Читаем без скачивания Азартные игры волшебников - Ева Никольская

Крыса! Пусть механическая, но все равно крыса. Ведьма вспомнила, как полчаса назад была вынуждена ползти на карачках, держа эту тварь за хвост, чтобы она не сбежала, и подумала, что если кто-то из недомерков-механиков попадется ей на глаза, прибьет, наплевав на правила. В конце туннеля забрезжил тусклый свет и «крыса», видимо, мечтавшая избавиться от наездницы не меньше, чем та от нее, шустро засеменила к выходу.

Наконец-то выпрямившись во весь рост, Жозефина окинула взглядом окрестности: за спиной «нора», из которой она выбралась; справа и слева камни, поросшие мхом, над ними чахлые ветви пыльных кустов, за ними мрачные силуэты деревьев; впереди же маячит обещанная гномами тропинка. Где-то на ней уже должен ждать Лисицу напарник. Хотелось бы верить, что это будет барс или волк — остальные кандидатуры как-то не вдохновляли ведьму. Потянувшись, она слегка размяла затекшие мышцы, после чего направилась к тропе. «Крыса», не дождавшись приглашения, послушно потрусила следом.

Где-то неподалеку от озера «Бесконечной любви».

Барс сидел, поджав под себя ноги, и предавался меланхолии. Смрад, поднимающийся от воды, начисто отшиб обоняние, в глазах рябило от мелькания прибрежных зарослей, а на бедрах, обтянутых мокрыми штанами, уже не осталось живого места. Вот и сейчас очередная лапка с перепонками между пальцами вынырнула из воды и, ущипнув мужчину за ляжку, снова скрылась под слоем мутной жижи.

Дракон любил женщин, любил их повышенное внимание и кокетливое заигрывание… Но НЕ ТАКИХ же женщин! Склизкие, костлявые, местами чешуйчатые и очень, очень любвеобильные ундины его совершенно не вдохновляли! Зато избранный их вдохновлял и даже очень. Сперва они едва не затискали его насмерть и чуть не оглушили восторженным визгом, а потом еще и отправились провожать, что было совсем не обязательно. Помимо всего, рептилия, выданная мужчине в качестве транспорта, порой поднимала над поверхностью воды большелобую голову и косилась на пассажира с явным интересом. Оставалось надеяться, что не гастрономическим.

Посмотрев на «проплывающие» мимо берега, Барс обреченно вздохнул и привычно дернул ногой, на которой поставила очередной синяк синяя лапка поклонницы. Почему-то нестерпимо захотелось, чтобы в напарницы ему досталась Кошка, или хотя бы Лиса… даже Змея на худой конец. Просто для того, чтобы почувствовать близость настоящей женщины, а не этих озабоченных тварей, на стороне которых он вынужден выступать.

Желание возникло и пропало, сменившись жаждой свободы, которую сулила дракону каменная переправа, замаячившая впереди.

Где-то в окрестностях «Пламенной долины».

Волк крепко держал поводья и ржал. Именно волк, а не его средство передвижения. Мужчина отчетливо представлял, как выглядит со стороны, и не мог удержаться от смеха. Даже живописный горный пейзаж и причудливые «скульптуры» из окаменевшей лавы были не в силах отвлечь его от мысленной картинки. Мало того, что его заставили раздеться, обмазали сажей, нанесли боевую раскраску на волчью морду, обрядили в ритуальную юбку из шкурок и намотали на руку ожерелье из звериных клыков, так еще и посадили на ездового зайца! Он был белым и пушистым, но, в отличие от собратьев из мира магистра, имел огромные размеры, устрашающего вида клыки и несколько иную конструкцию лап, заканчивающихся раздвоенными козлиными копытами.

«Хорошо хоть от копья удалось отказаться!» — подумал Серый.

Заглянув в ущелье, которое ловко перепрыгивал заяц, он покрепче сжал черными коленями пушистые бока животного и снова заржал. На этот раз хрипло и отрывисто, но от того не менее громко.

Чтобы встретиться с союзником, ему следовало спуститься к самому подножию скалы. А это гарантировало массу незабываемых ощущений и море адреналина.

Где-то в районе «Пустыни Покаяния».

Акула устало покачивался в седле, загребая нелепо расставленными ногами горячий песок. Среди бескрайних барханов морской ведьмак был бессилен, как нигде. На километры вокруг не наблюдалось ни капли влаги, и зной, царящий в пустыне, медленно и неотвратимо вытягивал из мага жизнь. Если сперва он презрительно кривился при виде карликового верблюда, то теперь был рад и такому тщедушному транспорту. Не окажись его, Акула уже давно лежал бы где-нибудь среди дюн, а так у мужчины был шанс на выживание. Потому что впереди уже маячили спасительные горы, где его должен был ждать союзник.

