31 числа «один из работников, живших на Дровяном мысу, увидя на северном берегу стадо оленей, вознамерился идти, дабы получить, сколько из оных всевышний определить изволит; и по отбытии его через малое время сделался вдруг жестокий ветер и курева (вьюга), который закрыл своей темнотой глаза, дабы видеть человека за 10 сажен, отчего наш промышленник через сутки назад не возвратился, поэтому и положили считать его в числе мертвых без погребения».
Февраль. Северо-восточные и северо-западные ветры, частью крепкие, частью посредственные; туманы, вьюги и жестокие морозы.
Март. Бурный месяц. Ветры северо-восточные, северо-западные, западные; туманы и вьюги; тяжело больных три человека.
Апрель. В первую половину месяца сильные ветры с севера и северо-запада, сырые погоды. 17 числа «с полудни шторм от SW, слякоть и временно дождь; напоследок сильный град, величиной в половину фузейной пули, который продолжался до полуночи». Необыкновенное явление в такой широте и в такое время года. В последнюю половину месяца ветры умеренные и погода ясная. 23 числа на Дровяном мысу умер один работник.
Май. Переменные ветры и погоды. «22 числа с NW жестокий ветер, которым с высоких гор наносило тяжелый горький воздух наподобие дыма». Умерло два работника, а двое были тяжело больны. Розмыслов, проведя всю зиму в вынужденной праздности, приступил в конце этого месяца к геодезическим работам.
Июнь. Весьма переменные ветры и наиболее пасмурная погода. Умер один работник. 16 числа лед в Шаре был еще толщиной в два аршина. 30-го «по Шару видно, что от дождей и с гор сильно шумящими ручьями воды толщину снега весьма убавило», а лед еще довольно крепок; решился Розмыслов окончить по льду описание южного берега пролива и для того отправился к реке Шумиловой, «оставив на милость сына бога вышнего» двух своих больных.
Июль. Первая половина месяца тихая, последняя – бурная; ветры с северо-запада и юго-запада; погоды пасмурные и дождливые, 6-го умер один из матросов Розмыслова. 9-го лед в Белужьей губе исчез, но в проливе стоял он до 18 числа. Когда лед в судне растаял, сквозь многие гнилые места открылась в нем большая течь, так что они дважды в сутки должны были отливать из него воду. Вырубая гнилые места, наполняли они пустоты густой глиной, смешанной со ржаными отрубями; «везде, где нужно было, конопатили, только течь не успокаивалась».
К 1 августа Розмыслов приготовил свое судно к походу, но Маточкин Шар очистился ото льда не ранее 2 августа. Розмыслов немедленно оставил свое зимовье, в котором был заперт льдом в течение 316 дней, и направил курс в Карское море, будучи сам болен и имея, кроме подштурмана, только четырех здоровых человек.
Широту места зимовки определял он пять раз, измеряя меридиональные высоты солнца астролябией. Выводы наблюдений его между собой довольно сходны, а средний из них есть 73°39'. Погрешность этого вывода, по достоверно известной нам ныне широте Маточкина Шара, есть 21' севернее истинной, и потому следует полагать, что астролябия его имела постоянную погрешность около 1/3°. Склонение компаса определил он 3½° О. Подъем воды в проливе – два фута в сизигии[73]; длина Маточкина Шара по его измерению содержит 42 итальянские мили.
Сколько здоровье его позволило, осматривал он не только берега, но и горы, прилежащие Маточкину Шару. Они состоят «из мелких и крупных плитных камней, имеется на многих и трухлой слоями аспид». Он не нашел нигде «никаких отменностей и курьезных вещей, например как руд, минералов, отличных и неординарных камней и соленых озер и тому подобных, а особенно ключей вод и жемчужных раковин». Кормщик Чиракин рассказывал Розмыслову, что где-то на южном берегу лежит небольшой камень «такой красоты, что в ясный день при солнце он представляет глазам искры разных цветов; и почитал его примечания весьма достойным; но ныне (весной 1796 года) я с бывшими при мне людьми прилагал старанье найти тот удивительной красоты камень. Но множество их обойдя, и ни один, кроме своего дикого цвета, никакой отмены не показал, и так его оболганье явно видится, ибо как, по его объявлению, почти за алмаз почитаемый камень мог бы скорее и легче получить себе в пользу, нежели употреблять свои трудные промыслы».
По горам есть много пресных озер, где водится мелкая рыба, «которую нам ловить, за неимением к тому сетей, было невозможно». «Растущих деревьев весьма не имеется» потому, говорит Розмыслов, что лето продолжается один только август и несколько дней сентября, а потом вдруг наступает зима; «да и травам за беспрерывной зимой никаким расти невозможно; но хотя изредка и находили выходящую из-под снега траву, называемую зверобой, и салат, но какую силу имеют оные, неизвестно». Из царства животных водятся большими стадами дикие олени, также песцы, волки и белые медведи. Весной прилетают дикие гуси, чайки и галки. Морские животные – белухи, разных родов тюлени и моржи.
Розмыслову предписано было переплыть Карское море для измерения расстояния между Новой Землей и противолежащим материковым берегом. По этой причине, выйдя 2 августа в 11 часов вечера из Маточкина Шара, лег он прямо на восток. Проплыв около шести итальянских миль, он стал встречать мелкие носящиеся льды, которые час от часу становились гуще, и наконец 3 августа в восемь часов вечера в 33 итальянских милях от Новой Земли совершенно преградили ему путь. Они составляли непрерывную сплошную цепь, «между которой с верху мачты водяного проспекта да берега не видно. Между тем судно повредило льдами, и сделалась в нем немалая течь; из-за чего согласно положили, дабы с худым судном не привесть всех к напрасной смерти, поворотить по способности ветра к Маточкину Шару». 4 числа около полудня они опять увидели берег Новой Земли, а в нем отверстие, которое сочли за устье Маточкина Шара; войдя в него, они увидели свою ошибку: это была какая-то неизвестная им губа, берега которой окружены были рифами. Штиль не допустил их выйти из нее в то же время, и они должны были бросить якорь. 6 августа в полдень поднялся ветер с северо-востока, помог им освободиться из этого места, замечательного для них еще потому, что должны были в нем предать морской бездне одного из своих сотоварищей, это был восьмой и последний человек, умерший на Новой Земле.
Губа эта, которую Розмыслов нанес на своей карте под именем Залива Незнаемый, находится в 20 итальянских милях к северу от восточного устья Маточкина Шара; она лежит по румбам S и N. Предела ее в этом последнем направлении Розмыслов не видел, и потому может статься, что это пролив, отделяющий от берега Новой Земли остров или несколько островов. Розмыслов не имел никакой возможности исследовать это место, так как он сам и помощник его Губин были больны, работников оставалось только четверо, провизия была на исходе, а судно текло по дюйму в час на якоре. В этом плохом состоянии помышляли они только о том, как бы возвратиться в отечество.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
