы.
– Люблю тебя, ахани, – услышала я, уплывая в сон.
Наверное, впервые в жизни мне искренне хотелось на эти слова ответить.
Глава 26. Ахани
Утром я проснулась с улыбкой на губах. Настроение было просто замечательным, тело пело, а в крови пузырьками шампанского искрило счастье. Настораживали только эмоции шедшие от Эрса. В целом он тоже разделял мой восторг от нашего сближения, но яркой нотой в его чувствах сквозило опасение.
– Доброе утро. Что не так? – сонно уточнила я, с улыбкой потягиваясь в постели.
– Ты проснулась, – не спрашивал, утверждал муж, а по его эмоциям прошла новая волна паники.
– Эрс, ты меня пугаешь. Что-то случилось? – спросила я, пытаясь сесть, но мужчина лёг сверху, опираясь на локти.
– Пообещай, что не будешь злиться, – глядя мне в глаза, попросил муж.
– Как я могу что-то гарантировать, если не знаю, о чём идёт речь? Правда, Эрс, это уже не смешно. Что-то случилось с Мейром? – предположила я худшее.
– Причём тут посол? – удивился ашхарец.
– Эрс, я тебя сейчас укушу. Говори, что произошло? Почему ты так встревожен? – реально начала сердиться я.
– Кира, я привязал тебя к себе – сделал своей ахани. Понимаю, что не имел права, что должен был поговорить с тобой и подписать новый контракт, но не смог сдержаться. Это было выше моих сил. Я признаю свою вину, но не могу и не буду просить тебя о прощении. Мне не жаль того, что ты стала моей, – изрядно нервничая признался ашхарец.
– Ты как-то сделал наш союз постоянным? Я правильно тебя поняла? – поинтересовалась я, не зная, как относиться к подобной новости.
– Да. Теперь мы связаны навсегда, – с опаской ответил Эрс.
Догадываюсь чего так боялся мой муж, но я испытала только иррациональное облегчение. Вся
