Читаем без скачивания Труп в оранжерее - Дороти Сэйерс

Паркер снова покачал головой.

— Продолжим. Она видит Джеральда, склонившегося над телом Кэткарта. Что она говорит? Она спрашивает: в чем дело? Она спрашивает: кто это? Нет, она восклицает: «О боже! Джеральд, ты убил его», а затем, будто поразмыслив: «О, это Дэнис! Что случилось? Произошел несчастный случай?» А теперь это кажется вам естественным?

— Нет. Но мне представляется вполне вероятным, что она ожидала увидеть там не Кэткарта, но кого-то еще.

— Да? По-моему, это звучит так, будто она притворялась, что не знает, кто это. Сначала она говорит: «Ты убил его!» А затем, вспоминая, что она предположительно не знает, кто этот «он», спохватывается: «Ах, это Дэнис!»

— В любом случае, следовательно, если ее первое восклицание было искренним, она не ожидала обнаружить мужчину мертвым.

— Да, мы должны помнить это. Смерть была неожиданностью. Очень хорошо. Тогда Джеральд отправляет Мэри наверх, чтобы позвать на помощь. И здесь вступает в дело свидетельство, которое вы получили и прислали по почте. Вы помните, что рассказывала вам в поезде миссис Петтигру-Робинсон?

— О двери, хлопнувшей на лестничной площадке, вы имеете в виду?

— Да. Теперь я расскажу вам кое-что, что случилось со мной как-то утром. Я выбегал из ванной в моей обычной беззаботной манере, когда чертовски сильно ударился о тот старый сундук на лестничной площадке. Его крышка поднялась и закрылась, бам. Это навело меня на мысль, и я решил заглянуть внутрь. Я поднял крышку и рассматривал сложенное в нем постельное белье, когда услышал нечто похожее на затрудненное дыхание: рядом со мной стояла Мэри, глядя на меня и при этом бледная, как призрак. Она напугала меня, ей-богу, но это было ничто по сравнению с тем, как я напугал ее. Но она ничего не сказала мне и впала в истерику, и я отвел ее обратно в ее комнату. Но я заметил кое-что на тех простынях.

— Что же?

— Серебряный песок.

— Серебряный…

— Вы помните те кактусы в оранжерее, и место, куда кто-то поставил чемодан или что-то еще?

— Да.

— Там было рассыпано много серебряного песка, того, который насыпают вокруг некоторых видов луковиц и так далее.

— И он был внутри сундука?

— Да. Подождите минутку. После шума, который слышала миссис Петтигру-Робинсон, Мэри разбудила Фредди, а затем чету Петтигру-Робинсон и что потом?

— Она заперлась в своей комнате.

— Да. А вскоре после этого спустилась и присоединилась ко всем остальным в оранжерее, и именно в этот момент все заметили и запомнили, что она была в шапке, пальто поверх пижамы и ботинках на босу ногу.

— Вы предполагаете, — сказал Паркер, — что леди Мэри не спала и была одета, и в три часа она вышла через дверь оранжереи со своим чемоданом, ожидая встретить… убийцу ее… черт побери, Уимзи!

— Мы не должны заходить так далеко, — сказал Питер. — Будем считать, что она не ожидала найти Кэткарта мертвым.

— Хорошо, она вышла, возможно, чтобы встретить кого-то.

— Можно ли предположить — на время, — что она вышла встретить № 10? — осторожно предложил Уимзи.

— Наверное, мы можем сказать и так. Когда она включила фонарь и увидела герцога, наклонившегося над Кэткартом, она подумала, — ей-богу, Уимзи, я был прав, в конце концов! — когда она сказала: «Ты убил его!», она подразумевала № 10, она думала, что это было тело № 10.

— Конечно! — вскричал Уимзи. — Я дурак! Да. Затем она сказала: «Это Дэнис, что случилось?» Это вполне понятно. А что же она сделала с чемоданом?

— Теперь я могу себе все это представить, — закричал Паркер. — Когда она увидела, что тело не было телом № 10, она поняла, что № 10 должен быть убийцей. Так что ее игра была предназначена для того, чтобы никто не узнал, что № 10 был там. Поэтому она задвинула чемодан за кактусы. Затем, идя наверх, она вытащила его и спрятала Уже на дне дубового сундука. (Она, конечно, не могла взять его к себе в комнату, потому что, если бы кто-нибудь услышал, как она поднимается наверх, показалось бы странным, что она сначала направилась в свою комнату, а потом стала будить остальных.) Затем она постучала Арбатноту и Петтигру-Робинсонам — она будет в темноте, а они будут взволнованны и не разберут, во что она одета. Тогда она убежала от миссис П., вбежала в свою комнату, сняла юбку, в которой становилась на колени рядом с Кэткартом, и остальную одежду. Потом она надела пижаму и шапку, которую кто-нибудь мог заметить, и пальто, которое они, должно быть, заметили, и ботинки, которые, вероятно, уже оставили отпечатки.

