я кивнул на нелицеприятный труп бандита.
— Да, да, конечно, я понимаю. Я даже… — начала вдохновенно Полина, но сбилась.
— Отмените мне аренду? — хитро улыбнулся я.
И снова смешно было наблюдать за борьбой эмоций на лице.
— Вы понимаете, я одинокая женщина. Мне нужно на что-то жить. Отменить я не смогу, но уменьшить аренду. Скажем, десять процентов бы вас устроило?
— Пятьдесят, — кивнул я.
— Но… — начала Полина.
— Пятьдесят! — жёстко сказал я. — Или разбирайтесь с Тенями сами.
Не то, чтобы у меня не было этих денег. Но я был обижен на то неожиданное вторжение, пусть и не моего родного дома, но всё-таки, на данный момент, он являлся моим жилищем.
— Хорошо, — кивнула она. — Я поменяю документы. Куда вам и когда удобно будет их подвезти, чтобы вы подписали?
Я улыбнулся снова. Кажется, цель была достигнута. Женщина начала меня немножко бояться.
— Полина, — проникновенно сказал я, положив руку ей на плечо, отчего она вздрогнула. — Я знаю, что через некоторое время, оказавшись дома в уютной обстановке, вы подумаете, что вы продешевили, что, возможно, оно того не стоило. Но поверьте, ваша жизнь лучше нескольких рублей, которых вы не заработаете. Я знаю, как справляться с Тенями. И не только с Тенями.
Я чуть-чуть надавил ей на сознание, чтобы она оценила важность момента.
— Да что вы, что вы… Я бы не подумала. Я вам безумно благодарна, — залепетала она.
— Вот и хорошо, — я убрал руку. — А теперь позвольте, я помогу вам спуститься.
Мы спустились на первый этаж, где угрюмый Боря молча кивнул ей.
— Но полиция… — сказала она встревоженно, и в то же время задумчиво, когда вышла из дома и увидела, что у неё снова появилась связь.
— Почему-то мне кажется, что люди, к которым относятся ваши спутники, не захотят впутывать сюда полицию. Или я не прав?
— Да, правы… Но… Теодор, — она что-то осознала, и её маленькие свинячьи глазки распахнулись так широко, как никогда в жизни. — Теодор, кажется, у меня проблема. Что я скажу Ростиславу?
— А Ростислав — это кто? — уточнил я.
И снова испуг. Я даже заволновался, как бы женщина с таким лишним весом не схватила бы сердечного приступа.
— Ну, сказали «А», говорите «Б». Вы же хотите, чтобы я помог вам с этой проблемой?
— Ростислав — это смотрящий за нашим районом.
— Какая банда? — деловито поинтересовался я.
— Черепа, — опустив голову, ответила она.
Я усмехнулся.
— Скажите, что все ваши вопросы они могут адресовать мне. А где меня найти, пускай спросят у Черешни.
— Черешня? Кто это?
— Ростислав знает, кто такой Черешня, — кивнул я. — И не вздумайте ничего делать с машинами. Машины пусть забирают. А что случилось внутри дома, честно расскажите им.
— Но тела…
— Какие тела? — обернулся я удивлённо.
Полина заглянула мне за плечо, и глаза её удивлённо расширились.
Да, пока мы болтали, трупы просочились через перекрытие, и сейчас лежали в подвале, «готовые» к погребению.
— Их сожрали Тени, Полина, полностью сожрали, — улыбнулся я.
— Но… — она взглянула мне в глаза и закивала. — Да, да, хорошо!
— Ну, вот и всё! А теперь вам пора.
Я выпроводил её наружу, а Боря посмотрел на меня.
— Мерзкая бабёнка.
— Соглашусь, — сказал я. — Но убить женщину, да ещё арендодателя, против моих интересов.
— Это ваш старый дом? — огляделся Борис.
— Не мой, а съёмный, но да.
— Почему вы не отказались? Наша же лавка в разы лучше.
— Потому что он мне пока что ещё пригодится, — сказал я. — Посиди пока, Боря, в машине.
— Но Тени…
— Посиди в машине, — сказал я терпеливо.
Увидев мою реакцию, Борис кивнул и ушёл.
Я вышел на улицу. Убедившись, что никто за мной не следит, восстановил решётку. Кроме этого, «освободил» трупы от пистолетов и небольшой суммы наличности. Ну, и похоронил их глубоко и надёжно под домом.
Раз я уже здесь, то сходил к моему схрону под железнодорожной станцией. И превратил несколько контрабандных телефонов в бесполезный хлам, вытащив у них из микросхем нужные мне металлы. Торговать телефонами немножко не мой профиль. А вот все эти металлы мне понадобятся.
Рассортировал несколько кучек металла по предусмотрительно взятым с собой пакетикам, и закинул их в сумку к уже лежащим там пистолетам, после чего вышел на улицу.
— Так что там произошло, сосед? — этот ушлый мужик стоял здесь, никуда не уходил, и ощутимо нервничал.
А я улыбнулся.
— Да ничего, просто визит вежливости.
Я подошел к своему автомобилю, закинул сумку на заднее сидение, а затем уселся рядом с Борей на переднее.
— Куда мы теперь?
— Поехали, посмотри на нашу свалку, — улыбнулся я.
Имение герцога Иванова
окрестности г. Вадуца
Сергей Никифорович Иванови выругался, когда его юрист принёс сведения о том, что дело по участку со свалкой отложили.
Юрист вчера принёс ему сведения о том, что суд не позволил наложить арест на участок, документально принадлежащий Вавилонскому. Поэтому сейчас не было никаких ограничений на его посещение и, более того, ведение там хозяйственных дел. Это было неприятно, но герцог был далёк от мысли, что этот молокосос может нести какую-то угрозу.
Вся проблема была в нём самом, герцоге Иванове. Он всегда был очень щепетильным, и если что-то шло не так, как он задумывал, то он не мог спокойно спать и есть. Даже такие мелочи нервировали его. А ещё больше герцога всегда нервировало, когда что-то шло не по его сценарию.
— Графья Варламовы опасно приблизились. По нашим сведениям, они платят за сведения.
— Что? — герцог Иванов понял, что его глава службы безопасности о чём-то говорит, но он в данный момент его не слушал.
— Я говорю, что Варламовы пытаются раскрутить историю нападения на их детей.
— Ты же говорил, что они никак не смогут сопоставить его с нашим Родом.
— Да, это именно так. Вот только… — смутился СБ-шник.
— Что только? Герхард, что ты сопли жуёшь? Говори уже, как есть.
— Вот только они пытаются найти того неизвестного Одарённого, что сломал нам все планы.
— Они тоже? А как наши успехи? — нахмурился Иванов.
— Пока никак. Он ушёл в лес. Как вы знаете, уже на следующий день я привлёк поисковых магов, но они только разводили руками — не было никаких следов на земле. Как будто там, вообще, никто не ходил.
— Как такое возможно? Ты же взял Лукьяновых, верно?
— Конечно, лучшие ищейки. Они ещё ни разу не ошибались.
— Вдвойне странно, как они могли не поймать след.
— Земля была абсолютно чистая, господин. Честно говоря, когда я начал настаивать, они разозлились и предположили, что мы вообще подкалываем их или устроили проверку их
