секунд ничего не происходило, а потом зелье засветилось холодным мятным цветом.
Я медленно и осторожно переложила руки на следующую склянку.
К последнему пузырьку я порядком выдохлась. Сильно хотелось есть. Поспать бы я тоже не отказалась. Устало выдохнув, огляделась вокруг.
Только несколько человек сидели в таких же куполах, как и я. Остальные еще доваривали.
Я встала, полог тишины лопнул. Маэстрина помахала мне рукой, чтобы я подождала её.
— Как ты себя чувствуешь Миранда?
— Хочу в столовую и спать.
— Это нормально для такого затратного настоя. Но ты молодец. Сама напитала все пузырьки. Я не ожидала. Ты весьма сильна. Знай, что если понадобиться, я готова, заниматься с тобой индивидуально. А теперь иди, ты свободна. Я сама тут всё приберу.
Я кивнула и побрела к выходу. Сил не осталось даже на то, чтобы посмотреть как дела у Лики. Сама потом расскажет.
Глава 24
Маэстрина Леонсия стояла возле окна ректора и отрешенно смотрела на улицу. Снежинки срывались внезапно с огромных серых туч, которые плавали по небосклону. Мысли женщины были далеко, где-то на окраине государства, там, где сейчас боролись с нежитью сотни магов. Судя по донесениям, они не справлялись.
Студентам академии запретили говорить о событиях, впрочем как и горожанам, чтобы не поднимать панику. Массовая истерия была ни к чему. Больных и так хватало, а вот лекарств, в том регионе, уже не хватало, раз заказ пришел к ним. Все старшие курсы уже были задействованы, но ведьмы — это «штучный товар». Их всего было тридцать две. Первый курс в этом году можно смело назвать массовым. Двадцать молодых ведьм с неплохим потенциалом. И одна с такими данными, что захватывало дух. Внучка её приятельницы. Но та была чёрной ведьмой, но одарена была сверх меры. И ведь передалась сила по наследству, но в светлом даре, просто подарок судьбы.
В этот момент открылась дверь, в кабинет вошел ректор Морриус.
— Добрый вечер, Леонсия.
— Добрым его можно назвать с натяжкой, Доран. Новости в границы такие, что волосы шевелятся без колдовства.
— Это правда, но мы делаем что можем, но боюсь, с нас просят еще больше.
— На сколько больше?
— Сейчас все подойдут и расскажу…
Дверь опять открылась, и вошли сразу несколько магов. Они расселись за столом. Следом, неспешно, вплыла профессор Мориганиэла.
— Ну что теперь все на месте, можно начинать, — ректор занял место во главе стола. — Я собрал вас на внеочередное совещание из-за распоряжения, которое я получил от совета магов.
— И чего хотят, уважаемые, на этот раз? — не слишком вежливо спросила тёмная эльфийка, пристально глядя на ректора.
— Много Лалинаниэль, — тихо сказал глава академии.
— А конкретнее?! — не выдержал профессор Брог, магистр боевой магии.
— Они хотят привлечь наши третьи курсы боевиков и некромантов к подавлению нежити на границе.
— Но ведь мы уже отдали им весь наш выпускной курс и тех и других, плюс целители! — профессор Гросман, — мне скоро будет некому преподавать некромантию!
— Там происходит что-то неслыханное, потери просто ужасны. Это скрывается, но кто остался из нашего выпускного курса просто неизвестно, — тихо сказала маэстрина Вельсионская. — И ставка часов меня сейчас волнуем меньше всего.
В кабинете наступила гробовая тишина. Коллеги переглядывались, но не знали что сказать на такие известия.
— А почему тогда нас, магистров не призвали? — нарушил тишину магистр некромантии.
— Потому, что тогда станет очевидным, что стряслось что-то из ряда вон, если профессоров отозвали из Академии в помощь боевым магам, — сказал ректор.
— А если там поляжет вся молодежь, то это лучше! — стукнул по столу кулаком профессор Брог.
— Там находятся все лучшие маги государства, наемники, добровольцы и выпускные курсы Академий. Нас не трогают, как стратегический запас. Если всё обернется печально, то кто-то должен обучать новое поколение магов.
— Всевидящий! Что же там произошло такое?! — воскликнул профессор Брайни.
— Что всегда бывает, какой-то недоумок, вообразил себя мировым покорителем всех рас и народов. Окопался на окраине в глухих лесах, там, где после последней великой битвы, никто не селится, что бы не тревожить магический фон и покой мертвых. Что он там намудрил в своих опытах не установлено, но начал поднимать нежитью павших воинов, пытаясь сделать их устойчивыми к магическому воздействию.
— И что, у него получилось? — удивилась профессор Мориганиэла.
— Получилось, но не совсем то, что он хотел. Этот кретин каким-то образом открыл путь магии к мертвым телам, теперь там есть войско нежить с желанием убивать и их магическим даром при жизни. Они не устают, не боятся, не спят и не едят, — продолжил ректор.
— Но там же, согласно летописям, лежит около трех тысяч магов! — в ужасе поднесла руку к губам верховная ведьма.
— Единственная хорошая новость, что всех поднять он не успел или не смог, теперь у него не узнаешь. Но тех что смог хватает. Предполагают, что там сейчас примерно шестьсот магических умертвий, а было восемьсот, — Морриус устало облокотился на стол. — На сборы третьекурсникам один день, скажите, что на практику. Ситуацию разъясните уже на месте. Они на военном режиме. Выжившим, после этого задания, присвоят звания магов досрочно. Защищать диплом они не будут.
— Там треть будет с повреждением психики и здоровья, — тихо сказала маэстрина Леонсия, — они, при всем желании, ничего не защитят. Им бы хоть за год придти в себя, после того, что они там увидят.
— Всё в видении Всевидящего. Мы ничего не можем сделать, — припечатал ректор. — Расходимся.
Коллеги молча поднялись, и двинулись к выходу. Задержалась только верховная ведьма.
— Что ты хочешь сказать, Леонсия?
— Скрывать, конечно, хорошо, но Академия опустеет на три пятых. Ты думаешь, никто не заметит?
— Я не знаю. Что ты от меня хочешь?
— Переведу занятия на изготовление лечебных зелий в помощь целителям. Самых сильных ведьм оставлю на создании настоя «Абсолютное спокойствие». Его пора производить, судя по всему, бочками, так оно понадобится не только магам, но и их родне, когда они узнают. А