Только после этого она могла спуститься и показаться. Тем временем она придумала историю про грабителей на благо следователя.

— В том-то и дело, — сказал Питер. — Я предполагаю, что она так отчаянно стремилась увести нас со следа № 10, что ей даже не пришло в голову, что ее история топит ее брата.

— Она поняла это во время следствия, — сказал Паркер нетерпеливо. — Разве вы не помните, как торопливо она хваталась за теорию самоубийства?

— И когда она поняла, что, спасая своего — ну, в общем, № 10, — готовит виселицу брату, она потеряла голову, сказалась больной и вообще отказалась давать какие-либо показания. Мне кажется, в моем семействе плюс ко всему еще и наследственные признаки дураков, — сказал Питер уныло.

— Хорошо, что она могла сделать, бедная девочка? — спросил Паркер. Он опять стал почти веселым. — Так или иначе, что-то проясняется…

— Некоторым образом, — сказал Питер, — но мы до сих пор еще не выбрались из леса. Почему она в одной связке с № 10, который по меньшей мере вымогатель, если не убийца? Как револьвер Джеральда оказался на сцене? И зеленоглазый кот? Насколько Мэри было известно о той встрече между № 10 и Дэнисом Кэткартом? И если она видела и встречала этого человека, она могла бы передать ему револьвер в любое время.

— Нет, нет, — сказал Паркер, — Уимзи, не придумывайте такие уродливые вещи.

— Проклятие! — закричал Питер, взрываясь. — Я выясню всю правду об этом чертовом деле, даже если нам всем уготована дорога на виселицу!

В этот момент Бантер вошел с телеграммой, адресованной Уимзи. Лорд Питер прочитал следующее:

Субъект следовал в Лондон; замечен на Мэрилбоун в пятницу. Дальнейшая информация от Скотланд-Ярда. — Начальник полиции Гослинг. Рипли.

— Молодчина! — закричал Уимзи. — Теперь займемся этим. Оставайтесь здесь на случай, если что-нибудь прояснится. А я сейчас побегу в Ярд. Ужин вам пришлют наверх, и скажите Бантеру, чтобы он дал вам бутылку «Шато Икема», оно довольно приличное. До скорого.

Он выбежал из квартиры, и секундой позже его такси гудело далеко на Пиккадилли.

Глава 7 КЛУБ И ПУЛЯ

Он мертв, убит моей рукой. Лучше бы я сам был мертв, потому что виновный негодяй — это я.

Час за часом мистер Паркер сидел, ожидая возвращения своего друга. Снова и снова он внимательно изучал дело Ридлсдейла, проверяя свои заметки, кое-где добавляя к ним детали, вовлекая свой утомленный мозг в предположения самые фантастические. Он бродил по комнате, то рассеянно доставая книги с полок, то набирая несколько неумелых нот на фортепьяно, просматривая еженедельники, неустанно волнуясь. Для подробного изучения он выбрал на книжных полках том из секции криминологии и заставлял себя внимательно читать о наиболее очаровательном и драматичном из судов по делу с применением яда — дело Седдона. Постепенно тайна захватила его, как это неизменно бывало, и, отвлекшись на продолжительный и энергичный звук дверного звонка, он с некоторым удивлением обнаружил, что уже далеко за полночь. Его первой мыслью было, что Уимзи, должно быть, забыл ключи, и он уже готовил остроумное приветствие, когда дверь открылась — точно как в начале истории о Шерлоке Холмсе, — чтобы впустить высокую и красивую молодую женщину, в состоянии чрезвычайного нервного возбуждения, с копной золотых волос, фиалково-синими глазами, небрежно и наспех одетую: когда она сбросила свое тяжелое дорожное пальто, он увидел, что на ней было вечернее платье, тонкие шелковые светло-зеленые чулки и тяжелые грубые башмаки, покрытые толстым слоем грязи.

— Его светлость еще не возвратился, моя леди, — сказал мистер Бантер, — но мистер Паркер здесь, ожидает его, и мы надеемся, что он придет с минуты на минуту. Ваша милость желает чего-нибудь?

— Нет, нет, — сказало видение торопливо, — спасибо. Я подожду. Добрый вечер, мистер Паркер. Где Питер?

— Его вызвали, леди Мэри, — сказал Паркер. — Я не могу понять, почему он еще не вернулся. Присядьте.

— Куда он пошел?

— В Скотланд-Ярд, но это было приблизительно в шесть часов. Я не могу вообразить…

Леди Мэри сделала жест отчаяния.

— Я знала это. О, мистер Паркер, что мне делать? Мистер Паркер онемел.