Далеко впереди… Не приведи Эраш, если это окажется мираж!

Где-то на территории «Поднебесных скал».

Змея не шла, а ползла, с трудом переставляя отяжелевшие ноги, а висящими, как плети, руками она едва могла шевелить. С одной стороны, чудо, что ее вообще не убили после того, как она передавила своим «избранным» задом всю кладку Главы клина. Колдунья всерьез опасалась, что ее просто заклюют или сбросят со скалы, но этого не произошло. С другой стороны — ей следовало не радоваться, как идиотке, а насторожиться, когда главный «птиц», странно щурясь, выдавал амуницию. Но предвкушение полета так вскружило Змее голову, что она просто не заметила странной мимики своего подопечного. А зря!

Сперва волшебница-шептунья довольно бодро размахивала закрепленными за спиной крыльями, управление которыми оказалось простым и удобным. Она порхала от уступа к уступу, словно птица, но вскоре устала, как собака, и зашипела проклятия в адрес коварного «индюка», как истинная змея.

Который час уже обессиленная женщина плелась по скалистому склону, сгибаясь под неимоверной тяжестью своего «перьевого украшения», отцепить которое без чужой помощи она, увы, не могла. Даже магия на эти проклятые штуковины не действовала, будто мерзкий «птиц» специально зачаровал их прежде, чем надеть на нее. Хотя, почему же будто?! Как пить дать — зачаровал!

Снова выругавшись, Змея поползла дальше.

Летательное устройство оказалось слишком большим и громоздким для ее худощавой фигуры. Теперь, когда восторженная пелена спала с глаз, женщина осознала всю гениальность подлянки, сделанной Главой клина. Добывать артефакты для него и ему подобных — хотелось все меньше, но желание выиграть в Тритэре мешало сделать ответную гадость крылатому народу.

Добравшись до подходящего для спуска уступа, женщина начала медленно слезать с него, прощупывая ногой безопасное место для шага. Ни о каких полетах речь больше не шла. Но проклятый довесок за спиной не желал успокаиваться. В очередной раз что-то неловко задев крылом, колдунья пошатнулась, потеряла равновесие и с воплем полетела в пропасть.

За пределами «Плато Бессмертия».

Ворон был мрачен. Надменно-раздосадованное выражение отчетливо читалось даже на птичьей маске, грубо копируя эмоцию его бледного лица. Перемещаться на призрачных крыльях, сотканных из света и тумана, было вполне комфортно, но слишком уж оскорбительно для самолюбия некроманта. А выбеленная «детьми света» одежда его откровенно бесила. Мага заметно передернуло от воспоминания о бестелесных сущностях, укоризненно качающих «головами», и скорбно вещающих на тему того, что их посланник не может быть облачен в такие мрачные тона.

Бред, бред и еще раз бред! Где были мозги двуликого уродца, когда он отправлял его сюда? Или просто перепутал адрес? А, может, весь этот спектакль устроен на потеху публике? Наверняка…

От подобных мыслей раздражение Ворона лишь усилилось. Он дернул крыльями, которые помимо воли стали ему почти родными, и мрачно рыкнул, коснувшись рукой своего головного убора. Именно этот эфемерный обруч, надетый на него подопечными в качестве опознавательного знака для союзников, и стал апофеозом всеобщего идиотизма. Излучаемый «нимбом» свет вызывал резь в глазах, плавно перетекающую в мигрень. А нерасторопный компаньон не спешил появляться на горизонте.

Глава 15

Тем же днем на границе «Великих подземелий» и «Чертогов Вечного Совершенства».

Лиса бодро шагала по тропе, радуясь возможности размять ноги. За следующим поворотом, у каменной арки ее уже должен был поджидать союзник. Откуда-то справа донесся сдавленный звук, подозрительно похожий на человеческий крик. Поддавшись, как и любая женщина, любопытству, ведьма притормозила, пристально изучая подозрительную местность, после чего не выдержала и решила-таки глянуть одним глазком, что же там случилось. «Крыса» недовольно фыркнула, но последовала за своей временной хозяйкой.

Пройдя пару десятков шагов в сторону от тропинки, Рыжая обнаружила гигантскую металлическую сеть, напоминающую ажурный забор. Вероятно, это и была граница двух государств, упоминаемая гномами.

Звук повторился. Навострившая уши Лисица резко повернула голову и замерла, ища взглядом его источник. Чуть левее, с другой стороны сетки в метре над землей трепыхалось что-то белое и, как ни странно, знакомое. Спустя секунду пристального изучения, Жозефина опознала в неизвестном объекте Кошку.